Что пахнет как сублимат, выглядит как сублимат и на вкус как сублимат? Ответ верный – это разведённый в стакане воды едкий порошок с вкусовыми добавками. Универсальный напиток, с помощью которого можно прочистить трубы, раковины или избавиться от мучающего запора. Последним я не страдал, да и с раковиной у меня всё в порядке.
А вот тело, осознав, что голодная смерть нам в ближайшем времени не грозит, требовало вкусовых приключений. Пришлось потратить стоимость суточной аренды комнаты в башне на пол литра разведённого сублимата. Залпом выпил содержимое и, смакуя вкус синтетического сахара на кончике языка, вдруг понял, что соскучился по сладкому.
Поставил стакан на стойку, щенячьими глазами посмотрел на добавку и, стукнув себя в грудь, встал со стула и гордо ушёл, не поддавшись на соблазн. Нашёл чем гордиться, Смертник…
Мы условились встретиться у западных ворот и оттуда направиться в сторону ближайшей дороги. Конвой должен попасть в окрестности ВР-3 через тридцать одну минуту, и если имплант и вправду способен перехватывать информацию, думаю, у меня появятся точные координаты. Однако всё равно неплохо бы подготовиться.
Восьмой уровень и четыре свободных очка. Теперь, когда я распробовал принцип работы характеристик, неплохо бы подумать о более тщательной проработке стиля прокачки. Скорость реакции, несомненно, ещё на долгое время останется для меня в приоритете. Ловкость всегда бьёт силу, таков мой закон.
Что же касается самой физической мощи, вот тут нужно подумать. Неплохо, конечно, поднимать несколько сотен килограмм без постоянных посещений спортивных секций, но что ещё она мне даёт? Силу удара? Мой имплант – это клинок, а не дубина. Два типа оружия, которые противоречат друг другу. Значит, либо отказываться от первого, либо пока оставить силу в покое.
Погружение и крепость тела. Оба параметра на тройку. Слаб телом, слаб душой. Система явно была обо мне скверного мнения. Погружение даст доступ к имплантам более высокого уровня, а крепость сделает кости прочнее и повысит выносливость. Учитывая, что впереди меня ждут битвы за битвой, сейчас выбор очевиден.
Вложил четыре очка в крепость тела, догнал параметр до семи и запустил час на применение новых параметров. Как раз должен стать крепче к приходу конвоя…
После погромов наёмники вели себя уже не так раскованно и беспрекословно выполняли ежедневные задания. Главное, что бросилось в глаза, так это отсутствие ватаг у западных ворот. Значит, про приближающийся конвой пока ещё никто не прознал.
— Здорово, Смертник! — махнув рукой, меня поприветствовал стоящий у ворот наёмник. — На задании?
— И тебе привет, нет, решил ватагу свою на прогулку вывести. Посмотреть, что за стенами, а то толком там и не был.
— Ватагу, говоришь? — задумчиво почесал подбородок лысый невысокий мужчина. — И кто у тебя? Я их знаю?
— Конечно, знаешь, с Приблудой ты меня уже видел, а остальные это так. Рабы, живые игрушки.
Наёмник рассмеялся.
— Так это не ватага, это так, детские шалости. А вот насчёт рабов ты, конечно, мастер переобуваться. Сам в них ходил недавно, а теперь даже за людей не считаешь. Молодец, Смертник, неплохой наёмник из тебя выйдет. А за стену-то тебе зачем?
— Сказал же, посмотреть что там.
Охранник пафосно фыркнул, достал сигарету, предложил мне одну, и, получив отказ, закурил.
— Да что там? Выжженная пустыня, ни хрена не растёт, ни хрена не бегает. Черви только из-под земли после ионки лезут и такие же шляющиеся наёмники со всего ВР-3. Можешь хоть ботинки всё стереть, если тебе хочется, но рано или поздно всё равно наткнёшься на обрыв.
— Обрыв? — решил выудить больше информации, пока ждал остальных.
— Обрыв, конец мира, каньон — называй как хочешь. Дна не видно, как и другой стороны. Пёс его одолей, можно ли перебраться на ту сторону и что внизу. Только мёртвые знают.
— Мёртвые?
— Ну да. Такие знаешь… — он, присвистывая, изобразил жест падающего с обрыва человека, при этом радостно похрюкивая. — Только им удалось добраться до дна. Если хочешь, можешь у них спросить.
Заметил, как из-за поворота вышел Приблуда с покорно шагающими за ним Мышью и Брутом и ответил:
— Да уж, поверю тебе на слово, обрыв так обрыв. Посмотрим, что там и вернёмся ещё до темноты. Выпустишь?
Охранник пожал плечами.
— Выпущу, ты же теперь наёмник. Ходи куда хочешь, только смотри, я в семь сменяюсь, кто потом встанет, понятия не имею.
— Разберёмся, — кивнул охраннику и, выйдя за ворота, спросил Приблуду. — Где ещё одну потерял?
— Другие сме… то есть рабы, сказали, что её увели на холм, видимо, опять пользовать по женскому предназначению будут. Ой, извини, Смертник, — вдруг осёкся Приблуда.
— То есть как увели? А задание? Вот прям так можно взять и увести раба с выполнения ежедневки?
Здесь вмешался Мышь.
— Не, за это можно по рогам от системы получить. Один раз простит, второй — штраф, а третий — сам смертником станешь и будешь уже на постоянке там работать. Литу после работы поймали и увели на холм. Я своими глазами видел.
Я посмотрел на Брута, и тот молча подтвердил слова напарника. Чёрт, дополнительная пара рук нам всё же бы не помешала. С другой стороны, не пойду же я на холм, чтобы вытаскивать её из-под потного головореза. Как бы жестоко это ни звучало, пока Лита рабыня, с ней может делать кто угодно и что угодно. Таков закон. Паскудный, сука, но закон.
— С ней всё будет хорошо, — заметив моё выражение лица, решил ободрить Брут. — Она крепкая, выдержит.
Так, лучше сменим тему, тем более топать до дороги около двух часов. Раздал всем воды, Приблуда добавил тюбиков, и я заговорил первым:
— Как успехи с кибой?
Мышь прыгнул и в привычной ему манере запищал:
— Я подработку нашёл, только вот ты меня выдернул, пришлось свалить на другого смертника.
Брут отвесил ему очередной подзатылок дерзкому и ответил:
— С водой и пастой, которую ты…вы… мне дали, господин, я два дня откладывал. Пару раз с Литой прислуживали у закусочных. Пиво подносили, мусор собирали. Пока только восемнадцать единиц.
Я задумался. Так дело не пойдёт. Либо я перевожу свои очки с КиберСанктуума в еду и кормлю их, пока они ежедневную кибу откладывают, либо сам раскошеливаюсь и делаю финансовое вложение. Брут станет третьим членом моей ватаги, а Мышь… Мышь должен показать на что способен, а