Богдан вздрогнул. Он понимал, зачем показал Свете меч и умолчал об артефактах в «отчёте». Но по логике плана ни в коем случае не должен был этого делать. Пускай он показал бы Свете меч — в любом случае они с Алиной должны были как минимум ограничить передвижения Светы, как опасного свидетеля. Тогда по какой причине сделал так, а не последовал кодексу? Потому что не хотел, чтобы бабушка узнала, что теперь о мече знают посторонние? Не хотел стать предателем в её глазах?
Нет, эта причина слишком проста.
Он мог сдать бабушке Тихона и Амалию, как владельцев кубков, чтобы трое во главе с действующей Наследницей продолжали поиски, так Алина смогла бы заставить остальных молчать и при этом обойтись минимальными потерями. Но вместо этого он сам решился присоединиться к компании, чтобы найти остальные дневники и артефакты, даже не стал втягивать бабушку. Почему, спустя десять лет жизни хранителем этих тайн, Богдан пошёл против долга? Что вдруг изменилось?
С большой вероятностью Света никак не могла этого заметить, но Богдан знал бабушку уже пятнадцать лет и прекрасно всё видел: Алина не проверяла словесно Свету на надёжность, просто не стала рассказывать ничего, что могло бы выдать секреты клана. Весь их диалог состоял из рассуждений о прошлом Светы, но никак не затрагивал прошлое белых волков. Богдан даже не должен был рассказывать об их долгожительстве — это тоже было запретом, упоминающимся в кодексе. Все Наследники клана Полюсовых были не только искусными воинами — в первую очередь они были профессиональными манипуляторами. Не расскажи Богдан всё Свете, она постепенно поверила бы, что Алина Григорьевна — самая милая и дружелюбная женщина из всех, что она знает, а затем доверилась бы полностью и рассказала то, чего Алина знать не должна.
Вдруг Богдан кое-что понял. Долг Полюсовых заключался не только в хранении тайны, передаче информации и Меча потомкам: их изначальной и конечной целью было сохранить меч, чтобы потом, когда определится его истинный обладатель, вместе с другими семью избранными и чёрным волком дать отпор Розенкрейц. Значит, технически он не нарушал долг, когда рассказал всё Свете, а наоборот, даже частично исполнил его. Она ведь и была чёрной волчицей, не исключено, что той самой избранной.
Размышления прервал резкий толчок в груди и внезапно накатившее странное чувство частичной потери контроля над собственным телом. Обострённая интуиция обелиска, догадался Богдан. Он, глядя куда-то в пустоту и призывая меч, поднял лезвие на уровень глаз. И тут же в изумлении широко распахнул их: клинок отчётливо светился ярким серебряным светом, это не блики от луны! Спустя пару секунд всё вновь пришло в норму, меч перестал излучать странный свет, но ступора Богдана и застывшей в стороне Светы это не отняло. Кажется, они оба поняли, что только что произошло.
— Погоди, раньше он не признавал тебя?! — догадалась Света.
— Нет, ни разу. Да и Наследниками Полюсовы становятся только по достижении двадцатилетия. — Он вновь нахмурился и обернулся к Свете. — Кубки тоже признали хозяев в твоём присутствии. В легенде о Мече, которая известна Полюсовым, говорится, что во главе восьми избранных встанет последний чёрный волк, упоминающийся в Пророчестве. Ты единственная известная нам чёрная волчица. Улавливаешь связь?
Света прекрасно её улавливала, но верила в это с трудом. Она буквально свалилась с неба на Новый Оскол и ребят, только пару дней назад узнала о существовании оборотней, и теперь все вокруг твердят, что она — избранная из Пророчества, реальность и истину которого не может подтвердить абсолютно никто. Пожалуй, она не сможет поверить в это, пока лично не увидит смерть Иллариона Розенкрейца от рук хозяев артефактов и чёрного волка.
Богдан вновь спрятал меч и подошёл ближе к Свете, светло-серые глаза блеснули маленькими серебряными вспышками от лунного света, а белую чёлку подхватил порыв ветра.
— Уж не знаю, ты ли та самая чёрная волчица, — начал он, протягивая руку для рукопожатия. Оно было совсем не таким, как формальное утром. В это было вложено куда больше искренности и смысла. — Но я готов работать с вашей командой, чтобы исполнить долг клана и собственноручно вершить судьбу обелисков.
Подумать только, пару часов назад они готовы были поубивать друг друга, а теперь пожимают руки в знак начала совместной работы. Да ещё какой… Это уже третий обелиск, которого артефакт признал хозяином. Они ведь и впрямь могут отыскать остальные пять и победить Иллариона…
К чёрту прошлое, пусть даже такое недалёкое. Богдан оказался совсем не таким, каким Света увидела его впервые и в школьной библиотеке. Даже никогда не подумала бы, что в реальности существуют люди с подобным тяжёлым прошлым. Глядя не менее решительно и оскалившись в уверенной улыбке, она отвечала на рукопожатие. Она верила, что даже в такой ситуации человек ещё способен изменить свои принципы. Вместе с Богданом, опытным мечником, закалённым болью так, что почти её не чувствует, ребята смогут сражаться с кем угодно. Теперь их было восемь. Чем их больше, тем выше шансы на успех. Сомнений почти не осталось — они смогут продолжить расследование, к чему бы оно ни привело и чего бы ни стоило.
Глава 12. После пожара
На второй день в новой школе Света смирилась с нежеланием учиться, поскольку поняла, что крутая компания в классе всё же считается небольшим плюсом на фоне этого до ужаса огромного минуса. От этого осознания рано вставать легче не стало, но сегодня она хотя бы нашла в себе силы проснуться на полчаса раньше, чтобы потратить это время на пробежку