Он бежал, как никогда. Звуки смазались, пейзажи проносились в бесконечной череде, а сердце так колотилось в груди, что вполне могло пробить ребра и помчаться рядом. Всего за несколько минут удалось вырваться из оцепления. Город остался где-то там, позади, осаженный ужасными созданиями техники и паникующий от невозможности отбиться. Если кто-то и смог спастись, то не иначе, как по чуду. Противостоять огромным железным птицам было глупо и безнадежно, ведь, вероятно, они являлись более совершенными созданиями чем те, что напали на Зинона недавно.
Сказки не уточняли, как именно выглядели железные птицы, а лишь давали примерное представление о них: неподвижные крылья, стекло вместо глаз и шестеренки вместо внутренностей. В них не было ни слова о разных видах, размерах и формах. Зинону повстречались уже два из них. Небольшие птицы, которые стреляли маленькими, но быстрыми снарядами, и имели в арсенале несколько бомб. Крыло одной из них он хотел принести в столицу, чтобы его изучили, но бросил вместе с горящим рюкзаком. Эта птица напоминала разведчицу: она была не так заметна, как другая, могла обороняться, но при этом имела меньшую защиту. Зинон уничтожил две из них, а двух других растерзали демоны.
Те железные птицы, что напали на город только что, отличались. Огромные, свирепые, они в основном использовали бомбы, чтобы разносить всё вокруг, и бесконечно нарезали круги над городом, точно собираясь стереть его с лица земли. Они гудели гораздо сильнее и не смогли бы тихо подкрасться для внезапной атаки. Это и не требовалось. Учитывая, что никакого нормального оружия или заклинания против них пока не нашлось, они могли, не беспокоясь, продвигаться к столице всё дальше и дальше. Зинон не знал, сработали бы молнии против них.
Кроме того, в разговоре Ланс упомянул о людях в железной броне, но об этом пока не было никаких сведений. Вероятно, они шли в бой не сразу, а лишь после падения обороны. Эта мысль воодушевила. Она указывала на то, что люди осознавали свою слабость и хрупкость, а значит, могли погибнуть после пары сильных ударов. Даже если доспехи защищали их, хорошая молния должна была прожарить им мозги. В конце концов еще не родился в мире такой человек, кроме Зинона, который смог бы выдержать заряд без последствий.
Земля задрожала.
Зинон остановился, поднимая столб пыли, когда впереди что-то почернело, будто там внезапно наступила ночь. В воздухе появился провал, тянущийся от неба и упирающийся в землю, и раскрыл пасть. Оттуда хлынули демоны. Гарпии, ящеры, уродливые драконы и прочие чудовища зарычали, бросившись вперед, прямо на Зинона, и тот замер на миг, ошеломленный. Но не потому, что на него шла орда монстров — он мог переместиться в сторону и сбежать — а потому, что увидел их предводителя — высокого, крепкого мужчину в боевом облачении, с длинным посохом, увенчанным магическим кристаллом, и алыми, точно рубин, глазами. На вид он был ровесником командира Илона, но внешность обманывала не только людей, но и годы.
Внутри Зинона что-то упало. Кажется, это сердце бухнулось в пятки.
— Подойди.
Голос прозвучал в голове и не оставил шансов проигнорировать приказ. Сглотнув, Зинон на деревянных ногах двинулся вперед. Он не замечал, как мимо проносятся демоны, огибая его, и не думал, как именно они переместились сюда. Это было бессмысленно. Глупо. Даже если бы ему прочитали пятичасовую лекцию об этом заклинании, он бы ничего не понял, ведь только Корсон мог его применять. Без сомнений, это был он — темный колдун, умерший пятьсот лет назад и оставивший после себя непроходимый лес, кишащий чудовищами. Похоже, легенды о его смерти лгали.
Зинон остановился на почтительном расстоянии и почему-то не смог поднять взгляд.
— Дальше ты пойдешь со спутницей, — сказал Корсон и махнул рукой. Вперед вышла та самая гарпия, которая участвовала в последнем бою в западном гарнизоне. — Её зовут Белет. Она сможет поспеть за твоей скоростью и защитит, когда ты выбьешься из сил. Впереди опасный путь, и в спину всегда будет дышать смерть, но ты не должен останавливаться.
— Почему вы помогаете? — спросил Зинон, всё-таки решившись посмотреть на него.
Вопреки ожиданиям, Корсон не испепелил его взглядом, не наслал ужасное проклятье за дерзость и не приказал демонам снести ему голову. Его куда больше заботил пылающий город. Нахмурившись, колдун пошел к нему, и Зинону ничего не оставалось кроме как посторониться. Вопрос повис в воздухе, всё такой же острый и волнующий. Хотелось повторить его, окликнуть Корсона, но слова не срывались с губ. Зинон глядел ему в спину, напряженно переминаясь с ноги на ногу, и наконец прозвучало короткое:
— Белет всё объяснит.
— Но…
— В путь, — приказал Корсон, и гарпия взмахнула крыльями, взмывая в небо. Зинон помедлил, но не успел ухватиться за последний шанс поговорить, ведь колдун, отойдя на достаточное расстояние, стукнул посохом о землю.
Земля снова содрогнулась, из неё вырвались ростки, тянущиеся в небо и набирающие силу. Зинон отпрянул. Меньше чем за пять минут перед ним вырос пролесок, такой же густой, крепкий и черный, как деревянная клетка, годами сковывающая королевство. Завеса тянулась в обе стороны на столько, на сколько хватало взгляда, и, скорее всего, изолировала часть земель, где бушевали сражения, от остальных областей. Последние сомнения в том, что пожаловал лично Корсон, пропали.
Зинон почти решил, что бредит. Вслед за ожившей сказкой пришла легенда во плоти, которая шагнула в битву, ни секунды не сомневаясь, и отсекла опасную зону, точно пораженную болезнью конечность. С той стороны древесного заслона бахнуло особенно мощно. На мгновение Зинон словно вернулся в западный гарнизон, когда в лесу с таким же свистом и скрежетом что-то падало, и теперь стало ясно, что с таким грохотом умирали огромные железные птицы. Но неужели демоны столько лет сражались с ними? Неужели первыми встречали создания техники и не позволяли им пробиться в королевство? Но тогда почему они нападали на гарнизоны?
— Зинон, — окликнула гарпия. — Нельзя медлить.
Он отрывисто кивнул, переводя взгляд