Словно мотыльки, стремящиеся к свету, они бросали привычную жизнь, уходя к столице. Немногие оставались в домах. Зинон не совсем понимал, на что надеялся народ, стекаясь туда, ведь на всех за крепкими стенами места не хватило бы. Милосердный король сделал бы всё, чтобы укрыть подданных, но кое-что даже ему было не по силам. Вероятно, люди надеялись успеть раньше других, рассчитывая, что именно им удастся забрать последнюю краюху хлеба и последний спальник. Зинон не винил их за наивность. Кроме того, он и сам чувствовал, что ему нужно в столицу, причем не из-за задания, а по какой-то внутренней тяге.
Казалось, будто только там, за стенами, ждало спасение. Какой-то мощный щит или заклинание – что-то, чему техника не могла противостоять. Никакого разумного объяснения такой тяге не нашлось, и Зинон просто чувствовал, что нужно делать. Это сбивало с толку. Словно давным-давно выученный урок пригодился. Раздумывая над этим, он решил спросить у кого-нибудь о подобном чувстве, и начал высматривать беженцев, продвигаясь всё дальше и дальше.
Еще около часа дороги оставались пустынными, а деревни – покинутыми. Наконец, впереди показалась группа людей, бредущая вперед. Двое мужчин тянули повозку с припасами, молодая женщина с ребенком на руках сидела на лошади, старичок, закинув на спину тюк, шаркал в пыли, а двое детишек угрюмо тащились за взрослыми. С первого взгляда Зинон понял, что они шли уже долго. Изнуренные путешествием, они не разговаривали, не оглядывались кругом, и, точно заколдованные, шагали медленно, но верно.
Зинон остановился в отдалении, появившись по вспышке молнии, и люди дернулись, оборачиваясь. На хмурых лицах, припорошенных пылью, застыл испуг. Мужчины напряглись, оставив повозку, а детишки шмыгнули им за спину. Женщина крепко прижала к себе малышку лет пяти, которая спрятала лицо у нее на груди. Зинон слил остатки молнии в землю и поднял руки. Несколько долгих мгновений никто не двигался с места, но постепенно страх исчезал, ведь перед людьми предстал вовсе не демон, не создание техники и не новый враг, а простой маг Зинон.
– Юноша, – воскликнул вдруг старик, раскрыв глаза. – Уж не тебя ли я встречал недавно?
Зинон прищурился, разглядывая его, и посветлел лицом.
– Господин Арморос, – узнал он, улыбнувшись. – Рад снова видеть. Хорошо, что вы успели уйти от западных границ.
– Не без твоей помощи, – ответил старик. Зинон приблизился к нему, и остальная группа расслабилась, осознав, что им не причинят вреда. – Ты дал мне золотой за поле, и он стал нашим пропуском к порталу. Так и спаслись.
Зинон нахмурился.
– Разве маги берут плату в такие времена?
– Те, кто промышляют в тайне, берут, причем еще как, – ответил старик, и от его слов в груди закипело. – Не горячись, юноша, оно того стоило. Королевские телепорты не справлялись с нагрузкой и в основном переносили войска, поэтому мы пошли иным путем.
– Понимаю, – выдохнул Зинон и напрягся, готовясь задать главный вопрос. – Куда теперь направляетесь?
– В столицу, конечно. Куда же ещё?
– Думаете, стены защитят?
Старик Арморос крепко задумался. Во взгляде отразилось сомнение: он знал о чем-то и решал, стоило ли говорить. Его спутники молчали, затерявшись позади, и словно собирались слиться с местностью, только бы Зинон не обратил на них внимания. Ветер слабо колыхал волосы и поднимал пыль, а солнце давило сверху, будто испытывая их на прочность. Кожа блестела от пота, а во рту пересохло. Однако никто не попытался найти тень или заслониться – все ждали, когда Арморос закончит разговор, и не составило труда понять, что он был главным в этой маленькой группе.
– Дело не в том, защитят ли нас стены, – наконец, сказал он. – Но нужно подойти к ним вплотную. Так близко, как только возможно.
– Зачем? – спросил Зинон. – Там какая-то особая магия?
– А сам не чувствуешь? С каждым шагом энергии становится больше, и скоро она начнет потрескивать в воздухе, как твои молнии. Если я прав, то она высвободится в течение двух недель.
Зинон представил, что можно сотворить с таким количеством магической силы, и внутри натянулась струна. Он действительно заметил, как изменилось окружение: воздух точно загустел и молнии охотнее отзывались на призыв. Это чувство возникло на периферии еще в городе, где он встретил Харкиса под сводом витающих в воздухе символов, но теперь стало таким же явным, как камни на дороге. Наверное, королевские ученые стягивали энергию к столице, чтобы зарядить какой-то артефакт. Вот только малейший просчет с их стороны мог привести к трагедии. Ко взрыву, который снес бы всё подчистую.
Оттого стремящиеся к защите и спасению люди подвергались не меньшей опасности, чем если бы остались в домах. Из одного пекла они добровольно шли в другое. Едва ли многие знали о том, что делали в столице, но от этого не становилось легче. В груди продолжало зудеть, и что-то магнитом тянуло Зинона вперед. Это не было осознанной мыслью, смутным чувством или забытым наставлением, а казалось непреложной истиной, которая сама собой появлялась в голове.
– Мы, словно мотыльки, летим на свет, – поделился Зинон, и на лицо старика Армороса упала тень. Он отвел взгляд. – И почему-то мне кажется, что вы единственный здесь в полной мере осознаете, что происходит.
– Так и есть, – вздохнул он и обернулся к спутникам. – Мне не нравится способ, которым пытается защитить нас король, но, похоже, другого пути нет. Послушай, юноша, найди все людей, которые тебе близки и веди их в столицу. Не важно, окажитесь вы за стенами или перед ними, просто будьте рядом.
Зинон проглотил всё, что просилось на язык, и вместо этого кивнул. Все, кто был ему дорог, оставались позади: сослуживцы, командир Илон, Харкис, Ланс, даже старик Ал. Они сражались с техникой, не щадя себя, и, возможно, в этот самый миг издавали предсмертный хрип. На душе скребли кошки, когда Зинон думал об этом. О том, что у