Появление Темниковой не удивило — они с Костиной «менялись нами» по несколько раз на дню, и я давно не видел в этом ничего особенного. А вот способ, которым «любимая девушка» попыталась вернуть меня в нормальное настроение, напряг. Секунды на три-четыре. Но стоило девчонке заговорить, как ее ладонь на моем бедре стала ощущаться правильно:
— Тор, жизнь действительно радует не всегда. И мы действительно рядом. Но для того, чтобы твое «терпимо» превратилось в «хорошо» или, хотя бы, «неплохо», надо открываться. Хоть самую чуточку. И согревать душу теплом наших душ…
— Я постараюсь… — ничуть не кривя душой, пообещал я, накрыл ее ладонь своей и переплел наши пальцы. Потом принял запрос Марины на подключение к конференцсвязи, немного поколебался и начал выполнять обещание: — Я не в духе из-за того, что никак не мог себя заставить отпроситься, только что отправил уведомление об уже принятом решении Орлову с Переверзевым и… допускаю возможность, скажем так, негативной реакции.
Первой откликнулась Марина — заявила, что Геннадий Леонидович и Владимир Михайлович меня уважают, наверняка поставят себя на мое место и поймут, а значит, переживать не о чем. А Маша заставила посмотреть на ситуацию под другим углом:
— Тор, им нужны результаты. Поэтому до тех пор, пока ты им их даешь, тебе будет включаться зеленый свет во всех начинаниях…
…Весь перелет до Аникеево я разглядывал ночную Усть-Неру
и «грелся» об ладошку Темниковой, так и оставшуюся лежать на моем бедре. И пригрелся. Поэтому, припарковав флаер и вырубив движки, благодарно пожал пальчики, проартикулировал спасительнице слово «спасибо» и поднял свою сторону фонаря. Выбравшись из салона, уставился в объектив ближайшей внешней камеры своего «Наваждения», жестом приказал Фениксу опустить аппарель и вопросительно посмотрел на Ослепительных Красоток.
— С тобой лечу я… — ответила Даша и поинтересовалась, в каком режиме я планирую идти к Смоленску.
— В «связке», конечно… — ответил я, прекрасно понимая, что на самом деле стояло за этим вопросом. И порадовал девчат еще чуть-чуть: — Прыжок — не тренировочный, а значит, я имею полное право радоваться жизни в вашей компании. Кстати, кто затянет «связку» на «единичку»?
Маша подняла руку и сообщила, что у нее такого опыта чуточку меньше, чем у Даши, поэтому я кивнул, дал команду загружаться в корабли и пошел к аппарели. Следующие четверть часа занимался текучкой — поверял все и вся, общался с оперативными дежурными и выводил корабль из ангара. А потом передал управление Темниковой, оценил очередные изменения в ее технике пилотирования, похвалил прогрессирующую девчонку и «поймал» конвертик. Особой необходимости контролировать исполняющую обязанности первого пилота на финальном отрезке «коридора» не было, поэтому я развернул файл в отдельном окне ТК, врубил воспроизведение и вслушался в баритон Игоря Олеговича:
— Доброй ночи, Тор Ульфович. Понимаю, что у вас поздновато, но у меня только что сложилась очередная неприятная картинка из десятков вроде как не связанных друг с другом событий, и чутье забило тревогу. Объяснять, что именно идет не так, по вполне понятным причинам, не буду. Попрошу лишь вкладываться в подготовку своих напарниц чуть энергичнее… Минуточку…
После этой просьбы он поплыл взглядом секунд, эдак, на тридцать, а потом снова уставился «на меня» и снова заговорил:
— Мне доложили, что вы уходите на Смоленск, и объяснили, для чего. Я вам искренне сочувствую и желаю спокойного полета. Кстати, забыл сказать, что Дарья Алексеевна и Мария Александровна уже официально выпущены из ИАССН лейтенантами и отданы под ваше командование, что идентификаторы ваших подчиненных отображают корректную информацию, и что оформлять командировочные больше не надо. Хотя бы потому, что стажер ССО СВР вне юрисдикции военных патрулей. На этом, пожалуй, все. Хотя нет, опять не все: по моим данным, на Смоленске неспокойно: на нем — как, собственно, и на других приграничных планетах — начался передел собственности. Воюют как дворянские рода, пытающиеся наложить лапу на чужое добро, так и недобитые криминальные группировки, преследующие те же цели. Поэтому покидайте корабли по-боевому — то есть, не забывая личное оружие. И не стесняйтесь его применять: флотские, поддерживавшие относительный порядок первые дни, уже заняты боевой и физической подготовкой, в местных отделениях полиции катастрофическая нехватка сотрудников, а простой народ страдает. В общем, будет возможность приструнить вконец охамевших тварей… — вырезайте их к чертовой матери. Причем что родами, что группировками. И можете считать, что санкцию государя вы уже получили. На этом точно все. Еще раз искренне сочувствую. Желаю удачи и до связи…
Закрыв этот файл, я привычно разложил по полочкам всю полученную информацию, поискал «странности» и нашел. Поэтому подключился к общему каналу и спросил у девчат, что у них со стрельбой из табельных «Штормов».
Марина сказала, что была шестой на курсе и четырнадцатой в академии, а Ослепительные Красотки расстроили: дома их по этой дисциплине не гоняли от слова «вообще», а в ИАССН дали самую «базу» и сочли стрельбу не самым важным навыком для курсанта, занимающегося по ускоренной «военной» программе. Я мысленно выкатил претензии и себе, затем забил на рефлексии и принял решение:
— Что ж, тогда с сегодняшнего дня начинаем заниматься еще и стрельбой: по часу убиваетесь в вирткапсулах и по полчаса развлекаетесь холощением. Мариш, контроль за последним — на тебе.
— Принято! — отозвалась она, а потом спросила, есть ли необходимость корректировать программу еще и так.
Я процитировал часть монолога Цесаревича, выслушал экспрессивные мнения девчат о бардаке на приграничных планетах, почувствовал, что Даша с Машей начали заводиться, и переключил их внимание на приятную новость:
— Это мелочи. Главное, что вас официально отдали мне. Обаятельными юными лейтенантами и очаровательными стажерами нулевого отдела ССО в каждом отдельно взятом прелестном личике. И что новые статусы официально прописались в идентификаторах. С чем вас, собственно, и поздравляю.
— Надо тискать… — «предельно серьезно» заявила Кара, девчата, конечно же, согласились и спросили, когда я их порадую этим счастьем.
Я отшутился, потом дал команду рассчитать вектор разгона для прыжка к ЗП-четырнадцать, дамы переключились в рабочий режим, и в рубках стало тихо. К слову, не на пять-десять минут, а на все время пребывания в системе. Да, после стыковки кораблей я разрешил Марине с Машей перебираться к нам, но и на этом этапе девчата были сфокусированы на деле. Зато стоило Костиной поменяться местами с Дашей, затащить нас на струну и переключить корабль в зеленый режим, как парочка,