– А ты разве не этого добивался? – съязвила я.
На нас отовсюду смотрели. Кое-кто из гостей отошел в сторону, а другие, наоборот, подобрались ближе. Белла, вскочив из-за стола, уже спешила к нам.
Мне представились заголовки в газетах. Показания свидетелей. Фотографии арестованных, брызги крови на танцевальной площадке… Уговаривать Хита было бесполезно, а удержать его у меня не хватило бы сил.
Поэтому я не придумала ничего лучше, как развернуться и со всего маху влепить Эллису пощечину.
* * *
Эллис Дин. Я понимаю… сам напросился.
Любительские кадры, которые кто-то заснял на мобильный телефон. Катарина Шоу, подойдя к Эллису Дину, бьет его по лицу. Камера покачивается, быстро приближаясь к месту происшествия.
Джейн Каррер. Ужас! Ну разве можно так себя вести?
Пошатнувшись, Эллис хватается за нос. На его белый пиджак брызжет кровь.
Инес Эктон. Когда женщина дает мужчине пощечину, у нее есть к тому веский повод.
Ли Шоу бросается к сестре, но та отступает в сторону. Ли, потеряв равновесие, валится на сооруженные из цветов олимпийские кольца.
Журналист (обращаясь к Эллису Дину). А зачем вообще было приглашать Ли Шоу на банкет? Вы что, думали, они с сестрой бросятся друг к другу в объятия?
Эллис Дин. Ну почему… Нет, то, что этот парень прохвост, всем было ясно. Но чтобы такое заварилось…
В зале начинается столпотворение. Музыка замолкает. Гости кидаются к выходу, где уже появились охранники. Белла Лин продирается сквозь толпу к Катарине. Вслед за сестрой спешит Гаррет. Брат Катарины в полуобморочном состоянии лежит среди сломанных цветочных колец. Хит, обняв Катарину, пытается увести ее, но та, наклонившись над братом, что-то презрительно ему говорит.
Эллис Дин. Не знаю я, что она ему сказала! Когда кровь фонтаном хлещет из носа, уже не до того, чтобы слушать чужие разговоры… Костюм от Кавалли, который шили на заказ, был безнадежно испорчен!
Следующий кадр с мобильного телефона. Лицо Катарины снимают крупным планом. Она в сердцах говорит что-то брату, но ее голос тонет в шуме толпы.
Гаррет Лин. Никогда не забуду ее слов.
Журналист. Так что же она сказала?
Катарина разворачивается и уходит, за ней следуют Хит и Лины. Проходя мимо камеры, Белла вдруг замечает съемку.
«Удалите немедленно, или мы вас засудим!» – приближаясь, кричит она.
Раздается приглушенное ругательство. Изображение скачет. Съемка прекращается, но напоследок камера успевает заснять двух охранников, под руки поднимающих брата Катарины. Ли смотрит вслед сестре, в его мутных глазах видны слезы.
Гаррет Лин. Не хочу повторять то, что Кэт тогда говорила. Но зная, что произошло потом… догадаться нетрудно.
Глава 54
Мы не стали дожидаться, когда нас выгонят, и ушли сами. В лифте с нами никого не было, но Хит все еще прикрывал меня собою и утешал. Гладил горящую от удара ладонь. Недоумевал, с чего это мне вдруг вздумалось ударить Эллиса.
Навес у выхода из отеля освещался ярким светом. А вокруг ничего не было видно, кроме дождя. На улице похолодало, и мои голые руки покрылись мурашками. Стянув с себя пиджак, Хит принялся меня укутывать.
– Брось.
– Ты вся дрожишь. Давай-ка я…
– Хватит меня опекать, я в этом не нуждаюсь. Оставь, прошу.
Понурившись, он отступил.
– Ну и денек… Может, вернемся в номер и отдохнем?
– Иди без меня. – Поежившись, я обхватила себя за плечи, словно отгораживаясь от него. – Мне нужно побыть одной.
– А вдруг Ли вернется?
– Ничего, справлюсь.
Хит мог сколько угодно убеждать себя в том, что кинулся на мою защиту. Но я-то знала, что это не так. Я видела, каким бешенством исказилось его лицо, когда появился Ли. Последние десять лет, в то время как я всячески избегала встречи с братом, Хит жаждал встретиться с ним, чтобы наконец отомстить.
– Ладно, не буду мешать. Не торопись, – сказал он и, уходя, чуть слышно добавил: – Я ведь всегда могу подождать.
Провожая глазами его сгорбившийся силуэт, удалявшийся под дождем в сторону Центрального парка, я услышала сзади голос Беллы:
– А, опять ругаетесь! Слушай, может, хватит уже ерундой заниматься?
– Откуда же я знала, что мой брат…
– Да я даже не про то, что случилось сегодня… Кэт, ну зачем вы с Хитом себя позорите? С какой стати гоняетесь за дешевой славой? Все эти фотки, и секс, и бесконечный спектакль… Это же вам не реалити-шоу. Ну найдите вы себе нормального тренера. Вы же спортсмены мирового класса, черт вас подери… Чемпионы!
В голове эхом отдались давние слова Шейлы: «Ты же теперь чемпионка мира! Вот и веди себя как подобает!» Но в тоне ее дочери не было ни капли суровости. Белла говорила грустным, даже усталым голосом, от которого у меня сжалось сердце.
– Остался один сезон, – сказала она. – Наш с вами последний шанс поехать на Олимпиаду. Кончайте дурью маяться, а? Возьмитесь за ум, пока не поздно.
– Между прочим, мы весь сезон наверху продержались.
– Да ведь о ваших победах никто даже и не вспоминает…
Она была права. Люди обсуждали что угодно – нашу помолвку, сексуальную хореографию, скандалы, но только не спортивные достижения и мастерство.
– Белла, к чему ты завела этот разговор?
– Я говорю с тобой как подруга.
– Но мы же соперницы.
– Вот именно! А мне нужен достойный противник. – Белла с улыбкой толкнула меня плечом. – Я хочу не просто отобрать у тебя золото. Мне нужно знать, что я действительно его заслужила.
Мы немного помолчали, прислушиваясь к дождю.
– Пора возвращаться. – Она со вздохом посмотрела на дверь. – Ты идешь?
– Вряд ли мне там будут рады.
– С ума сошла! Да тебе весь зал будет аплодировать стоя. Знаешь, сколько присутствующих втайне мечтают надавать Эллису Дину по физиономии?
Она обняла меня, и сквозь запах дождя я почувствовала знакомый запах белого пиона – аромат ее духов.
– Ты лучшая моя соперница, Катарина Шоу, – заключила Белла. – Не смей отступать!
* * *
В парк идти смысла не было: Хит наверняка уже ушел далеко, а погода становилась все хуже. Я поймала такси и вернулась в номер. Мы жили в Нижнем Ист-Сайде, поселившись в бутик-отеле под чужими именами, чтобы не привлекать внимания журналистов. Номера в гостинице были обставлены по последнему слову моды: шикарный и одновременно безликий интерьер, мебель как с выставки. Из нашего номера через огромные панорамные окна от пола до потолка открывались потрясающие виды Нью-Йорка.
Не включая свет,