— Пожалуйста… — я ёрзаю бёдрами, умоляя его продвинуться глубже.
Палец послушно ввинчивается в меня, в то время как второй продолжает массировать клитор. Влажное хлюпанье разносится по гостиной вместе с моими жалобными стонами.
— Да, я люблю оральный секс… — долетает до меня сквозь завесу белого шума. — Покажи, как бы ты это сделала…
Шершавая подушечка большого пальца скользит по моим губам и проталкивается между ними. Вздрогнув, я втягиваю его в себя, сосу и глажу языком так, как бы ублажала член.
Это усиливает ощущения — давление во рту, ласки клитора, толчки пальцев — и заставляет раньше времени прийти к оргазму. Стиснув коленями ладонь Данила, я позволяю себе на несколько секунд раствориться в чистом животном экстазе. Изо рта вырываются бессвязности, тело сотрясается чередой бесконтрольных спазмов.
— А ты? — выдыхаю я, почувствовав, как Данил перекатывается на бок.
— Нет презерватива, — глухо бормочет он и, откинув плед, встаёт.
Я растерянно наблюдаю, как он, прижимая набухший член к животу, идёт к туалету, и, не удержавшись, спрашиваю:
— Всё в порядке? Ты куда?
Данил останавливается, давая возможность в полной мере оценить свою спортивную форму. Широкую грудную клетку, мускулистые ноги и идеально вылепленный пресс.
— Надо срочно передёрнуть. — Он измученно гримасничает. — Не переживай, я быстро. После такой-то охуительной прелюдии.
27
Я открываю глаза и утыкаюсь взглядом в мебельную обивку. Воспоминания молнией проносятся в голове, заставляя дыхание замереть.
«Мерседес», перегородивший двор, такси, сдающее назад… Данил, разливающий вино, стеллаж с книгами, «Матрица». Где-то между посреди этого затерялось селфи шлюхи-Нади, сидящей рядом с Костей.
Следующие кадры заставляют меня непроизвольно зажмуриться. Я пришла к Данилу, разделась и предложила секс. Презервативов не было, поэтому он мастерски довёл меня до оргазма, после чего ушёл в ванную, чтобы самостоятельно сбросить напряжение.
Раздавшееся звяканье посуды заставляет меня резко перевернуться на другой бок и встретиться глазами с Данилом. Он стоит за кухонным островком в одних спортивных штанах и с ножом в руке. Судя по скворчанию сковороды, что-то готовит.
Опомнившись, я подтягиваю плед повыше, чтобы прикрыть грудь. Вспышки воспоминания возобновляют свою атаку.
Данил вышел из ванны, лёг рядом и молча обнял меня… Кажется, ещё была шутка о скоропостижном оргазме, а дальше я отключилась.
— Доброе утро, — улыбаясь так, словно ничего из особенного за ночь не произошло, он поднимает ладонь в приветственном жесте. — Вчера тебе можно было просто меня крикнуть. Не пришлось бы спать на диване.
От намёка на то, что Данил пришёл бы по первому моему зову, растущее смущение начинает стихать.
— Доброе утро, — бормочу я, заматываясь в плед, чтобы иметь возможность встать. — В следующий раз буду иметь это в виду.
— Завтракать будешь?
Я машинально смотрю на плиту и чувствую требовательное урчание в животе. Что неудивительно с учётом аппетитных запахов и того, что вчера я от расстройства проигнорировала финальный ужин в «Родене».
— Да, буду, — я соскальзываю с дивана и торопливо семеню к спальне, не забыв по пути поднять с пола скомканные стринги.
Слава богу, Данил не стал их трогать. А то однажды на курорте горничная нашла в номере моё бельё и разложила их прямо на журнальном столе изнанкой вверх. Костя тогда ржал как умалишённый, а я чуть сквозь землю от стыда не провалилась.
— Я забегу в душ, ладно? — Я останавливаюсь в дверях, стараясь смотреть Данилу в глаза, а не на торс с красиво прорисованными мышцами. Спорю, он специально не надел футболку, чтобы я смогла оценить то, что не успела разглядеть ночью.
— Конечно. Чистые полотенца найдёшь в шкафу. — Данил вопросительно поднимает брови. — Напомни, ты кофе с молоком пьёшь или чёрный?
Я нерешительно переминаюсь с ноги на ногу, перед тем как ответить. Из-за меня ему пришлось спать на диване, а теперь он ещё делает завтрак и варит мне кофе? Как-то неловко.
Под двойной защитой в виде запертой двери ванной и стен душевой кабины, мысли перестают хаотично метаться. Данил ведёт себя абсолютно спокойно, значит и у меня нет причин переживать. Даже хорошо, что мы не продвинулись дальше, и всё закончилось только петтингом. Вчера я была немного не в себе из-за увольнения и той фотографии… Не последнюю роль сыграло и выпитое вино… Так что, да, всё к лучшему.
Быстро приняв душ и прочесав влажные волосы пальцами, я влезаю во вчерашнюю одежду и покидаю своё укрытие.
— Ты как раз вовремя. — Данил приглашающе кивает на островок. Будто прочитав мои мысли, он облачился в футболку, за что я ему премного благодарна. — Завтрак готов.
Снова смутившись его щедрым гостеприимством, я присаживаюсь и с удивлением оглядываю стол. Две чашки кофе, две тарелки с румяными тостами, сверху которых лежат красная рыба, авокадо и яйца-пашот, посыпанные тёртым сыром. Отдельно порезана ветчина и открыта банка оливок.
— Ничего себе… — Я растерянно смотрю на Данила. — Ты что, закончил кулинарные курсы? Это же настоящий пятизвёздочный завтрак.
— Готовлю под настроение. — Его взгляд прочерчивает линию вдоль моей щеки и спускается к шее. — Сегодня оно у меня есть.
Порозовев, я придвигаю к себе чашку с кофе. Всё это так непривычно. Будто сцена из романтичной мелодрамы. Пока героиня спит, герой для неё готовит. Помню, Костя высмеивал подобные клише, говоря, что торчать у плиты, чтобы сделать кому-то завтрак, могут разве что педики. Но Данил точно не гей. После сегодняшней ночи я в этом не сомневаюсь.
— Вкусный кофе, — с благодарной улыбкой замечаю я. — Ты тоже варишь в турке?
— Если тороплюсь — завариваю дрип-пакеты, — поясняет Данил, пристально наблюдая за мной из-за чашки. — Но сегодня я никуда не спешу, поэтому достал турку.
— И бутерброд тоже очень вкусный, — признаюсь я минутой позже. — За что ты не берёшься — у тебя выходит отлично.
— В свете недавних событий я особенно польщён. — Данил ослепительно улыбается. — А ведь это были только пальцы.
Поперхнувшись воздухом, я прикладываю ладони к стремительно краснеющим щекам. Казалось, что после грубой прямоты Кости меня сложно будет чем-то пронять, но нет. Данилу с лёгкостью удалось вогнать меня в краску.
— Ты покраснела.
— Быть смелой в темноте после половины бутылки вина гораздо проще, чем утром с кофе и при свете.
— Жалеешь?
После небольшой заминки я качаю головой.
— Нет. Разве что немного стыдно. Что я сама на тебя напала… И что тебе пришлось идти в ванную.
— Для любого здорового мужика — это обычная рутина, — шутит Данил и тут же становится серьёзным. — Мне всё понравилось.
Я закусываю губу, чтобы спрятать улыбку. Поверить не могу, что