Я понимал, что должен вести себя сдержаннее. Но рядом с моей одержимостью, которая не прошла даже спустя пять лет, меня к херам срывало с катушек. Предохранители летели в черную дыру, стоило мне посмотреть в ее большие, голубые глаза.
Я думал, за пять лет меня отпустит. Но, я серьезно проебался в расчетах. Математик хренов.
Сейчас, когда Снежана стояла напротив меня, вся такая беззащитная и чертовски сексуальная, я боялся закапать слюной пол. Докатился.
Сегодня же вечером поеду в клуб и поставлю на колени какую-нибудь телку в приватной кабинке. Мне нельзя подпускать Снежану близко к себе, иначе это может плохо закончиться.
Сегодня утром я получил сообщение, что через месяц Бес выходит из тюрьмы. Этот урод все-таки добился своего. И я знаю, он так просто не успокоится, пока не отомстит мне.
Он не станет пытаться убить меня. Мы оба понимаем, что у него ничего не выйдет. Бес попробует сломать меня через тех, кто мне дорог. А так как вчера я нарушил свое главное правило никого не впускать в свою жизнь, то Снежана в опасности.
И мне будет спокойнее, если она будет жить в моей квартире. Пусть и под контролем. До тех пор, пока я не засажу Беса до конца его дней.
Глава 10. Отказ
Марк
— Спасибо за предложение, Марк, — пролепетала Снежана, опуская взгляд в ноги, — но вынуждена отказать.
О, как! Гордая значит. Самостоятельная. Всё сама. Впрочем, это я и ожидал услышать. Моя снежная королева скорее выберет жить на улице, чем примет от меня помощь.
Хотя в нашей истории злодеем был не я, а она. Что же, это ее выбор. Сама прибежит ко мне и станет умолять. Мне же осталось только занять выжидающую позицию. Добыча сама войдет в клетку с хищником.
Даю ей неделю.
— Твое право, — я равнодушно пожал плечами, хотя у самого грудину рвало от злости. Упертая малышка. Хочет меня, еще как хочет. Но боится.
Интересно, сколько парней у нее было за это время? Доставляли ли они ей удовольствие? Заставляли кричать от оргазма? В том, что Снежана тихий омут, я не сомневался.
Пять лет назад, когда мы познакомились, она была невинна. Тогда я был уверен, что стану ее первым. В тот вечер даже свечи купил, лепестки роз, накрыл поляну, сделал все по красоте. Романтик хренов. И что в итоге получил?
— Увидимся на учебе, — задержавшись на ее манящих, полных губах дольше, чем было положено, я с трудом отвернулся. Направился к выходу. Сдерживался. Хотелось наплевать на все рамки приличия, вернуться. Подхватить Снежану под ягодицы и взять ее стоя у стены. Затем на полу, на хлипком диване, в душе и…
— Марк, я хотела…
— М? — остановился, но оборачиваться не стал. Итак, нещадно крыло. Ее отказ резал без ножа.
— Ты так и не поужинал в ресторане. Если подождешь, я бы могла быстро что-нибудь приготовить и…
Еще слово и она сама станет моим ужином. Сожру ее. Всю! И начну с ее губ. Нижних. Их сок все еще был на моих пальцах.
Я ничего не ответил. Распахнул входную дверь и вылетел в коридор. На голову что-то свалилось. Не стал проверять. Спустился по лестнице и не заметил, как оказался в тачке.
Ужин значит. Если бы остался, точно бы слетел с катушек. Фитиль бы к херам сорвало.
Швырнув телефон на сиденье, я смахнул с волос побелку. Окинул взглядом хлипкую пятиэтажку, которая находилась в аварийном состоянии.
Нет. В таких условиях ей нельзя оставаться. Не то, что месяц. Да даже неделю!
Упертая глупышка.
Я вдавил педаль до упора и внедорожник сорвался с места. Мне срочно нужно было спустить пар, отвлечься. Раз Снежана решила строить из себя неприступную недотрогу, то я ей подыграю.
Вздумала отталкивать меня, казаться сильной и независимой. Что же, вперед. Посмотрим, чья ледяная оборона падет раньше.
Приехав в клуб, я на ходу бросил Оксане принести мне кофе. Окинул взглядом темный кабинет и подошел к панорамному окну.
На входе снова толпились гости. Разодетые в дорогие тряпки, пришедшие лишь с одной целью.
— Марк Эдуардович, — увидел Оксану в отражении. В мини-юбке и с глубоким декольте на обтягивающей кофточке, она продефилировала до моего стола с подносом. — Звонил ваш отец. У вас на сегодня была назначена встреча, но… — она подошла почти вплотную, кладя ладони мне на плечи, — он не смог до вас дозвониться.
Я повел плечами, но отходить не стал. Знал, что Оксана все поймет без слов. Обычно я не отказывал ей. Оксана отлично справлялась со своими расширенными обязанностями. Ее рабочий день начинался с глубоко минета, а заканчивался на моем столе.
— Мой рабочий день уже закончился, — она села на стол, широко разведя передо мной бедра. Призывно облизнула ярко накрашенные губы, скользя по мне голодным взглядом, — но я с удовольствием задержусь.
Откинувшись на спинку кресла, я сжал в руке телефон. Окинул Оксану равнодушным взглядом, понимая, что мне плевать. Она была красивой, не спорю. Ухоженная, с большими сиськами и рабочим ртом. Но это было не то. Одна встреча со Снежаной, и меня как отрезало.
Знаю, я мог отключить голову и податься животным инстинктам. Спустить пар, выместить через секс всю злость.
— Марк Эдуардович, — Оксана стянула с себя трусики, демонстрируя, как набухли и блестят ее губки, — хотите, чтобы я сделала это рто…
— Иди домой, — кивнул в сторону двери. — Завтра можешь не приходить на работу. У твоего сына, если я не ошибаюсь, день рождения. Его мать должна быть рядом.
Во взгляде Оксаны мелькнуло удивление вперемешку с разочарованием. Она хотела что-то сказать, но промолчала.
Когда дверь за ней закрылась, я нехотя позвонил отцу.
После смерти матери наше отношение сошло на нет. Хотя, еще при ее жизни, мы мало общались. Когда пятнадцать лет назад родители развелись, мне было мерзко приезжать в гости к новой семье отца. Он закрутил роман с девкой, которая была старше меня всего на четыре года. Оставил мою мать ради тупоголовой вертихвостки, которая была с ним только из-за денег.
Когда мне стукнуло восемнадцать и я все-таки решил навестить отца, то его молодая женушка всячески пыталась меня соблазнить. Помню, как она прокралась ночью ко мне в спальню и залезла в трусы. Тогда, сквозь сон, я не сразу понял, что за херня происходит. А когда проснулся, то эта шлюшка уже ублажала меня ртом.
Я