— Ах ты подлец, вор, подонок! — выпалил я, скаля зубы. — Выметайся отсюда, пока я не вызвал полицию или не познакомил тебя со своей магией! Ты больше не часть этого рода, мерзкая крыса!
— Всегда ты! Ты! — прошипел Алексей вне себя от злости, смекнув, что его личность раскрыта. — Когда ты сдохнешь, старый придурок⁈
— Не раньше тебя, шакал. Убирайся отсюда!
— Я возьму своё и уйду! Этот род должен мне за то, что я сделал для него! — яростно выпалил блондин, сжав пальцы в кулаки.
— Зверевы ни хрена тебе не должны! — яростно отбарабанил я и вытащил телефон из кармана. — А лучше спросим у полиции, кто тебе и что должен за проникновение в чужой дом и взлом. Вот Воронов-то обрадуется, что его новоиспечённый зять вор и грабитель. Скандал будет такой, что он тебя удавит собственными руками!
— Не смей! — взвизгнул Алексей давшим петуха голосом.
Его дыхание участилось, взгляд в панике заметался по комнате, а потом остановился на мне, наливаясь всепоглощающей злостью. Я стал для него корнем всех бед, которые, по мнению Алексея, несправедливо обрушились на него, такого белого и пушистого.
— Если бы ты тогда сдох, всё было бы иначе, — еле слышно прохрипел он, душимый жарким гневом.
Его аж затрясло, а единственный глаз загорелся жаждой крови, мести… В голове блондина наверняка появилась картинка того, как он расправляется со своим ненавистным дедом, прячет тело, заметает следы и обносит дом.
А я сейчас, надо признать, не в самых лучших кондициях. Да, магию мне практически не довелось нынче использовать, но я потратил кучу выносливости на проникновение в особняк де Тура. Потому у Алексея имелся кое-какой шанс положить меня на лопатки.
— Я без сожаления превращу тебя в горстку пепла, — холодно процедил я и показал ему экран телефона, где шёл звонок в отделение полиции.
— Мерзавец! — взвыл он и сделал что-то странное…
Хрен знает, чем руководствовался его ослеплённый яростью разум, но Алексей вдруг нырнул рукой в свинцовый ящик и схватил чёрный шар, обёрнутый лишь во всё те же кожаные лоскуты из моих перчаток. Остальное он уже успел снять с черныша.
— Брось его, идиот! — выпалил я, сбросив вызов.
Алексей дёрнулся к двери и вдруг замер, будто мир внезапно поставили на паузу. Но уже через миг он резко выгнулся до мерзкого щелчка позвонков. Лопнуло крепление, удерживающее маску на его лице. Она упала на пол, обнажив мучительно сведённые брови, ниточку слюны из разъехавшихся челюстей и расширенный до предела глаз. Казалось, что тот смотрит сквозь время и пространство, куда-то туда, где никогда не был человек.
— Что ты наделал… — прошептал я, глядя на его судорожно скрюченные пальцы, держащие чёрный шар.
Мизинец внука касался поверхности черныша, угодив в щель между кусками кожи, оплетающими артефакт.
— Я… я вижу… слышу их… как их много… — прошелестел помертвевший голос Алексея, запрокинувшего голову. — Как их много… много… Не могу… не могу!
Его голос загромыхал, сорвался на истошный визг, вскрывающий вены. А тело задрожало, как у марионетки, у которой разом дёрнули все нити.
— Не могу! Не могу! Господи, помоги! Я не хочу зреть это! Выпустите меня! Нет! — в ужасе выпалил Алексей вмиг охрипшим голосом.
Он словно увидел истинный Ад, где с людей заживо сдирали кожу и с хохотом присыпали кровоточащее мясо солью. А на громадных сковородах жарились истошно вопящие грешники, всё застилала вонь горелой человеческой плоти и волос. Кожа шкворчащих грешников покрывалась волдырями, скукоживалась и чернела. Глаза лезли из орбит, а из сорванного от воплей горла лилась кровь.
— Нет! — снова завопил Алексей и схватился руками за голову, выпустив чёрный шар. Тот со стуком упал на пол и закатился под стол.
Блондин же, страшно завыв, бросился в окно. Выбил своим телом хлипкую оконную раму и вместе с осколками стекла упал на небольшой газон, растущий перед домом.
— Нет! Уйдите! Отстаньте! — истошно провыл Алексей, вскочил и со всех ног ринулся по тротуару, будто за ним гналась свора кровожадных демонов.
Перед моим мысленным взором промелькнуло видение того, как я в похожей ситуации преследовал паразита Павлова.
Правда, на сей раз возле окна не росло дерево, потому пришлось просто прыгать. Но газон и рыхлая земля смягчили моё падение. Однако в левом колене всё же что-то отчётливо хрустнуло. Острая боль прострелила ногу, заставив застонать.
— Твою мать, — прошипел я сквозь зубы и кое-как помчался за Алексеем.
Тот отдалялся всё дальше, завывая, как сирена. Его вопли взбудоражили всех местных собак, даже тех, что жили в домах. Поднявшийся лай врывался в мои уши, где грохотал пульс. Сердце быстро колотилось, как сумасшедшее, а разум шептал, что я хрен догоню бывшего внучка.
Но если Алексей сбежит, то последствия могут быть отвратительными… Ежели он ляпнет кому-то о чёрном шаре, то на меня обрушатся огромные проблемы. Пёс его знает, насколько сильно он повредился в уме! Да и повредился ли? Может, это была просто некая психологическая атака черныша, от которой Алексей скоро оправится?
В общем, варианты есть разные, но блондина точно нужно догнать. Только, зараза, как⁈ Старческое тело — это вам не тушка атлета-бегуна. Я уже захлёбывался воздухом, чувствуя, как огнём горит левое колено.
Использовать «скольжение»? Да, несколько раз я сумею воспользоваться им, но приближусь к Алексею совсем на чуть-чуть, а потом просто свалюсь от усталости. Выгоднее бежать за парнем на своих двоих и высматривать средства передвижения.
Однако возле тротуара не было ни велосипедов, ни электросамокатов. Правда, на той стороне дороги прямо под жёлтым светом кованого фонаря стояла парочка припаркованных машин.
Я метнулся к одной по штрих-коду «зебры», рассчитывая угнать. Но сегодня, кажется, была не моя ночь. Сама судьба ополчилась против меня…
Из-за поворота на большой скорости выскочила спортивная машина с дворянским гербом на капоте и хохочущей молодёжью. Авто помчалось прямо на меня, замершего посреди улицы, как выскочивший на трассу седой олень в свете несущегося грузовика.
Ещё секунда — и бампер срубит меня как деревце, затягивая под машину, а колёса разорвут внутренности, как бурдюк с вином.
Водитель в этот миг выпучил зенки, раззявил рот и нажал на клаксон. Автомобильный сигнал ударил по ушам, как взрыв бомбы.
Благо я не запаниковал, а активировал «скольжение». Мир тут же сильно сбросил скорость. Машина замедлилась, визг клаксона