* * *
Вечером, когда на балконе гаснут последние светлячные фонари, она выходит босиком. Её волосы — теперь с серебром. Но в глазах — всё тот же фиолетовый огонь. Клеймо на шее всё ещё светится, но уже мягко, как воспоминание, а не приказ.
Позади — Лир и Эйвар. Первый — как всегда с усмешкой, второй — как всегда молчалив, но готов закрыть её крыльями, если понадобится.
Они не состарились — магия в их крови иного рода. Но жили они не в вечности, а в тепле дома, в детском смехе и бесконечных разговорах до рассвета.
— Думаешь, я справилась? — спросила Ольга.
— Ты не справилась, — ответил Лир. — Ты сотворила.
— Я бы и без тебя справилась, — хмыкнула она.
— Конечно, — Эйвар подошёл ближе и обнял сзади, касаясь подбородком её макушки. — Но кто бы тогда спорил с тобой в постели?
И она рассмеялась. Так, как в юности. Звонко, без страха. Потому что наконец — мир был домом. И Ольга, полковник, феникс, магиня, мать, владычица и просто женщина — стала его сердцем.
* * *
«Пусть мои дети не узнают слова „раб“. Пусть мои внуки не знают слова „война“. Пусть во всех мирах, где однажды зажжётся огонь, кто-нибудь вспомнит: где-то жила женщина, и она поверила в свободу. И это изменило всё.»
БОНУСНАЯ ГЛАВА I: «Пламя для троих»
Ночь выдалась прозрачной, как дыхание стекла. Под балдахином чужих звёзд, между ветвями шепчущих деревьев, балкон сиял мягким светом лун и отсветов магического кристалла, встроенного в перила. Ольга стояла, опершись ладонями о каменную плиту, в тонкой серебристой тунике, едва касавшейся бёдер. Её волосы были распущены, а кожа светилась от свежести купания в лесном источнике. Легкий ветерок пробежался по её плечам, словно приглашая быть откровенной этой ночью.
Она не ждала их, но знала — они придут.
Первым шагнул из темноты Лир. Его походка была ленива, почти насмешлива, как у большого хищника. На нём не было рубашки — только мягкие брюки и длинный тёмный жилет, распахнутый на груди. Его рога, закрученные назад, поблёскивали в лунном свете, а чёрные глаза смотрели так, словно он видел её насквозь.
— Не спишь, хозяйка? — прошептал он, подходя ближе, будто проверяя, можно ли приблизиться ещё.
— А ты? — отозвалась она, не оборачиваясь. — Пришёл по первому зову, которого не было?
— Ты думаешь, твоё желание не зов? — Он провёл пальцем по её обнажённой руке. — Оно горит, как маяк.
Ольга повернула голову. Его губы были так близко, и в глазах плясал тот самый огонь, который она не могла забыть. Но в этот миг воздух сменился. Он стал плотнее, как перед грозой.
С крыши ступил второй — Эйвар. Безмолвный, как тень. Его белые волосы развевались, а за спиной раскинулись полупрозрачные крылья, похожие на лезвия, светящиеся изнутри. Он был обнажён до пояса, его грудь вздымалась от тихого, глубокого дыхания.
— Ты не одна, — сказал он негромко, но голос его отозвался в её костях. — И этой ночью ты не будешь выбирать. Мы пришли — оба. Как всегда.
Она улыбнулась. Это была улыбка женщины, знающей, что сейчас произойдёт нечто великое. Она взяла Лира за руку, потом подала другую Эйвару.
— Тогда пусть будет ночь пылающей правды.
Они вошли в комнату, где стены были затканы тканью, а подушки — разбросаны по полу. Магические светильники медленно гасли, оставляя их в тени танцующего пламени.
Лир стянул с неё тунику, целовал плечи, шею, оставляя поцелуи, как следы от искр. Его ладони были горячими, и от каждого прикосновения в ней вспыхивал огонь.
Эйвар подошёл сзади, его крылья сомкнулись над ней, отрезая её от мира. Его руки были холоднее, почти ледяные, но это только подстёгивало жар. Он прошептал на ухо древние слова — ритуал на связывание тел, разума и желания.
Ольга стонала, теряясь между двумя стихиями: страстью демона и глубиной ангела. Она таяла в их руках, то ли возносясь, то ли растворяясь в том, кем была. Не полковник. Не хозяйка. А женщина — живая, настоящая, желанная.
В их троих сплеталась магия. На её коже вновь вспыхнул клеймо контракта, но теперь оно пульсировало в такт её сердцу.
Их ночь длилась в вечности.
И лишь утром, когда первые лучи коснулись кровати, Ольга, прижатая к двум телам, с закрытыми глазами выдохнула:
— Так вот как выглядит вечность… когда она не пугает, а утешает.
БОНУСНАЯ ГЛАВА II: «Перо будущего»
Двадцать семь лет спустя.
Мир был другим. Планета расцвела под её рукой. Старые кланы давно уступили место новому порядку, где слово не определялось статусом крови, а силой духа. И всё же среди тех, кто называл Ольгу матерью народа, оставались и те, кто искал грани её силы. Один из них — юноша с глазами, как у неё, но с улыбкой отца.
Луэн, её старший сын, стоял у портала древнего храма, разрушенного наполовину, но всё ещё пульсирующего магией.
— Мам, я пойду. Мне нужно это увидеть.
Ольга не спорила. Она только вручила ему амулет — кристалл с её магией.
— Если позовёшь — я услышу. Где бы ни была.
Он кивнул и исчез за аркой.
Там, внизу, он нашёл то, чего никто не ожидал. Капсулу. Старую, покрытую рунами, с обломанным эмблемами.
На ней была выгравирована надпись:
«Вторая волна. Только если Первая станет Сердцем.»
Он вернулся — но не сразу. Когда он вернулся, у него был другой взгляд. Взгляд мужчины, а не юноши.
— Я видел, — сказал он. — Там были не только ты. И не только одна планета. Кто-то готовит новую волну. А это значит…
Ольга сжала губы:
— Что конец может быть только началом.
И за её спиной, в небе, вспыхнула новая звезда.