Через некоторое время, осознав неприятие унии большинством Литовской Руси, митрополит Григорий перешел под власть Константинополя. В 1470 году его полномочия были подтверждены новым патриархом Константинополя. Тогда же в Новгороде усилились сторонники ориентации на Литву: на княжение был приглашен литовский князь Михаил Олелькович, а Новгородского архиепископа Феофила, избранного в ноябре 1470 года, хотели направить на поставление не к митрополиту Московскому, а к Григорию Болгарину. Это ускорило решимость Ивана III идти на Новгород. Несмотря на то что митрополит Григорий был признан Константинопольским патриархом, в Москве наступление на Новгород было представлено как «крестовый поход» для защиты православия от латинян и униатов.
С этого момента, как мы помним, возникают союзы Казимира с ханом Ахматом и союз Ивана III с Менгли-Гиреем. Помешать поглощению Новгорода не удалось во многом потому, что Казимир оказался слишком занят борьбой за влияние в Центральной Европе, где ему удалось добиться для своего сына чешской и венгерской корон. Но это отвлекало его силы и средства от восточного направления политики. Защитить Подолию, Волынь и Киев от рейдов крымцев и их союзников не удавалось, татары уводили большой полон, разоряли города и православные монастыри. Некоторым выходом стало появление здесь вольных людей, прикрывавших рубежи со стороны Дикого поля и наносивших урон татарам своими рейдами. Несмотря на именование их тюркским словом казаки, в дальнейшем они выступят защитниками православных святынь. Усилившееся наступление польско-литовской шляхты и католического духовенства на православных крестьян будет подпитывать слой тех, кто выберет опасную, но вольную жизнь казака.
На восточном направлении стареющий Казимир и его сын Александр Ягеллончик, назначенный наследником литовского престола, уже не думали об экспансии на северо-восток, стараясь удержать хотя бы Верховские княжества и Смоленскую землю. Казимир понял, что если он продолжит поддержку церковной унии, то его православные подданные захотят перейти под власть Ивана III, который сможет тогда вторгнуться на пограничные земли ради «спасения православия». Поэтому с начала 1480-х годов Киевские митрополиты поставлялись уже только патриархом Константинопольским.
Пограничная война Москвы и Литвы все же разразилась в 1487–1494 годах, но она хотя бы не стала войной за веру. В ходе этого и последующих конфликтов постепенно будут утрачены Верховские земли и Смоленщина. Но в целом Литовская Русь останется лояльна своим правителям. Города и области легко добивались от них подтверждения своих прав и свобод, шляхта и магнаты находили польскую модель государственного устройства более привлекательной, дававшей большую власть над крестьянами и большую свободу от централизаторских поползновений правителей. В 1514 году польско-литовское войско нанесет серьезное поражение войскам Василия III под Оршей, что надолго остановит натиск Московского государства. Однако противостоять восточному соседу Литве можно будет лишь путем дальнейшего слияния с Польшей, более сильной, более населенной, способной обеспечить доминирование в сфере культуры.
Претензии польско-литовской элиты на господство на Восточно-Европейской равнине ушли в прошлое, сместившись в область мифологии. «Сарматский миф» и жанр «сарматского портрета» будут напоминать, что шляхта — потомки сарматов, легендарных свободолюбивых властителей степей, отличных от «черни», «хамов» — славянских и литовских простолюдинов.
* * *
Московский князь Василий, сын Василия I и Софьи Витовтовны, взошел на престол в 1425 году. У него сразу же разгорелся конфликт с дядей — Юрием Звенигородским. Оспорить престол у молодого князя сразу не удалось, мешали его защитники — митрополит Фотий и дед Василия, могущественный Витовт. Но после их смерти конфликт перешел в активную стадию. Войны сменялись перемириями до того момента, когда Василий был разбит Улуг-Мухаммедом в 1445 году под Суздалем и попал в плен. За князя был назначен огромный выкуп, тяжким бременем упавший на его земли. Это стало поводом для заговора Дмитрия Шемяки, сына Юрия Звенигородского. В феврале 1446 года Василий II был ослеплен и отправлен в ссылку. Однако московские служилые люди остались верны князю Василию, получившему теперь прозвище «Темный», и в конце 1446 года освободили Москву. Дмитрий Шемяка бежал за Волгу в свое удельное княжество — Галич. После ряда поражений он укрылся в Новгороде Великом, где в 1453 году был отравлен. Постепенно Василию Темному удалось укрепить пошатнувшееся положение Москвы. Он даже смог купить ряд рязанских земель на правом берегу Оки, вплоть до верховьев Дона.
После того как Московская митрополия стала независимой от патриарха Константинополя, попавшего под власть султана, митрополит Иона впервые назвал Василия II «царем», что соответствовало императорскому титулу. Поставление митрополита зависело теперь только от воли великого князя московского, начинавшего осознавать себя единственным православным государем, сохранившим независимость. Но совместить притязания на царское достоинство с зависимостью от хана Орды было невозможно.
После смерти Василия II (1462) на престол вступил его сын, 22-летний Иван. Уже на следующий год он присоединил Ярославское княжество, не испрашивая на это ярлык у хана Большой Орды. Новгород Великий — «северный исполин», чьи владения доходили до Ледовитого океана и полярного Урала, де-факто сохранял полную самостоятельность, оставаясь боярской республикой, но формально еще с XIII века признавал верховенство великих князей владимирских, чей титул носили теперь московские князья. Когда часть новгородской знати к 1470 году начала склоняться к переходу под сюзеренитет Казимира и под омофор Киевской митрополии, Иван III выступил в поход и летом 1471 года нанес новгородцам поражение на реке Шелони. Полная ликвидация новгородской независимости произошла позже, зимой 1477/78 годов. Поводом стал отказ новгородских бояр назвать великого князя не только своим «господином», но и «государем».
После отражения ордынского похода 1472 года Иван III перестал выплачивать дань и начал переговоры о союзе против Казимира IV и Ахмат-хана с