Потирая лоб, Сай неловко поерзал в своей позе.
— Послушай, Кин, я хотел поговорить с тобой об этом.
О чем тут, блядь, было говорить? Я снова начала заводиться. От старых воспоминаний о быстро разлагающемся трупе Атласа было трудно избавиться, когда они завладели моим разумом.
— А, приятель, позволь мне. — Рук похлопал Сая по руке, прежде чем передать белую коробку архангелу, который неохотно ее принял.
Успокоившись, я наблюдала, как трикстан приближается ко мне. Это был мой халат, который был на нем? Я точно заметила это раньше, но были другие неотложные дела. Теперь, когда в голове прояснилось, я сочла это чудом, что его широкие плечи не разорвали швы, когда он пытался втиснуть руки в рукава.
Взяв мои руки в свои, Рук нежно улыбнулся мне.
— Любовь моя, когда мужчина испытывает глубокие чувства к женщине, вполне естественно, что эти глубокие эмоции проявляются таинственным образом, — начал он, но был быстро прерван.
— Человеческая половина души Атласа была спасена, выпалил Сайлас. — Теперь он один из нас.
Один из нас или один из таких как Сай? Если бы мой Атлассиан действительно вернулся, всем потребовалось бы несколько дополнительных молитв.
Глава пятнадцатая
Я начинал чувствовать себя Сайласом из-за того, что дулся и хмурился в своей квартире после свидания с Кинли. Желание быть с ней — помочь ей — было ошеломляющим. Тем не менее, Сай настоял, чтобы я держался на расстоянии, пока он не убедится, что у нее не случится очередного срыва следующего уровня.
Нет ничего более сильного удара по духу, чем осознание того, что само твое существование привело к тому, что твоя вторая половинка оказалась в темном месте страданий. Бог знал, что я бы сделал все для своего ангела, но когда это означало не быть рядом с ней, это была одна из самых трудных вещей, которые мне когда-либо приходилось делать.
Выбросив китайский контейнер из-под еды навынос в мусорное ведро, я направился к холодильнику, чтобы взять себе пива, когда в кармане зазвонил телефон. Запустив руку в карман джинсов, чтобы вытащить телефон, я посмотрела на звонившего, и первый проблеск надежды наполнил меня, когда я увидела имя Сайласа на экране.
— Эй, ты говорил с ней? — Я отмахнулся от всех любезностей вежливой беседы.
С другого конца провода донесся слабый звук закрывающейся двери, прежде чем Сай ответил.
— Да, Рук и я говорили с ней.
Кто, блядь, такой Рук?
— Рук (Прим. В переводе с англ. ладья или грач)? Ты о шахматной фигуре или птице?
Тяжелый вздох на другом конце провода дал мне понять, что Сайлас не хотел вдаваться в подробности. Сай хрипло ответил на мой вопрос.
— Демон-трикстер и заноза в моей заднице. Он пристально следил за ней. Как бы мне ни было неприятно это признавать, возможно, он действительно приносит ей какую-то пользу.
Искра ревности вспыхнула в моей груди. Я не ожидал, что Кинли примет целибат после моей смерти, но наличие другого демона, потенциально утешающего ее, было… тревожным.
С недоверием, окутывающим мои слова, я не потрудился скрыть, что я чувствую по этому поводу.
— Трикстеры, как известно, не являются честным видом среди демонов.
— Обычно я бы с тобой согласился, но, похоже, он достучался до нее. Однако все немного сложнее, чем я ожидал. — Сайлас рассказал мне о последних выходках Кинли, включая историю с плюшевой куклой-ангелом.
Черт, это плохо.
— Это еще не все. — Слова Сая прозвучали как-то приглушенно, как будто он только что провел рукой по лицу.
Я повернулся и прислонился спиной к кухонной стойке, гадая, что, черт возьми, еще могло происходить.
Его слова были резкими.
— Ее Божественный Меч пропал.
Мой желудок упал к ногам.
— Пропал, то есть она его потеряла? Или его украли?
— Черт возьми, я не знаю, Атлас. Она настаивает, что он где-то здесь, но у меня такое чувство, что он давно исчез. — Его разочарование было настолько сильным, что это было ощутимо даже по телефону. — Вот почему мне нужно, чтобы ты приехал к ней домой. Если кто-то забрал ее меч и она получает подарки от психопата, я сомневаюсь, что на этом все закончится.
На середине его объяснения я уже схватил ключи со стойки и стащил кожаную куртку с настенной вешалки в передней части моей квартиры.
— Я уже в пути. — Я захлопнул за собой дверь.
Припарковав свой мотоцикл на подъездной дорожке, я стоял на крыльце дома Кинли, ожидая, когда кто-нибудь откроет дверь. Как только я собрался постучать, дверь распахнулась, и на пороге появился Сайлас в темно-зеленом хенли и джинсах. В его глазах отразился намек на облегчение.
— Что-то ты долго, — проворчал он и отошел от входа в фойе, который мне уже был знаком.
Покачав головой, я вошел внутрь, тихо закрыв за собой дверь.
— Не у каждого есть право приходить и уходить, когда им заблагорассудится, в мгновение ока. — Мое не очень тонкое напоминание о том, что не все мы получали тех же привилегии, что и он.
Я старался держаться на хорошем счету у Евангелины. Моя непосредственная начальница была скупа на разрешения для ангелов-хранителей на свободные телепорты по земному шару. Формального запрета не было, но это всячески порицалось. Сам по себе я уже считался аномалией — и мне совсем ни к чему было ещё одно пятно в личном деле.
Оглядевшись, я увидел, что в роскошном доме все было тихо. Мои нервы дали о себе знать, когда до меня дошло, что я наконец-то снова увижу Кинли. Надеюсь, на этот раз это не приведет к убийству.
Каждая частичка меня хотела просто обнять ее и сказать, как мне жаль, что я бросил ее на той заснеженной горной вершине. Мне так много нужно было ей сказать, и все же я все еще не был уверен, как я собираюсь это сделать. Будет ли она восприимчива к моему присутствию в этот раз?
— Где все? — Я, по крайней мере, ожидал увидеть кого-то из ее звездной прислуги, о которой она кратко упомянула в «Доме Вафель Ванды», прежде чем все пошло наперекосяк.
— Кинли наверху, в своей комнате. Я не уверен, когда Рук вернется, он ушел, чтобы посмотреть, сможет ли он отследить, кто оставил свою сперму на посылке. Что касается людей, — он провел пальцами по своим коротко подстриженным светло-каштановым волосам, — мы решили, что им лучше немного отдохнуть, пока мы не будем уверены, что