Подробно объяснял все про дозоры и организацию охраны обоза, если такой придётся сопровождать.
У нас, конечно, не обоз, всего трое саней. Но и этого хватало, чтобы изучить все, так сказать, на примере.
Понятно, что все его инструктажи, по большей части, касались возможного столкновения с возможным противником, но не только.
Во время недолгого привала, который мы устроили ближе к обеду, чтобы дать отдых лошадям, он терпеливо объяснял, что нужно делать и как, чтобы и лошадей обиходить, и самому успеть передохнуть, перекусив и глотнув горячего, что в условиях зимы лишним не будет.
В общем учёба стала даже плотнее чем раньше, тем более что теперь мы были в распоряжении наставника считай круглосуточно.
На самом деле, все было внове, все интересно, и дневное время в дороге пролетело стремительно. Ночевать остановились в специально оборудованном для этого месте. Здесь мы обнаружили вполне просторную землянку и изрядный запас сухих дров.
В целом, путешествие получалось практически не напряжным, если, конечно, и дальше так пойдет.
Можно было бы передвигаться и побыстрее, но нас малость тормозили трое саней с припасами и имуществом десятка. Но здесь, похоже, все продумано до мелочей и оборудованные стоянки расположены именно с учётом дневного перехода.
Я почему-то не думал, что придётся уходить так далеко от селения, а в пути мы были почти неделю. Почему-то мне думалось, что патрулируемая граница находится намного ближе и расположена где-то на границе степи и лесостепной зоны, но нет. Последние три дня мы передвигались уже именно по степи, пусть и изрезанной обилием оврагов, но уже без таких нагромождений холмов, яров и других возвышенностей с низинами, как в родных краях.
Когда же прибыли на место, где придётся провести ближайший месяц, я, глядя на обросших, нереально грязных, закопченных казаков, которых мы прибыли сменить, невольно подумал: «Без бани здесь будет совсем грустно».
Так уж получилось, что прибыли мы во второй половине дня и ночевать нам пришлось вместе со старожилами в очередной землянке. Она, как я понял, была своеобразной казармой для несущих здесь службу казаков. Мне эта ночёвка, в отличие от прошлых, совершенно не понравилась. Лёжа в темноте, не в силах уснуть из-за вони, выедающей глаза, и непередаваемой словами духоты, я решил для себя, что вывернусь наизнанку, но постараюсь не допустить подобного безобразия. По-любому придумаю, как сделать так, чтобы появилась возможность нормально помыться хотя бы раз, а лучше пару раз в неделю. С такой мыслью не заметил, как уснул. А утром проснулся от начавшийся суеты, связанной с отъездом сменившегося десятка.
Глава 7
Проводы сменившихся были недолгими. Казаки, несшие здесь ранее службу, спешили побыстрее отправиться домой, соответственно, и собирались недолго. Каких-то полчаса с подъёма, и они отправились в путь.
Не успели они скрыться из виду, как между Святозаром и Нечаем возник спор, и предметом этого спора оказался я.
Дело в том, что, как я довольно быстро выяснил, слушая их перепалку, здесь, в этой землянке на постоянку останутся нести службу только четыре человека. Основной состав десятка, разбившись на пары, выдвинется дальше в степь и будет этот месяц жить там, при этом каждая пара будет отвечать за свой участок этой как бы границы.
Задача у этих пар одна: вовремя обнаружить противника и подать сигнал. Все просто — увидели чужаков, подожгли заранее подготовленную поленницу дров. И все, можно и нужно смахиваться, а костёр увидят хоть днем хоть ночью и отреагируют на него как надо.
Собственно, все отработано до мелочей и, казалось бы, спорить тут не о чем. Обычно в эти дозоры направляют по парам одного опытного казака и кого-нибудь из молодых, так, собственно, и передаётся опыт от старшего к младшему. Сейчас Нечай с пеной у рта доказывал, что мне ещё рано идти в такой дозор, Святозар же очень спокойно настаивал, что, наоборот, чем раньше я пойму службу, тем мне же будет лучше.
Проблема. собственно, нарисовалась только по причине отсутствия единоначалия. Так-то вроде как командует десятком Нечай, а Святозар здесь, чтобы ввести новичков в курс дела, обрисовать задачи и указать так называемые кордоны, где выделенным парам предстоит нести службу. Казалось бы, при таком раскладе главным должен быть Нечай без вариантов, только не все так просто. Именно в этом случае огромный авторитет и опыт Святозара как бы обесценивал главенство десятника, вот и получилось, что невольно коса нашла на камень, притом оба спорщика в какой-то мере были правы.
Нечай отвечает за мою безопасность перед моим отцом, и понятно, что он не хочет отправлять меня как бы на передовую, а Святозар в свою очередь взялся сделать из меня полноценного казака, что без серьёзной учёбы в обстановке, приближенной к боевой, нереально. А где эта учёба может быть серьёзнее, чем в поле.
В общем, ситуация накалялась, и я вмешался, задав простой вопрос:
— Нечай, а с каких пор я стал числиться в твоём десятке? Это первое. А второе: если я не готов, значит, не готовы и ребята тоже, — с этими словами я кивнул на своих товарищей. — Им тогда тоже нельзя идти в дозор? Есть ещё и третье: ты правда думаешь, что такая опека, какую ты сейчас в отношении меня проявляешь, пойдёт мне на пользу?
Святозар, мгновенно сориентировавшись, тут же добавил от себя:
— В-четвертых, я здесь только из-за него, — он ткнул в меня пальцем. — И в дозор он пойдёт в паре со мной.
Собственно, на этом их спор и закончился. Нечай попытался было навязать нам со Святозаром охрану, но тот отказался, аргументировав это тем, что укрытие, где нам придётся жить этот месяц, рассчитано на двух человек, и четверым там при всем желании не разместиться, а мучать людей, заставляя их ночевать сейчас под открытым небом, в принципе нет никакой необходимости.
Сразу нам со Святозаром уйти на отведенное для дозора место не получилось, просто потому что Святозару предварительно нужно было показать места службы другим назначенным в дозор парам и объяснить им уже на месте некоторые особенности несения службы в этих краях. Поэтому мы выдвинулись из базового лагеря, что называется, толпой и двигались при этом не парами по кратчайшему пути, как это делали до нас ранее несшие здесь службу казаки, а по широкой дуге, оставляя по пути уже наши пары.
Из-за того, что нам пришлось, по сути, разводить всех наших людей по местам их службы, затянулось это на трое суток, и две ночи пришлось провести под открытым небом, что без даже плохонькой палатки было совсем не весело.
На самом деле можно было бы управиться и за пару дней, не такие уж и большие тут расстояния, но Святозар очень ответственно подходил к порученному ему делу и дотошно объяснял, показывал и рассказывал о мельчайших нюансах несения службы. Вот почему мы потратили на этот поход довольно много времени.
Из-за того, что нам пришлось разводить все остальные пары, наш участок, за который мы теперь несём ответственность, оказался самым крайним и дальним от базового лагеря.
В принципе все эти условные участки имеют приблизительно одинаковую длину и оборудованы по похожему принципу: одно укрытие, расположенное на краю охраняемой территории, и пара вышек со сложенными на них пленницами дров по краям.
Вот что нам нужно делать тот месяц, что мы охраняем это место: ежедневно объезжать линии условной границы и искать следы проникновения на нашу территорию чужих отрядов. Если что-то такое найдется, следует поджечь на ближайшей вышке поленницу дров и по-быстрому уносить отсюда ноги.
Протяжённость охраняемой границы для каждой пары составляет около семи-восьми километров, может, чуть больше или меньше. В общем, дозорные пары находятся друг от друга относительно недалеко и при желании, договорившись заранее о времени, могут без проблем встречаться хоть ежедневно. Так, слева от нас службу будет нести пара, состоящая из Мишани с Мраком, с которыми мы, естественно, оговорили приблизительное время ежедневных встреч, а вот с правой стороны уже будут казаки из другого селения, и нам с ними ещё предстоит встретиться и наладить взаимодействие.