— Поверьте, я очень ценю ваше желание помочь, и внучки у вас более, чем красивые. Только вынужден буду отказаться от ваших сверхценных настоев просто потому, что мои дети расти без отца не будут.
Я на миг запнулся, а Яромир, улыбаясь, воспользовавшись паузой, ответил:
— Вот ты дурак, хоть и умный. Ты правда думаешь, что внучки у меня могут остаться незамужними и растить детей без мужской поддержки? Им достаточно бровью повести, чтобы очередь выстроилась, и казаки в этой очереди будут тебе не чета.
— Вот пускай эти казаки и делают вашим внучкам детей. — В запале выпалил я, глядя, как одна из внучек начала снимать свою шубку. Притом делала это так, что у меня даже волосы по всему телу дыбом встали, не говоря про все остальное.
— Ты где его взял, такого стойкого? — Спросил старик у Святозара.
— Внебрачный княжеский сын он, — коротко ответил Святозар, а старик, расплывшись в довольной улыбке, прокомментировал:
— Добрая кровь. — Повернулся к внучкам и спросил: — Как он вам, люб?
Обе на меня посмотрели и синхронно, будто тренировались, утвердительно кивнули. Я же, хренея от происходящего, произнес, обращаясь к наставнику:
— Я уезжаю, прямо сейчас.
Тот на это только плечами пожал и ответил:
— Так, значит так, вместе поедем.
Старик, удивлённо посмотрев на Святозара, как-то растерянно спросил:
— А ты ему точно наставник?
Святозар утвердительно кивнул и ответил:
— Точно, просто Семен давно уже не маленький и вправе сам решать. — Он посмотрел на меня и непонятно добавил: — Он уже взял первую кровь и смог перешагнуть предел.
— Вот, значит, кааак. — Протянул старик, и обращаясь ко мне, велел: — Сядь, поговорим, я тебе кое-что объясню. Потом сам решишь, как быть.
Посмотрев на Яромира, попутно размышляя, как быть, я краем глаза заметил утвердительный кивок Святозара, который как бы подсказывал не торопиться и послушать, что скажут.
Я присел за стол напротив старика, а тот сразу начал говорить:
— Сначала я расскажу, что тебе даст один приём настоя…
Глава 17
Две недели.
Ровно на такое время нам пришлось задержаться на хуторе. Вернее две полные недели и два дня.
Оказывается, настой, предложенный Яромиром, можно было употреблять не чаще, чем раз в неделю с перерывом не менее, чем в семь дней.
Уговорил он меня, да, и сказать по правде, не особо я этому сопротивлялся. Просто эти настои после их употребления помогали, если говорить совсем уж просто, находиться в подобии боевого транса очень значительное время и проваливаться в это состояние гораздо глубже.
По словам Яромира, они укрепляли разум, и после их употребления нахождение в этом самом трансе продолжительное время останется практически без последствий.
Собственно, я и до этих настоев не особо страдал от последствий пребывания в трансе, но это из-за того, что переходил в это состояние только на короткое время. Стоит вспомнить, как я себя чувствовал после боя с большим десятком ногаев, тут же все сомнения насчёт того, нужно ли мне пить эти настои, пропали напрочь.
Единственное, что меня изначально смущало, — это цена этих напитков.
Яромир совсем даже не шутил, говоря о «помощи» внучек.
Оказывается, эти настои — очень зверская штука с интересным побочным эффектом, за который какие-нибудь любители виагры душу бы продали. Соответственно, без помощи женщины в этом деле было не обойтись.
Но главное не это.
По словам Яромира, дети, зачатые при участии человека, наделенного так называемым двоедушием, зачастую получают в наследство какие-нибудь интересные способности.
Говоря другими словами, из таких детей есть шанс вырастить действительно сильных волхвов, которых, как выяснилось, сейчас имеется немалый дефицит.
На мой вопрос, почему бы при таком раскладе не отдать мне одну из внучек замуж и не париться, Яромир неожиданно произнес:
— Ну ты, Семен, совсем уж не наглей. Внучки уже давно сговорены и у них есть, за кого идти замуж.
— Охренеть! И как тогда будущие мужья внучек отнесутся к чужим детям?
— За это не переживай, хорошо отнесутся. Будут только рады такому приплоду и воспитают, как родных.
— Допустим, что так и будет. Но как я при этом буду себя чувствовать зная, что где-то бегают мои дети?
— А что такого? Захочешь — сможешь принять участие в их судьбе. Никто не собирается ограничивать тебя в общении с детьми. Более того, когда подрастут годиков до пятнадцати, сможешь вообще держать их при себе.
— Охренеть и не встать у вас порядки, — ошарашенно прокомментировал я.
— Семен, дело не в порядках, а в том, что угодно богам. Любо им, чтобы дети рождались от подобных тебе, значит, так нужно и так будет. Не нам, смертным думать о том, правильно это или нет. От нас нужно только создать для этого максимально благоприятные условия. А лучше моих внучек для этого дела никого нет, у них точно будут хорошие здоровые дети.
Тут в разговор вмешался Святозар:
— Семен, чтобы ты понимал, внучки Яромира — обе посвященные, и служат каждая своей богине. Они просто не смогут понести без благословения. А ещё, дети у посвященных, с рождения, осененные божьей благодатью, и им гораздо легче пройти по жизни свой путь.
— А то, что я — христианин, вас не смущает?
Яромир засмеялся и ответил:
— Да без разницы, хоть огнепоклонником будь. Это неважно. Главное — двоедушие.
Тут колокольчиком прозвенел голосок одной из внучек:
— Да не бойся ты, малыш, мы тебя не покусаем.
От этого голоса даже мурашки по коже пробежали, а в мыслях мелькнуло «малыш, значит».
— Точно не покусаете? — Прикольнулся я на автомате.
— Точно — точно. — Прозвенело в ответ.
Наверное, вот это и сломало моё сопротивление, не сразу, но в мыслях мелькнуло: «Жена когда-то тоже обещала не царапаться, посмотрим, так ли вы непрошибаемы, как кажетесь».
На самом деле, долго мы ещё разговаривали, и этот разговор больше походил на торг.
Смешно сказать, но вцепились в меня, как голодные в кусок хлеба. В процессе разговора обратил внимание, что внучек Яромира явно зацепило за живое моё сопротивление, и они включили, как это умеют все женщины, свое обаяние. Даже двигаться стали по-другому, стараясь выпятить свои прелести при любом удобном случае.
На самом деле, они и без того выглядели на все сто. Когда же начали «играть на нервах», так и вовсе могли, наверное, мертвого соблазнить. Будь я действительно малолеткой, побежал бы за ними, как тёлок на привязи, куда угодно, не задумываясь. А так терпел и про себя прикалывался.
Как-то не было раньше такого, чтобы меня уговаривали на подобное дело. Дожился, что называется, до края.
Сдался в итоге, чего уж.
Правда, продержался до момента, когда Яромир пообещал помимо помощи в будущем походе, ещё и поддержку перед казачьим кругом во всех моих начинаниях, если они, конечно, будут, в чем я был уверен, а он сомневался. Наверное, поэтому так легко и обещал, несмотря на предупреждение Святозара о том, что я только выгляжу молодо, а так совсем даже не дитё.
Похоже, в моем согласии кроме меня никто не сомневался, потому что стоило только прийти к общему знаменателю, как Яромир произнес:
— Вот и хорошо, тянуть с приёмом настроя не будем, тем более что баня уже должна быть готова.
— «Фига себе, у них тут ещё и баня есть», — мысленно удивился я.
Баня была построена в стороне от хутора на берегу небольшого лесного озера. Притом, сруб этой самой бани был явно старым, и раньше, похоже, она топилась по-черному. Сейчас же я с удивлением разглядывал свежую пристройку предбанника и топку, сделанную явно из моего кирпича, и по принципу, как в моей бане, с вмурованным большим медным котлом.
Проводила меня в эту баню одна из внучек, но заходить внутрь не стала, только и произнесла-прозвенела:
— Ты иди, пока грейся, а я принесу все, что нужно.
Я на это только плечами пожал, осматриваясь.