— Эй, ученица-студент! — с противоположного конца стола раздался противный голос Боброва. — У моего отца есть знакомые в местном лазарете, я попрошу, чтобы тебе выделили лучшую койку!
— Койка и вправду пригодится! — я ответил с добродушной улыбкой. — Пока добрый фельдшер будет тебя отпаивать, успеешь подумать над своим поведением.
На этот раз Бобров даже не покраснел, сдержался. Но его взгляд, полный необоснованной ненависти, явно пытался спалить меня до тла, а с лица не слезала мерзкая ухмылка. И это хорошо. Совсем скоро он поймёт, что не стоит судить книгу по обложке. Остаётся только надеяться, что этот урок пойдёт ему на пользу.
Глава 3
Пинок
Под магические дуэли на заднем дворе академии был отведён отдельный стадион. Формально он был предназначен для проведения магических турниров разного калибра, но и для более мелких мероприятий, вроде сегодняшнего, использовался регулярно.
Зевак собралось немерено, и новые всё прибывали. Развлечений в академии было достаточно, но посмотреть на то, как первокурсники пытаются выяснять отношения, хотелось многим. Трибуны, забитые битком, резонировали гулом нескольких сотен голосов. Одна из них, нависающая над краем арены, предназначалась для преподавательского состава.
Само поле битвы представляло собой углубление в земле, выложенное камнем, размером с небольшое футбольное поле. Внизу было множество укрытий: колонны, развалины разных калибров — всё это напоминало боевые арены из старого фильма про гладиаторские бои в древнем Риме. Разве что вместо Цезаря на трибуне величественно восседала Венера Распутина.
По периметру поля боя расположились уходящие высоко в небо мерцающие электрическими разрядами силовые поля, блокирующие магию внутри поля.
— Саматри осторожьнее, ученик! — на публике Сянь всегда переходил на псевдоцинский говор. — Твоя стихия слабый, но глушилка-стена может её не сдержать!
— Понял, мастер, — я посмотрел на поле боя ещё раз, но с учётом новых вводных. Пока мы ещё не спустились вниз, было очень полезно запомнить примерное расположение ключевых укрытий.
Нас ожидали Зорин, Романова и Иван Дугин, заместитель ректора.
— Приветствую, господа, — спокойно произнёс Дугин. — Господин Бронин, ваш оппонент уже проинструктирован и отправлен к южному входу арены. Готовы к инструктажу?
— Здравствуйте, Иван Сергеевич, — кивнул я, — готов.
— Моя идти верхний трибуна смотреть твой победа, ученик! Не делай наставника позорный жаба!
— Сделаем в лучшем виде, — с улыбкой ответил я.
Бао Пых низко поклонился присутствующим и поспешил удалиться.
— Итак, господин Бронин, — тон Дугина сменился на канцелярский, — впервые на магической дуэли?
— Да.
— Значит, объясню в деталях. Магическая дуэль по правилу проводится до первой крови, а значит, предполагает в своём исходе травмы, совместимые с жизнью. Тем не менее, главное правило мероприятия — никаких смертельных исходов. Разрушения на площадке приветствуются, холодное оружие разрешено. Удары в сердце, глаза, горло и пах запрещены. Вы можете сдаться заранее. Для этого достаточно лишь подумать об этом в утвердительном ключе. Этот браслет…
Проректор протянул мне артефакт и помог его надеть на руку.
— Определит ваше намерение и включит антимагический контур на территории арены. Дуэль будет считаться проигранной. Артефакт также регистрирует на первую каплю крови, после которой бой тут же останавливается. Все личные усиливающие артефакты, кроме оружейных, запрещены. Фамильяры запрещены, зелья запрещены.
Дугин остановился и прочистил горло, после чего хлебнул из резной серебряной фляги.
— Бой начинается по команде ректора, а заканчивается фразой «Стоп», произнесённой любым из арбитров. Любое атакующее действие после — дисквалификация. На арене дежурит врач. При риске летального исхода он включает антимагический контур принудительно. Всё ясно?
— Предельно, Иван Сергеевич.
— Отлично. Вашим секундантом выступает Андрей Мельник. Секундантом противника — Илья Залесов. Мы в курсе вашей ситуации с родом последнего, так что по первому же вашему требованию можем заменить исполнителя.
— Нет нужды, — твёрдо сказал я, чувствуя волну мурашек по телу. Интересное совпадение, в которое верилось с большим трудом. Как бы не вышло какой-нибудь пакости. И почему мне никто не сказал, что Залесов учится в нашей академии?
— Что ж, — Дугин отступил в сторону, давая мне пройти, и указал рукой в сторону Мельника, — ваш секундант ожидает. Пять минут на приготовления, затем встреча в центре арены.
— Удачи, Бронин! — крикнула мне вдогонку Романова. — Покажите нам честный и благородный бой в духе студентов Искры!
— Благодарю, госпожа! — сказал я, остановившись вполоборота. Попутно поймал одобряющий взгляд Зорина.
Когда я подошёл, Мельник крепко пожал мою руку. Выглядел он неплохо, но в глазах читалась тревога.
— А вот продал бы я твой чемодан, Бронин, может, и не пришлось бы наблюдать, как тебя на дуэли отлупит маг на два ранга выше!
— Не переживай, — я похлопал секунданта по плечу, — я ещё смогу тебя удивить. На меня хоть поставил?
— Конеч… — Мельник осёкся и прищурился. — Какие ставки, господин Бронин? Не подобает благородным господам таким заниматься!
— Можешь смело утраивать, — подмигнул я.
— Парень ты, конечно, приятный, — улыбнулся Андрей, — но в деле я тебя не видел. Покажи, что умеешь, глядишь в следующий раз и поставлю.
— Как знаешь, — пожал я плечами, — потом не жалуйся!
Они уже стояли в центре арены, на одном из краёв трёхметрового металлического круга, врезанного в каменный пол. На выскочку Боброва мне было уже откровенно плевать, а вот второй персонаж меня заинтриговал.
Убийца моего отца, старший сын рода Залесовых, держался ровно и уверенно. Абсолютно нейтральный взгляд не выражал враждебности, скорее оценивающую заинтересованность, отчего ещё больше разжигал огонь ненависти внутри меня. Высокий, волосы тёмно-русые, а через правый глаз тянулся глубокий, достаточно свежий шрам.
Мы подошли к кругу и Залесов направился к нам навстречу.
— Господа, — холодно сказал он, — мой подопечный отказался жать руки. Приношу извинения за его грубость.
Мельник вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул.
— Принимается, — ответил он Залесову.
— Господин Бронин, — Илья был чуть ниже меня, смотрел открыто, — прошу прощения за бестактность, но не окажете мне услугу?
Я вопросительно приподнял бровь.
— Нам нужно обсудить личные дела, — продолжил он. — Я бы хотел это сделать сразу после дуэли.
— Воздержусь, — сквозь зубы процедил я.
— Я настаиваю, — Залесов не сдавался.
— Господа! — вмешался Мельник. — Прошу не забывать, зачем мы здесь собрались.
— Верно, — Залесов повернулся в сторону трибуны и поднял руку. — Готовы!
Его примеру последовал и мой секундант. Ректор поднялась со своего места и подошла к краю балкона, привычно заведя руки за спину. Перед нами возникла её десятиметровая проекция, будто слепленная из чистой маны.
— Приветствую всех на первой студенческой дуэли этого учебного года! — звук шёл будто бы отовсюду, эхом разлетаясь по арене. — Секундантам покинуть поле боя, участникам занять позиции на