«В вашем положении». Красиво сформулировал, старик. Вежливый способ сказать «для нищего изгнанника, которого папочка вышвырнул из дома с минимальным содержанием».
— Я уверен, — повторил я. — Но у меня есть условие.
Бестужев чуть приподнял бровь. Для человека с его самоконтролем это было равносильно крику удивления. Студенты ему условий не ставили. Никогда.
— Слушаю.
— Мне нужен официальный доступ к студентам. Частные занятия для всех желающих. Фехтование, рукопашный бой, физподготовка. Руководство не вмешивается, не запрещает и не задаёт вопросов о моих методах.
Он откинулся в кресле и сложил руки на животе. Переваривал. Он ждал чего угодно — денег, связей, доступа к библиотеке. А получил вот это.
— Любопытно, — сказал он наконец. — Обычно новички просят место в хорошей экспедиционной группе. Или рекомендацию для перевода подальше отсюда. А вы хотите возиться с теми, кого списали.
Не вопрос, а проверка — он ждал, как я отреагирую на слово «списали».
— Хочу. Именно с ними.
— Зачем?
— Это моё условие.
Мы замолчали.
Старая игра. Кто первый заговорит — тот проиграл.
Я мог бы рассказать ему многое. Что в прошлой жизни долгие годы гонял учеников по залу, пока они не падали. Что мой дар показывает потенциал, который другие не видят. Что здесь наверняка есть люди, которых списали зря — просто не повезло с даром, с семьёй, с обстоятельствами. И что я собираюсь найти их, собрать и сделать из них что-то, от чего этот мир вздрогнет.
Но карты не показывают до конца игры.
Старик снова заговорил первым. Моя вторая маленькая победа за этот разговор.
— Приемлемо.
Он не встал, не протянул руку для рукопожатия, не предложил скрепить договор каким-нибудь магическим контрактом с кровью и печатями. Просто кивнул — коротко, сухо, по-деловому — и этот кивок означал конец аудиенции яснее любых слов.
Я поднялся с кресла, которое за эти минуты успело изрядно надоесть моей спине. Специально такие делают, не иначе. Чтобы посетитель чувствовал себя неуютно и быстрее соглашался на всё, лишь бы свалить.
— Деньги передам завтра.
Директор не ответил, только шевельнул пальцами в неопределённом жесте, который мог означать что угодно — от «ступайте с богом» до «убирайся к чёрту, у меня дела поважнее».
Я повернулся и пошёл к двери.
— Господин Морн.
Голос догнал меня уже у самого порога. Я остановился, но не обернулся. Пусть говорит в спину, если хочет. Мне несложно послушать.
— Здесь много людей пытались меня удивить, — голос старика звучал странно. — Студенты, профессора, инспекторы из столицы, даже пара имперских ревизоров. И почти никому это не удавалось.
Пауза, которую он выдержал, была идеальной — достаточно долгой, чтобы создать интригу, и достаточно короткой, чтобы не стать неловкой.
— С нетерпением буду ждать ваших уроков.
Я вышел, не оборачиваясь, аккуратно прикрыл за собой тяжёлую дверь, и только в полумраке коридора позволил себе улыбнуться по-настоящему.
Первый день в Академии, а у меня уже есть официальное разрешение на химеру, право преподавать что хочу кому хочу, и внимание самого опасного человека в этом здании.
Неплохое начало, Артём. Посмотрим, что будет дальше.
Секретарь ждал за дверью в той же позе, в которой я его оставил — руки сложены перед собой, спина прямая, выражение лица такое, будто он только что укусил лимон и теперь пытается это скрыть.
По его глазам было видно, что он рассчитывал на более длинную аудиенцию. Возможно, с криками, угрозами и попытками торговаться. Возможно, с выносом тела. То, что я вышел живым, невредимым и даже слегка довольным, явно не вписывалось в его картину мира.
Бедняга. Наверное, это был единственный способ развлечься на такой работе — наблюдать, как директор перемалывает посетителей в труху. А тут я взял и лишил его этого удовольствия.
— Я провожу вас в отведённые комнаты, — сказал он, и каждое слово падало изо рта как камешек в колодец. — Протокол требует…
— Протокол подождёт. Мне нужно осмотреться.
Секретарь моргнул. Медленно, как сова, которую разбудили в неурочный час и попросили решить дифференциальное уравнение.
— Но…
— Спасибо за помощь, — я уже шёл по коридору, не оборачиваясь. — Дальше сам разберусь.
Я пошёл по коридору, не оборачиваясь. Спиной чувствовал его взгляд — растерянный и слегка оскорблённый, как у кота, которому не дали поиграть с мышкой. Ничего, переживёт. У него вся жизнь впереди, чтобы научиться справляться с разочарованиями.
Где-то внизу зазвонил колокол — низкий, гулкий, от которого задребезжали стёкла в узких окнах. Конец занятий. И почти сразу здание наполнилось шумом: топот ног, голоса, смех, ругань вперемешку. Я вышел на главную лестницу как раз когда из аудиторий хлынул поток серых мантий.
Много. Гораздо больше, чем я ожидал. Они обтекали меня как вода, не обращая внимания, каждый занят своим — кто-то смеялся, кто-то зевал, кто-то яростно доказывал что-то соседу, размахивая руками так, что едва не сшибал проходящих.
Я отступил к стене и позволил дару работать.
Смотришь на человека чуть дольше, фокусируешь взгляд — и информация течёт в голову сама. Имя, ранг, потенциал. Иногда — эмоции, иногда — рекомендации по развитию. Удобная штука, когда знаешь, как ей пользоваться.
Бледный парень с кругами под глазами, сутулый, будто пытается занимать как можно меньше места. Ранг D, потенциал В. Малый телекинез. Психологические блоки душат его силу, как сорняки душат росток. Снять блоки — и парень расцветёт.
Девушка с коротко стриженными волосами и старым шрамом на щеке, который она даже не пыталась скрыть. Ранг D, потенциал В. Второй дар заблокирован. Кто-то её сломал в прошлом, и теперь половина силы лежит мёртвым грузом внутри, ждёт, пока кто-нибудь найдёт ключ. Или пока она не взорвётся изнутри.
Мимо прошёл высокий парень с нашивкой чёрного пламени — тот самый бритоголовый, который сверлил меня взглядом во дворе, пока я развлекался с рыжей. Широкие плечи, уверенная походка, морда человека, перед которым привыкли расступаться. За ним тянулась свита из трёх таких же — с такими же нашивками и таким же выражением лица.
Я скользнул по нему взглядом.
Ранг В. Потенциал А. Теневой шаг.
Стоп. Что?
Ранг В — это уровень боевого мага, который должен служить в гвардии или делать карьеру при дворе. Теневой шаг — редкий дар, за такими охотятся вербовщики всех спецслужб империи. Этот парень мог бы сейчас сидеть в столице, купаться в деньгах и трахать