Глава 7
Я был на орбите Аделлы, когда пришли новости с поверхности. При штурме одного из городов ханнов, противник применил новое химическое оружие. Отравляющие вещества распылили над всем городом, в результате чего, практически все живые погибли. Погибли все ханны, их рабы и двести тысяч бывших преступников, которые находились под моим контролем. В строю остались только боевые дроиды и воины в современных доспехах, что были оснащены аптечками, вот только им больше не с кем было воевать.
— Странно это, — произнес я, выслушав доклад штабного офицера, — это же не типичное поведение для ханнов. Они же предпочитают воевать совсем иначе, а это было больше похоже на… массовый суицид какой-то.
— Нам мало что известно про культурные особенности ханнов, — решил высказаться Лиам, — мы точно знаем, что каждый представитель этого вида является полноценной личностью, а не частью общего сознания или чего-то похожего. Помимо этого, они даже между собой не всегда ладят. Именно поэтому у них не одно мощное государство, а целый десяток. И да, они иногда воюют между собой и даже более того, среди них процветает каннибализм. Вполне возможно, что в их обществе могут быть и религиозные культы.
— Не думаю, что это какой-то религиозный культ, — возразил Гвоздь, — я бы скорее поверил в то, что они таким образом пытаются нас остановить. Ведь погибли не только ханны и наши солдаты, но еще и рабы. А это миллионы потенциальных граждан Империи.
— Если оружие было экспериментальным, то скорее всего они пока не готовы к его массовому применению, — заметил Макс, — однако, чем больше у них будет времени, тем выше вероятность повторного применения подобного вооружения. И если мы можем защитить наших солдат, банально разработав лицевые маски с фильтрами, то вот рабов мы никак не сможем спасти.
— Значит надо ускорить наше наступление, — произнес я, посмотрев на планетарную карту, — на этом материке у пауков осталось семнадцать крупных городов и еще сорок два города на следующем. Думаю надо сосредоточиться на тех, что находятся на этом материке. Скорее всего, это химическое оружие разработка местных, а значит, нужно сосредоточиться именно на них. Что у нас с пополнением?
Задав этот вопрос, я посмотрел на голограммы членов Совета. Когда моя эскадра прибыла в эту систему, в Федерации было чуть больше двух миллионов солдат, большая часть из которых была рассредоточена по линии фронта. И лишь малая часть солдат находилась в резерве или в тылу на отдыхе. Разумные неохотно шли в армию, поскольку боялись попасть в плен к паукам, но сейчас, ситуация радикально изменилась и количество добровольцев увеличилось просто в разы. И это было далеко не все. В Федерации было много инвалидов-ветеранов, которых мы могли вылечить и вновь отправить в бой. А ведь были и просто старики, которым мы могли вернуть молодость и тоже поставить в строй.
Но даже это было далеко не все. Тех же преступников было еще очень много и я сейчас говорю не о тех, что сидели в тюрьмах. На свободе находилось много тех, кто заслуживал каторги и даже смертной казни. Благодаря полному контролю сети, найти доказательства их преступлений было несложно, так что в последние пару месяцев в тюрьмах появилось много новых лиц. Все они, даже мелкие мошенники, будут обращены в рабство и станут штурмовиками. Плевать, что воры и мелкие аферисты не заслуживали смерти. В моей Империи им все равно не было места, так что жалеть я их не собирался. Пусть лучше умирают они, а не законопослушные граждане моей Империи. Я даже всерьез подумывал о том, чтобы создать штрафной корпус пехоты, который закрепил бы за вторым или третьим осколком. Но это в будущем, а сейчас, мне нужны были те, кого не жаль будет потерять.
— Сейчас в строю два миллиона семьсот тысяч солдат, — начал докладывать Маршал Лиман, — при этом, военкоматы доложили о четырех миллионах добровольцев, которые уже подписали контракты и на данный момент проходят подготовку. Задействовать их мы сможем через три недели, но лучше через шесть.
— Пусть учатся, — кивнул ему я и добавил, — задействуем их позже, когда пойдем на зачистку последнего материка ханнов. Что дальше?
— Старики и раненые ветераны, — продолжил докладывать Маршал, — всего их у нас около шести миллионов, но количество медицинских капсул ограничено, так что мы можем ставить в строй не больше пятидесяти тысяч солдат в день. И это при максимально допустимой нагрузке на капсулы. Приоритет отдаем ветеранам, поскольку им не надо проходить подготовку, а стариков поставили в конец очереди и пока что просто проводим их подготовку. Учим стрелять, чистить оружие и все в этом духе.
— Верное решение, — одобрительно кивнул я Маршалу, — некоторых ветеранов, что находятся в конце списка, можно задействовать в качестве инструкторов. Пусть делятся опытом с добровольцами и стариками. Лишним точно не будет. Что там дальше?
— Дроиды и преступники, — кивнул мне Лиман, сделав пометки в своем планшете, — про первых сказать ничего не могу, а вот преступников у нас оказалось почти семь миллионов. Мы провели тщательную сортировку и смогли собрать почти восемьсот тысяч ублюдков, которых уже сейчас можно бросить в бой. Всех остальных нужно сперва обучить. Хотя бы базовым вещам, чтобы они знали как стрелять в нужном направлении.
Восемьсот тысяч это конечно хорошо, но я хотел бы задействовать вообще всех. Нет, я конечно понимал, что глупо бросать в атаку тех, кто тупо не умеет