Чэнь стал ласкать ее грудь, а затем расстегнул платье и, чуть сняв его, поцеловал сосок на ее груди. Потом облизал его и еще раз поцеловал. Потом еще и еще. Ей казалось, что она начинает взрываться изнутри – так хотелось, чтобы он оказался внутри нее. Чтобы он был в ней, и она ощущала его везде. Такого красивого, чуткого, доброго и нежного.
Он стащил с нее платье, а потом нижнее белье. Затем снял с себя рубашку и джинсы… Какое же красивое у него оказалось тело – такое мускулистое и объемное. А руки… Руки целиком от пальцев до плеч были словно созданы для того, чтобы ими наслаждались. Волнистые изгибы, мускулы, которые напрягались и расслаблялись, когда он проводил рукой по ней. Казалось, что она возбуждается от одного только прикосновения – хотелось все больше и больше, и чтобы это продолжалось целую вечность.
Наконец, он вошел в нее… Суен радостно вздохнула и вцепилась в него обеими руками, а затем и ногами. Обвила его целиком. Лишь бы только он остался рядом. Лишь бы только продолжал и был таким же дальше. Все время. Вечно. Только в ней… Чтобы она могла ощущать его таким, какой он сейчас…
Он двигался очень мягко, а затем участил движение, и когда казалось, что оргазм уже наступил у нее, то он приостановился, и повернул ее. Теперь она была к нему спиной, попой ощущая его промежность и живот… Одна его рука аккуратно зажала в себе ее грудь, а вторая ласкала предплечье и шею… Затем шею он поцеловал еще нежнее, чем она могла того представить, и начала двигаться всем телом то проникая все больше, то чуть выходя обратно.
Ей хотелось уже кричать от того восторга, что переполнял ее. Кричать и выпускать из себя тот пар, что долгие годы копился в ней, не давая покоя. И тут, наконец, она почувствовала то самое, что ждала все это время – оргазм… Через пару мгновений, она ощутила, как пульсирует и его мужское естество, а потом он прекратил двигаться и мягко опустился на нее.
Сердце стучало, будто хотело вырваться из груди. Как же чудесно это было. Как же восхитительно и прекрасно, что такое вообще возможно. И что такое случилось именно с ней.
***
Всю следующую неделю и неделю после нее и утро, и вечер у них были именно такими. Они занимались любовью, и каждый раз она думала, что ничего лучшего в своей жизни она еще не испытывала. И что именно этот мужчина, именно этот китайский добрый и красивый дракон ее суженый.
Но в какой-то момент у нее стали закрадываться мысли, что злым он может быть и с ней. Ведь было же такое. Был же тот момент, когда он ударил ее. В тот самый момент, когда ее пытался увести Чжун… Он сделал это, потому что не мог по-другому, или ему просто хотелось так сделать? До чего же не хотелось верить, что ему могло подобное доставить удовольствие, но подобные мысли неизбежно лезли в ее голову.
Ведь он же когда-то он ударил ее. Зачем? Суен так захотелось это узнать, и только взглянув еще раз в его спокойные глаза и поняв, что не сможет жить без этого ответа, и она решилась:
– Почему ты ударил меня тогда? По лицу.
Чэнь криво улыбнулся, словно ему не хотелось даже думать об этом, и немного отвернулся в сторону. Видно было, что ответить ему будет не так просто, но все же, что он готов это сделать:
– Чтобы никто из окружающих не посчитал меня мягким… Тебя взял Чжун. И я знал, куда и зачем он тебя ведет. А я отобрал тебя у него, сделав это так, будто я застолбил тебя раньше. Будто я отобрал у него свое, а не чужое.
– И ты это сделал только ради меня?
– Ради кого ж еще я мог это сделать… – Чэнь улыбнулся еще раз, но уже как-то по-другому, по-доброму. – Я сделал так тогда и сделаю еще раз, если понадобится. Ради тебя, Суен.
Суен почувствовала, что краснеет. С души у нее свалился какой-то камень, и теперь она только винила себя в том, что считала когда-то его таким бездушным, злым и мерзким. А он совсем не такой. Он добрый и заботливый. И сильный при этом.
– Спасибо… Чэнь… – еле промолвила девушка.
– Хочешь прогуляться? – спросил Чэнь.
Конечно, хочет! Еще такое спрашивать. Ведь, все, что она видела в этой стране, так это вокзал, огни фонарей за окном автобуса, куски разноцветных машин да бесконечный ливень, бушующий с самого начала и до того момента, как они добрались до производства.
– Это было бы чудесно, мой милый Чэнь! – ответила девушка.
– Всегда держись только возле меня. Это самое главное.
***
Пошли они уже на следующий день. Это был четверг, и погода была достаточно пасмурная, хотя дождь при этом не шел и похоже, что и не собирался. Обычно-то все ходили по воскресеньям, в единственный выходной. Многие в этот день часто просто ложились спать, отсыпаясь за всю неделю, а кто-то в порядке очереди получал возможность сходить в город. Группы были по 4-5 человек плюс один сопровождающий. И, судя по описаниям, этот сопровождающий толком ничего посмотреть и не давал – водил очень быстро от одного магазина к другому в рамках одного и того же торгового центра. Впечатлений у девушек, конечно, была масса, но, по их словам, оставался очень неприятный осадок того, что их кто-то «выгуливал» как овец, причем смотрел не только затем, чтоб они не убежали, а еще за тем, чтоб они и не смотрели куда не надо.
С Чэнем все было совсем по-другому. С ним можно было смотреть куда угодно и сколько угодно. Он рассказывал, показывал и комментировал все, что она только видела. Эта масса людей кругом, легковые авто и автобусы, совершенно разные здания. Собственно, здания удивили ее больше всего – складывалось впечатление, что строили кругом вообще все, кому как хочется, без какого-то порядка и контроля со стороны. Чэнь сказал, что это совсем не так – все строительство регулируется государством, хотя непосредственно работы выполняют частные компании, поэтому получается, что