Думаете, это и все? Нет, я так не думал, и оказался прав. Через неделю случилась очередная неприятность, которая касалась и нас. Вернувшись со школы, я застал дома не веселую атмосферу. На мой вопрос, что же случилось, мама ответила, просто:
– Вчера дядю Стасика в милицию забрали. Говорят, что будет следствие, а затем и суд.
Я решил уточнить, - Это что, племянника деда Костика?
– Его самого, – вздохнула мама – забрали его и еще двоих. Участковый по дороге перехватил, когда они на мотоцикле с рыбалки возвращались. Говорят, что у них нашли две сетки и килограммов двадцать рыбы. Вот милиция их всех в браконьеры и записала, а это статья, и говорят не маленькая.
Вот уж действительно беда, вздохнул я и спросил - а суд этот, когда будет, и не знаешь, сколько им впаять могут?
- Да кто его знает, вот только на днях следствие начнется.
Я не очень верил в то, что они могут получить реальные сроки. Ну, отделаются мужики штрафом, пусть и не маленьким, всяко бывает. Но оказалось, времена сейчас не те.
Протокол №27. Завершение.
Хочется заметить, что последняя четверть учебного года скорее была похожи на один из этапов подготовки к будущим вступительным экзаменам. Ребята заметно оживились и выискивали заковыристые задачки прошлых лет, с удовольствием подсовывали их другу друг. Это и отличало ее от трех предыдущих. Если раньше мысли о поступлении пытались отогнать, то сейчас перед всеми, вплотную встал не простой вопрос, а куда пойти, куда податься. Нам ведь следовало выбирать не одно из двух, а одну из десятков профессий. Если ранее жизнь была регулярной как времена года – ясли, садик, первый класс, то нынче настала пора проявить самостоятельность. Даже невооруженным глазом было видно, что в подавляющем большинстве, мои товарищи не имеют ни малейшего представления о своей будущей профессии. Не удивительно, что в такой ситуации определяющим становилось мнение родителей будущих абитуриентов, а то и романтические рассказы знакомых и советы друзей.
Теперь, большинство зачитывалось не Майн Ридом и Дюма, а с надеждой листало справочники для поступающих в вузы. Перечитывая их по два-три раза, мои одноклассники пытались отыскать хоть какую-то подсказку, которая могла бы подтолкнуть их в сторону правильного выбора. Разумеется, у меня также интересовались, куда же я сам решил податься, но с просьбами посоветовать, никто не обращался.
Как оказалось, весь перечень избранных профессий был достаточно обширен. К примеру, Наташа навострила лыжи в направлении университета, она мечтала стать астрономом. При этом, мне было совершенно непонятно, почему же она так усердно зубрила математику с физикой и даже собиралась перейти в профильную спецшколу?
В отличие от большей части класса, у нашей маленькой компании имелась более близкая и приземленная цель – весенние гастроли в Одессе, поэтому и вели мы себя немного иначе. Не исключаю, что всех нас больше интересовали репетиции, которые мы проводили почти каждый день. Все же выступление на дне рождения директора треста столовых, это вам не просто "концерт по заявкам" в клубе железнодорожников. О нашей предстоящей поездке знали немногие, незачем заранее поднимать волну, а то еще комсомольские взносы с нетрудовых доходов могут истребовать.
Время близилось к экзаменам и с началом весны, брожение в коллективе лишь усилилось и достигая опасных величин. Наши соседи по партам стали нервными, раздражительными, словно в каждом видели своего конкурента за место под солнцем. Вот тут и пришла в голову простая мысль:
- Если уж так все печально, то почему бы не собраться всем классом и не поговорить о нашем будущем? Кто и где собирается продолжать обучение, а главное – по какой причине? Все же это поинтереснее будет, чем политинформации по вторникам?
С таким предложением я и подошел к Надежде Петровне, ведь за проведение подобного мероприятия должен отвечать классный руководитель.
- Мысль неплохая Саша, но как ты себе все это представляешь? Может, стоит пригласить кого-то из преподавателей вузов или с производства. Возможно у кого-то из родителей найдутся такие родственники или знакомые?
– Да нет Надежда Петровна, мне кажется, что никого из чужих приглашать не стоит, мы и сами справимся, посторонние будут лишь смущать. Сейчас, главное определиться со временем и помещением, ведь к нам, могут напроситься и ученики других классов. Заодно, выслушаем и что они думают.
– Хорошо, может ты и прав, пусть так и будет. Давай готовить все на следующий вторник, а с остальными классными я сама переговорю. И если уж ты это предложил, то и этот урок будущего пусть будет на тебе.
На иное я и не рассчитывал и уже представлял себе, как все будет выглядеть.
- Для начала, неплохо бы заслушать кого-то из уже определившихся со своим выбором, узнать их соображения, а затем продолжить дискуссию в форме вопросов и ответов. Наверное, так и сделаю.
На такое предложение, откликнулось большинство учащихся десятых классов, никого и уговаривать не пришлось. Напросились даже пятеро девятиклассников, захотевших поприсутствовать как гости. Для нас, выделили актовый зал, так что мест хватило всем. Эту необычную конференцию открыла Надежда Петровна. Минут пять она говорила правильные слова о том, что вскоре мы откроем для себя двери в новую жизнь, насколько важен для нас и общества правильный выбор профессии, что мы, молодые строители коммунизма должны дать стране – и все такое. Живо припомнились чьи то слова из прошлого:
– Знаешь, когда мы были пионерами, нам рассказывали, как хорошо мы станем жить в будущем, лет через сорок – пятьдесят. А вот сейчас, в двухтысячных, нам рассказывают, как хорошо мы жили в прошлом, когда были пионерами. Это что, из серии хорошо там, где нас нет, или как?
Закончив свою вступительную речь, Петровна пригласила троих учеников, сделавших свой окончательный выбор, и каждый из них принялся вдохновенно рассказывать собравшимся в зале о своей мечте. Было видно, что мало кто воспринял эти идеи и решил пойти их путем.
После этих оптимистов, на трибуну взобрался самый маленький, которому, по- хорошему, еще ходить в школу года два. Так и хочется сказать – окинув притихший зал орлиным взглядом, он начал.
– Вы знаете, бывает так, что человек приходит к правильной мысли, а затем не останавливаясь, идет себе