Можно сказать, вспомнил я почти всех. Почему почти? Да, наверное, потому, что некоторые не успели доучиться у нас даже до восьмого класса, и как пелось в еще одной песне из будущего ..." и скрылись из глаз в пелене января...".
А вот моей соседкой оказалась Ирка Мудрик. И хотя я с ней общался не очень, однако вспомнил. Ира, всегда была тихой, какой-то незаметной, иногда могла неожиданно всплакнуть, да и жила в противоположном от меня направлении. Так что, с ней мы никогда не пересекались, ни по дороге домой, ни по пути в школу. А как известно, совместные путешествия сближают. В принципе, она не худший вариант соседки, ведь хуже всего был бы никому, кроме меня неведомый второгодник Жаров. Вспомнилось, как он тогда делился своими воспоминаниями о двух лучших годах жизни, проведенных в первом классе. У нас, наверное, благодаря большой силе воли и жалостливым преподавателям, он продержался целых два года, а потом, устав бороться с судьбой - злодейкой, выкинул белый флаг и затерялся где-то среди младших классов, без труда выбившись там в атаманы.
Крепкий, на пол головы выше других, он не был особенно хулиганистым, но целый год форы и романтический ореол ветерана - второгодника делали его непререкаемым авторитетом, у которого, вскоре появятся и свои шестерки. Я даже вспомнил кто. Так что обращаться с ним придется достаточно осторожно, старательно обходя разложенные грабли. Особенно вначале.
Как я и ожидал, в первый день уроков не случилось, уж больно много организационных задач стояло перед училкой. Вначале, Ольга Сергеевна продиктовала нам расписание уроков и мы, склонившись над партами, старательно перенесли эту информацию в свои дневники. Видимо, не доверяя нашим умениям писать диктант, все сказанное она четко и красиво продублировала на доске. Вот есть такие люди – виртуозы мела и тряпки, которые и идеальный круг могут изобразить без циркуля. У меня такое никогда не получалось.
Хорошо, что мое первое знакомство с чернильницей и ручкой с железным пером состоялось еще дома, поэтому я, хоть и с опаской насадить клякс, справился. Когда пронзительный зуммер оповестил о начале третьего урока, всех нас, строем, повели в библиотеку, где мы получили учебники. Характерно, что в это время их выдавали исключительно новые, а не как переходящий приз от предшественников. После библиотеки, стараясь сильно не топать по мраморным ступеням лестницы, мы спустились на первый этаж, где ознакомились со столовой, а главное - с расположением туалетов. Хотя туалеты имелись на каждом этаже – эти, оказались самыми просторными. Далее, наш экскурсовод указал путь в спортзал, по дороге кивнув в сторону раздевалки для зимней одежды, хозяйкой которой была тетя Даша.
Как нетрудно догадаться, основное внимание я уделил столовой. Просторная, человек на сто, с шикарными, облицованными камнем колоннами, которые подпирали высокий потолок. В дальнем конце зала, находилось закрытое сейчас окошечко раздачи, а справа, недалеко от двери, был буфет, с радующими глаз сладостями и соками. Небольшие столики были расставлены настолько плотно, что, как мне казалось, даже пройти меж ними с подносом, на котором стоят две тарелки и стакан, будет не простой задачей. А когда во время большой перемены сюда хлынет девятый вал голодных школьников, так вообще ОЙ может случиться!
Дисциплинированно, парами, выйдя из здания школы, мы направились к стадиону, который не поражал своими размерами, да и здешний спортзал показался слишком низким, здесь даже в волейбол нормально не поиграешь. Обойдя по периметру двор, Ольга Сергеевна вывела нас к небольшой теплице – хозяйству учителей ботаники и биологии. Внутрь мы не заходили, а снаружи, через густо переплетенные зеленые стебли, разглядеть что либо, было практически невозможно. Больший интерес вызвала площадка с метеоприборами, которые не только измеряли температуру, влажность и силу ветра, но и служили в качестве наглядных пособий на уроках географии и естествознания.
После экскурсии, выделив Колю Сидорчука, учительница поставила этого Сусанина во главе нашей колонны и повелела возвращаться в класс, причем сама, шагала немного позади, видимо, желая проверить, найдем ли мы обратный путь самостоятельно. А мы и нашли, не заблудились. Сдаётся, что именно Колю она и намерена общим открытым голосованием избрать старостой класса. А что тут такого, ведь у депутатов Верховного совета все обстоит точно также.
Не успели мы рассесться по местам, как Ольга Сергеевна вспомнила, оказалось, она пропустила самое главное. Мы были вынуждены вновь выйти в зал. Хочется сказать, что привычные школьные коридоры здесь заменял огромный общий холл, куда выходили двери всех двенадцати классов на этаже. Во время перерывов, пока дежурные проветривали помещения, все учащиеся выходили сюда, и отдыхали как могли. Девочки, чаще по двое или трое, не спеша перемещались против часовой стрелки, и склонив к подружкам головы, шепотом обсуждали что-то свое, девичье. Мелкие пацаны, носились между ними, догоняя друг друга и прячась за их юбками. Вот так и развеивались, набираясь терпения для следующего урока, каждый по мере своих сил, желаний и настроения.
На сей раз далеко ходить не довелось, Сергеевна подвела нас к стенду, висящему у окна на стене, и твердо порекомендовала в кратчайшие сроки ознакомиться с выписанными там положениями. Оказывается, что у октябрят, а я был членом этого братства, существовали свои отдельные правила, которые должен назубок выучить каждый сознательный ученик.
Подхожу и вчитываюсь в строки: "Октябята – будущие пионеры, октябрята – старательные ученики, хорошо учатся, любят школу, уважают старших. Только тех, кто любит труд, октябрятами зовут…" ну и так далее, такая же лабуда. Имелось у октябрят и свое музыкальное произведение под названием "Марш октябрят", который через неделю должен выучить каждый (смотрите, проверю!). Под конец добавила:
– Дети, кроме старосты класса, у вас будет и свой вожатый. Это пионер из четвертого или пятого класса, его вам назначит штаб пионерской дружины школы. К сожалению, с ним вы сможете познакомиться лишь со второй четверти, когда вся наша школа соберется вместе. И еще – не забывайте, одевать октябрятские звездочки, хотя вижу, что и сейчас они у всех на месте.
Эти эмблемы с образом маленького и пока еще кудрявого вождя мировой революции стоили один рубль. Звездочки, бывали полностью металлическими, либо