– Люди!!! Я женюсь!!!
Гелька от неожиданности выронила кувшин из рук на собственную ногу и болезненно охнула.
– Вот же дурища безрукая! – бросил в сердцах раздосадованный Мжель.
– Фу, как некультурно. Разве можно так о даме? – попенял ему Петеш, хотя внутренне был согласен с другом.
Белика икнула от неожиданности. Любава с трудом вырвалась из крепких супружеских объятий и с возмущением уставилась на сына.
– Что за глупости? На ком? – грозно поинтересовалась она у отпрыска.
Вопреки ожиданиям Алдияр не поник, словно побитый морозом огурец, а наоборот – гордо расправил плечи и сообщил:
– На Цветане.
– О! Значит, мы породнимся! – радостно встряхнул оторопевшую от известия Белику Путята. – Сватами будем!
«Этого еще не хватало!» – одновременно подумали Любава с Беликой.
– На ком, на ком он женится? – донесся с задних рядов старческий голос. – Мальфрида, что-то не расслышала я. Совсем глухая стала на старости лет.
– Да на девке ентой, на проклятой, – охотно пояснили ей.
– Да ты что?! – поперхнулась семечками вопрошавшая. – Так она ж почитай что мертвая. Разве ж можно живому на мертвой жениться? Ему живых, что ли, мало? Вон хотя бы Веселина… Кровь с молоком…
– Да ты с ума, что ли, спрыгнула, дура старая? – замахали руками в сторону Мальфриды товарки. – Веселина ж сестра ему. Кто ж на сестрах женится?
– Ну, не Веселина, так других девок полно.
– Я ее спасу и женюсь! – подтвердил худшие опасения Любавы парень.
Мать демонстративно схватилась за сердце и начала оседать в обмороке. Вопреки ожиданиям, градоначальник не поддержал супругу, а увлек Белику в сторону.
«Ах ты, проклятый изменщик. Ну, погоди у меня», – вздохнула Любава, больно приземлившись на спину.
– Мама! – горестно всплеснула руками Веселина и кинулась поднимать женщину.
Гарш прочистил горло, привлекая к себе внимание, и продолжил повествование. Теперь из его слов следовало, что невероятно ужасное проклятье ляжет на весь Хил, если не найти управу на лесную ведьму. Управу надо находить прямо сейчас, иначе будет поздно. На жителей рассказ парня произвел неизгладимое впечатление. Если на чужачку-Цветану им плевать с самого высокого дерева, то своя жизнь была дорога. Народ вооружился вилами, лопатами, косами (кузнец приволок кувалду), прихватил факелы и отправился в лес на охоту на ведьму.
Глава 12
К градоначальнику торжественно подвели коня. Несмотря на объемистое пузо, Путята умудрился довольно ловко взгромоздиться в седло и потянуть туда же Белику. Женщина сопротивлялась, маскируя отчаянные трепыхания нарочитой боязнью лошадей, но тщетно, а откровенно бить градоправителя было недальновидно. Белика судорожно вцепилась в Любаву как утопающая за единственное бревно. Но градоначальник не собирался так просто отпускать будущую родственницу, раз уж она угодила-таки в его объятья, и с кряхтением втянул в седло двух женщин разом. Фыркнув от неожиданности, гнедой присел на задние ноги.
«О, Столикая, за что мне это?» – подняла к небу голубые очи Белика.
«Вот же пронырливая зараза! Куда хочешь без мыла влезет», – зло фыркнула про себя Любава.
– Меч! – грозно скомандовал Путята. – Принесите мне меч!
Веселина опрометью метнулась в дом, внутри что-то интригующе загромыхало, надсадно мякнул кот, на которого наступили впопыхах, и наконец девушка выволокла во двор огромный двуручный меч. Лишенное ножен лезвие волоклось по земле, поднимая пыль. Оружие принадлежало деду Путяты, и злые языки утверждали, будто он держал его один-единственный раз, когда подобрал где-то в лесу. Конь с ужасом покосился на клинок и пошатнулся.
«Главное, чтобы он не самоубился до того, как покинет треклятый городишко», – скептически фыркнул про себя Ровнер.
Путята натужно крякнул, принимая оружие из трясущихся рук дочери, круговым движением рассек воздух над головами боязливо сжавшихся женщин и запустил семейную реликвию куда-то в кусты крыжовника. Жители Хила проводили меч потрясенным взглядом и мысленно поблагодарили Триединого, что прилетело не им.
– Вперед! Изловим лиходейку, нагло портящую наших дев! – обличительно ткнул пальцем в сторону леса градоначальник. – Покажем ей, где раки зимуют!
Горожане знали, что больше дев, чем перепортил сын Путяты, Алдияр, не испортила ни одна ведьма, но дружно промолчали. Спорить с начальством, когда оно вошло в раж, себе дороже. Смотреть, где раки зимуют, вместо ведьмы не хотелось никому.
– А как же лиходеи? – подала голос с задних рядов въедливая Мальфрида. – Утекут ведь.
– Да куда они денутся? Они ж в клетках, – возразил ей кто-то из толпы.
Путята приосанился, обвел собравшихся торжественным взглядом военачальника, вдохновляющего солдат на ратные подвиги. Горожане невольно подобрались, некоторые втянули животы и затаили дыхание.
– Дед Ануфрий! Найди меч и стереги супостатов, – выдал Путята и тронул пятками своего коня.
Гнедой недовольно всхрапнул и тронулся с места. Горожане тронулись следом. Жрец щедро благословил паству, и процессия бодро попылила в сторону ворот. Вытянувшись во фрунт, тяжело опираясь на клюку, обличенный доверием дедок проводил хилчан взглядом. Пусть его лучшие дни позади, но сегодня ему доверили важную миссию и настоящий меч, который предстояло еще найти. Чем он и занялся.
– Мжель, – тихо позвал Ровнер, когда дед проковылял в сторону кустов. – Пора.
Парня не надо было просить дважды. Он быстро освободился от веревки, пережег деревянные прутья решетки и выпустил пленников на свободу. Как назло, дед притащился, когда маги разминались, чтобы разогнать застоявшуюся кровь.
– Стоять, изверги! А то я вас… Ух! – возопил убеленный сединами, тщетно пытаясь замахнуться мечем.
Сил не хватало, и у магоборца были все шансы запутаться в собственной бороде, споткнуться и самоубиться, напоровшись на относительно острую сталь. Луу Альфин выбрал удачный момент, мягко скользнул за спину Ануфрия, нажал на точку на шее старца, дождался, пока тот потеряет сознание, и осторожно опустил на землю обмякшее тело.
– Ловко вы его, – восхитился наставником Гарш. – Где вы этому научились?
– Я все-таки боевой маг, – напомнил Ровнер. – Давайте уберемся отсюда, пока местные не вернулись. Очень не хочется возвращаться обратно в клетку.
Парни брезгливо поморщились. Их тоже не прельщала перспектива сидеть в тесном, вонючем узилище, рассчитанном на свиней. Они сильно сомневались, что животным было там комфортно.
– Да. Нам срочно нужны лошади, – кивнул Мжель.
– Конечно, – преисполнился сарказма Ровнер. – А так же амулет