— Слушай, а ты прав, — согласился Жека. — Давай так: я завтра на автобусе поеду в Новосиб, остановлюсь там в гостинице, куплю билет на самолёт, и уже завтра, на Новосибирской бирже, проведу эти торги. Так будет лучше. А насчёт пьянки… Зови-ка к себе всех сейчас. Пусть тащат бухло и закуску, тут и посидим.
Славян ухмыльнулся и налил водки Жеке и себе. Похоже, эта идея ему понравилась… Да и остальным, до кого дозвонились, вроде бы, тоже…
…Жека пьяненький сидел за столом и смотрел на друганов — надо отдать должное, приехали все. Митяй, Лёха, Графин, Абай. Бросили всё, все дела и приехали, несмотря на то, что был поздний вечер. Водка, коньяк, закуска, музло… Никогда в последнее время Жеке не было так хорошо, как сейчас. Он словно попал в свою стихию. В очередной раз закралась мысль — чего вот не живётся-то как людям… Впрочем, такие мысли посещали его исключительно по пьяни, Жека это уже знал.
Под конец висячки пригласил всех на свадьбу, и взял слово, что все приедут обязательно. Перед тем, как уйти, Жека отозвал Славяна в сторону.
— Там мои бедствуют, наверное… — неловко сказал Жека. — И молчат, ничего не говорят, не просят… Давай так, братан. Первый платёж за подобное хозяйство отдай им, пусть подогреются. Скажи, от меня.
— Всё сделаю, — кивнул головой Славян и положил руку Жеке на плечо. — Отвечаю, братан…
Потом Жека вызвал такси и поехал домой вместе со всеми. Таксист, знакомый пацан, усмехался, глядя на развесёлую компанию. Впрочем, Жеке было сильно-то и не весело. Завтра предстоял ответственный день…
… Утром встал — башка гудит. Через разбитое окно проникает утренний холодок. И что делать? Придётся попросить Славяна ещё и эту проблему решать. Придётся сейчас к нему заскочить, прямо с утра.
Однако, несмотря на похмелье, настроение было боевое. Чувствовал, что здешняя эпопея приближается к своему логическому завершению. Поэтому никуда не торопился, смакуя каждый момент на Родине. Позавтракал, принял душ, немного похмелился, собрался, остатки продуктов сложил в пакет и вынес в подъезд, на прощание окинул квартиру внимательным взглядом, проверяя, всё ли отключил, и решительно захлопнул дверь. Эта страница его истории оказалась перевёрнутой безвозвратно.
Погодка как на загляденье: солнце встаёт, разливая утренние лучи по просыпающемуся городу, птицы чирикают, лёгкий ветер будоражит сочную зелень листвы. Эх, сейчас бы с удочкой на речку…
Прогулялся в офис к Славяну. Тот, как будто предчувствовал и тоже, несмотря на гудящую с похмела голову, явился на работу с утра. Сидел, пил чай, изредка доставая из-под стола бутылку коньяка и понемногу начиная лечение. Увидев Жеку, оживился и налил по рюмке каждому.
— А я думал, ты уже уехал, — признался Славян, здороваясь с друганом. — Что-то ты вчера не обговорил тему своего свинчивания отсюда.
— Да хотел уехать… — признался Жека и положил ключ от своей квартиры на стол. — Забыл совсем… У меня же там окно разбито. Ты уж, пожалуйста, тоже реши эту проблему. Я не знаю, приеду до осени или нет, скорее всего, нет. Надо там делами заниматься. Жду тебя и с пацанами в гости, говорю тебе это уже в какой раз. Мой дом всегда открыт для всех вас. Номер телефона ты знаешь, звони в любое время. Если нужна помощь, звони, чем могу, тем помогу. Ну а сейчас действительно всё, поеду я.
— Машина нужна? — спросил Славян.
— Я боюсь, все машины твои могут быть засвеченные, — подумав, сказал Жека. — Уеду на автобусе.
— На автобусе пилить будешь полдня и приедешь к вечеру, — не согласился Славян и снял телефонную трубку. — Найду я тебе машину не засвеченную.
Через полчаса к офису подкатила неприметная синяя семёрка с молодым парнем за рулём. Как оказалось, это был родственник Славяна, работавший частным извозом.
— Парень чистый и честный! — заверил Славян. — Ездит аккуратно.
— Ладно, всё, погнал я, — пожав руку другану, Жека крепко, по-мужски обнял его, взял сумку и вышел из офиса. Предстояла долгая дорога до Новосибирска.
Эх, уезжал Жека… Опять уезжал, бросая всё, что держало его здесь. Родной город, друзей, интересное дело, которым мог бы заниматься, людей, которые поверили в него. Чуял он, что мог бы поднять завод с колен и даже вывести на большую прибыльную работу, если бы вплотную занялся этим. Однако в последний момент почувствовал Жека, что не по Сеньке шапка.
Что сейчас подумают Володаров и Трефилов, когда узнают, что Жека опять продал завод, продал, как ведро прошлогодней ненужной картошки, тем же людям, с которыми дрался за него? Впрочем, людям этим Жека был ничем не обязан, так же как и они ему. Все делали только то, что выгодно им. А с новым начальством… Стерпится — слюбится, как говорится…
… Приехал в Новосибирск во второй половине дня, в 14:00. В Москве уже было 10:00. Рассчитался с водителем, дав ему в два раза больше, чем причиталось, и остановился в гостинице «Новосибирск». Пообедал в ресторане, немного передохнул и к 16 часам пошёл на биржу, к самому закрытию. Местные дельцы удивились, увидев известного предпринимателя, когда Жека предъявил документы. Сразу же выставил единым фьючерсом лот с 28 процентами акций комбината, которые тут же были куплены московской компанией «Альфа-Капитал» за 100 миллионов долларов. Деньги перевёл в Дойч Банк. Больше никаких российских банков!
А вечерним рейсом уже летел во Франкфурт. Глядя на проносящуюся под крылом самолёта бескрайнюю тайгу, опять подумал, что бросает тут многое. Однако тут же пришла мысль, что и приобретает многое, в первую очередь Светку и самое главное, будущую жизнь…
…Вечернее солнце бросало тени на благодатную зелёную равнину, утопающую в виноградниках и фруктовых садах, с богатыми виллами между ними. Жека ехал домой на такси, не предупредив и не сказав ни слова, что приедет. Насколько же непривычной казалось Германия после неустроенности в России… Уже отвык… Особенно непривычным казался громадный дом, к которому он до своего отъезда едва успел привязаться. Даже не верилось: неужели эта шикарная хоромина сейчас его?
Охранники на входе с удивлением посмотрели на Жеку, когда он открыл дверь электронным ключом и заявился на территории усадьбы. Жека прижал палец к губам, призывая хранить молчание, — решил застать подружку врасплох.
Войдя в большую полутемную гостиную с работающим телевизором и двумя горящими красивыми ночниками, Жека бросил на пол спортивную сумку. Сахариха,