Я неуверенно кивнула.
И Кларк перевел взгляд на монахиню:
— А вас, после беседы с графом, проводят в выделенную вам комнату.
— Мы с Алисой будем ночевать в одной комнате, — проговорила сестра Даяна.
— Ее сиятельство, графиня Хартман, ночует в своих покоях, вас же проведут в гостевую комнату. — Без эмоций заметил Кларк.
Но я уже чувствовала себя графиней:
— Я хочу, чтобы сестру Даяну устроили в моих личных покоях. Мне так будет спокойнее. И ужин нам хорошо бы туда принести. — Я старалась выглядеть не совсем потерянной, но остаться на ночь без сестры Даяны мне было страшно. Но, все же, я ждала, что мне укажут на мое место.
А Кларк, не слуга, а граф, неожиданно сразу мне уступил. Он проводил меня до двери на противоположной стене комнаты и, открыв ее, пропустил внутрь:
— Сестра-настоятельница скоро присоединиться к вам.
Когда дверь закрылась, я оказалась в комнате почти зеркально повторяющей ту, в которой обитает граф Хартман. Такая же большая кровать у дальней стены, такие же цвета в отделке. В комнате графа сперва было слишком темно, а потом уже я была не способна все хорошо рассмотреть, поэтому детали сравнивать было невозможно.
Но и в этой комнате был большой диван, но только стол он ближе к левой от входа стены. И, соответственно, занавешенные высокие окна были — с правой. Только в моих покоях было очень светло. В каждом из многочисленных, расставленных по всем твердым поверхностям, канделябров горело по пять свечей.
Я осмотрела и пустую гардеробную комнату, дверью в которую увидела не сразу. А потом уделила внимание роскошной ванной комнате и комнатке, скорее всего предназначенной для работы. Если я останусь здесь жить, то, скорее всего, это помещение будет пустовать.
Через час вернулась сестра Даяна и сообщила, что для меня будет правильнее остаться в замке Хартман.
— Граф показался мне спокойным и уравновешенным человеком. Ещё раньше я слышала, как о нем отзываются только положительно. Он обещал заботиться о тебе. А если соскучишься по сестрам, ты сможешь в любой момент приехать в обитель. Но только в гости. Твой дом отныне находится здесь.
Услышав эти слова я, почему-то, расстроилась, хотя сама же хотела договориться с графом, чтоб он оставил меня при себе. А позже вернул в мой родной мир. Поэтому даже час в полной теплой воды ванной настроение мне не поднял. Хотя здесь была и затычка для ванной и даже кранов два. Высота одного как раз подходила, чтобы принимать душ, хоть и под мощной водяной струёй, мигом смывающей пену. Роскошный ужин не казался мне таким вкусным. И, укладываясь спать, я легла к настоятельнице поближе. Слишком много было на сегодня волнений, и дальше их, кажется, меньше не будет.
10. Разговор между графом Хартман и настоятельницей монастыря
Настоятельница, войдя в комнату, сразу нашла графа сидящим на диване и, уважительно наклонив голову, подошла к нему ближе. Граф Хартман, как и требуют приличия, сразу предложил ей сесть на стоящее рядом кресло.
— Благодарю, ваше сиятельство.
— Это я вас должен благодарить, сестра-настоятельница, — мгновенно ответил граф.
Монахиня удивлённо подняла на явно измученного мужчину глаза.
— Графиня Хартман сообщила, что это вы посоветовали покойному графу, то есть мне, в жены именно леди А-лису. Правда она не уточняла, что моя жена послушница. И я ошибочно думал, что она ваша родственница. Внебрачная дочь кого-то из ваших дядек или племянников.
— Нет, Алиса мне не родственница, она не из рода Белл. Но я заботилась о ней, как о близком человеке.
— Не сомневаюсь в этом. Вы внимательны ко всем своим подопечным. — И чуть нахмурившись граф, продолжил. — В общем, это уже не так важно, просто из любопытства я хотел бы узнать: известно ли вам, к какой семье принадлежит А-лиса. Слишком сильна ее схожесть с аристократами. Она не может быть, крестьянкой.
Настоятельница наклонившись, оправила одеяло на ногах графа и ответила:
— Она, точно, не аристократка. Читать и писать ее я научила. Хотя не могу не отдать должное ее способности к обучению.
Монахине показалось, что граф с облегчением выдохнул. И задал следующий вопрос:
— Как она попала в обитель?
И монахиня коротко рассказала, что Алису привезла восемь месяцев назад старая сельчанка вместе со своей согрешившей внучкой. Она же и внесла плату за ее проживание в монастыре.
— Это мне уже рассказывала графиня Хартман. Ничего больше об Алисе не известно?
— Нет, кроме того, что отец, по ее же словам, у нее умер, когда она была намного младше. Поэтому он не успел ее выдать замуж. У нее также есть мать и старший брат, но найти их она не может. Был мужчина по имени Алекс, с которым она жила во грехе два месяца и он собирался на ней жениться, но она его бросила. Детей у Алисы не было, и срамными болезнями она не болела.
— Хорошо. Благодарю. Как только вы будете готовы пуститься в путь, вам выделят карету и сопровождающих. А также щедрое пожертвование для Обители.
Монахиня искренне обрадовалась пожертвованию:
— Спасибо, ваше сиятельство. Мы с Алисой хотим уехать завтра утром.
— Сестра-настоятельница, вы не поняли меня. — Следующую фразу граф выделил особо. — Моя жена, графиня Хартман, останется со мной.
— Но Алисе здесь не место! — Настоятельница уже так привыкла к своей подопечной, что не хотела разлучаться с ней.
— Место жены рядом со своим мужем. — Уже привычным для аристократов, пренебрежительным тоном возразил и граф.
— Я не так выразилась, ваше сиятельство. Алисе не дадут здесь жизни. Это раньше она была выгодна вашей приемной матери. Но раз вы вернулись живым, графиня Хартман захочет выдать за вас свою дочь. Чтобы упрочить свое положение и обеспечить надёжное будущее своим дочерям.
Но настроение Аластэйра Алви Бедивир Хартман было необратимо испорчено:
— Сестра-настоятельница, вы думаете, я не в силах обеспечить безопасность своей жене?
Монахиня не хотела быть грубой, хотя бы из человеческого сострадания к человеку, получившему рану, защищая интересы их королевства.
— Ваше сиятельство, я знаю, что маги не церемонятся с женами. Вы с лёгкостью женитесь и разводитесь и, насколько я знаю историю, порой эти события происходят в один день. Что тогда останется Алисе?
— Это не тот случай. Я буду дорожить своей женой, как граф Зандер.
— Если вы, ваше сиятельство, хотите сказать, что у вас возникли чувства к моей подопечной, и вы обещаете оберегать ее и заботиться о ее нуждах, я не буду увозить