Довольная собой, Камилла пошла следом. Она пыталась представить, что же её ждёт. Что может делать такой человек, как Эрланн? Какие-нибудь ложки-плошки? Кормушки? Лошадок и солдатиков? Постепенно предположения становились всё более странными и фантастическими, на невероятной скорости отдаляясь от реальности. Когда они остановились перед дверью, Ками уже успела представить детально проработанный макет замка в пару человеческих ростов, вокруг которого ходили фантастические чудища.
Но нет, она не угадала. За дверью не было ни чудищ, ни замков. То тут, то там валялась деревянная стружка, куски дерева, на столе, который сразу привлёк внимание, в полнейшем хаосе были разбросаны инструменты, стояли баночки с краской, из стакана торчали кисти разных размеров. А где только можно сидели куклы. Миловидные, в нарядных платьицах и довольно умело сделанные. Такого Камилла и не предполагала. А после она заметила сидевшую на заваленном тканью диванчике Гленду, которая шила, а перед ней на столике лежала открытая книга. Наверное, та, что была утром найдена в библиотеке.
«И снова она», — промелькнула в голове мысль.
Гленда подняла голову и приветливо улыбнулась, поприветствовав Эрланна и Камиллу, после чего вернулась к шитью. Тонкие пальчики умело обращались с иглой. Неудивительно, если предположить, что все прошлые наряды сшила тоже она.
— Так мы поэтому утром прошли мимо мастерской? — Камилла пристроила поленья к той кучке, которая была самой большой.
— Ну… — Мастер смущённо покосился в сторону. — В общем, да…
— Да ладно тебе! Это даже мило, что ты оказался кукольником. Хотя я этого даже не предполагала, — похлопав Эрла по плечу, Ками принялась расхаживать по мастерской и рассматривать кукол.
И чего тут стесняться? Кукольные мастера совсем не обязаны быть женщинами. Мастер ничего не ответил и, тоже пристроив поленья, уселся за стол, открывая краски и доставая кисточки.
— Я посижу с вами, ладно? — ещё не получив ответа, Камилла отодвинула часть ткани и пристроилась возле Гленды.
Эрланн, покосившись на неё, что-то буркнул и кивнул, беря недоделанную куклу. Восприняв ответ как положительный, Ками принялась наблюдать за работой хранительницы. Захотелось и самой чем-нибудь занять руки. Что-нибудь сшить. Немного подумав, Камилла спросила, не нужна ли Гленде помощь. Та, отложив шитьё в сторону, взяла со стола другую книжку и, найдя нужную страницу, поинтересовалась, сможет ли Ками сшить и после украсить изображённый там фартук. После утвердительного ответа она нашла в творившемся беспорядке нужную ткань, на которую уже был перенесён чертёж, и указала на швейный набор, после вернувшись к тому, что должно было стать платьем.
В комнате повисло молчание, все были заняты своим делом. Судя по всему, для Гленды и Эрланна не переговариваться было совершенно нормально. Камилла чувствовала себя немного неловко, но старалась игнорировать это чувство, концентрируясь на работе. Сейчас было важно аккуратно вырезать все детали. И снова возник вопрос: что же связывало хранительницу и Мастера? Спрашивать или нет? И если да, то у кого? Хотя последнее можно назвать вопросом риторическим. Гленда выглядела более общительной, так что если обращаться, то к ней.
Закончив вырезать детали, Камилла вдела нитку в иголку и поудобнее устроилась на диване, то и дело косясь в сторону хранительницы. Как лучше начать? Спросить напрямую, или же пойти издалека? Нормально ли вообще задавать такие вопросы в лоб? С другой стороны, чем эти вопросы отличались от любых других?
— Слушай, Глен… — неуверенно начала Ками, следя за реакцией. Гленда вопросительно глянула, слегка склонив голову к плечу. — А ты, похоже, очень близка с Эрланном. Вас, эм… Что-то связывает?
— Да, — просто и легко ответила она. — Эрл — мой брат.
— Брат? — недоумённо переспросила Камилла. Только этим утром она отвергала то, что они могут оказаться родственниками. — То есть? Как Фрейя и Элеонора что ли? Ну, неродной…
— Нет-нет. Самый что ни на есть родной, — видя недоумение на лице Камиллы, Гленда поспешила продолжить: — Знаю-знаю, мы не похожи. Но это всё из-за проклятья. Раньше у нас всё же было что-то общее. Насколько это возможно, учитывая, что я всё же девочка. И что у нас лет восемь разница в возрасте.
— Стоп, а сколько тебе тогда лет? — Ками попыталась вычислить возраст, но выходило, что либо Эрл выглядит старше своих лет, либо Гленда — младше.
— Около четырнадцати. Можешь не говорить, знаю, что выгляжу лет на десять. Мне нормально.
Камилла застыла, переваривая информацию. И тут ей стало интересно, а сколько же лет остальным обитателям замка. Оказалось, что и близнецам, и близняшкам в районе шестнадцати — а ведь парни выглядели как минимум на пару лет старше девушек. Элеоноре семнадцать, Фрейе — двадцать. Мейлиру — девятнадцать, а Мейнир, по его же словам, должно быть где-то восемнадцать лет. Оказалось, что они с Камиллой ровесники. Эгиль же действительно был самым старшим — двадцать пять лет, хотя Ирмелин уступала лишь на два года. Что же, это всё лишний раз доказывало, что возраст — не показатель. Как и внешность.
В мастерской Ками пробыла до самого ужина, хотя разговор уже шёл в основном о куклах, шитье и о том, можно ли взять немного ткани и сшить что-нибудь себе. В городе-то всё равно придётся закупаться, а собственноручно сделанные вещи часто оказываются удобнее или же симпатичнее. Эрл в разговорах почти не участвовал, и нельзя было сказать, мешало ли ему женское щебетание, или же всё с этим было в порядке. Но недовольства он не высказывал, даже разрешил иногда заглядывать в мастерскую.
Во время ужина Мейлир сообщил сёстрам, чтобы утром те были готовы, так как в город они отправятся сразу после завтрака. А также перечислил, что именно лучше захватить с собой. В остальном в этот день более никаких происшествий не было, если не считать того, что Ирмелин отругала сестру, заметив, что она так и не начала уборку.
Глава 5: Пропажа
Прошло уже несколько дней с тех пор, как сёстры посетили город и, не без помощи хранителей, устроились на работу. Камилла — в швейное ателье, а Ирмелин — в пекарню. Обе хорошо ладили с тем, с чем связывались, так что не сказать, что от вынужденного обмана кто-то что-то терял. Проделать всё честным путём возможности не было в любом случае — в небольшом городе сложно выдать себя за местных, а прочие населённые пункты находились на достаточном расстоянии, чтобы ежедневное путешествие из них сюда выглядело странно.
В замке за это время не произошло ничего, на что стоило бы обратить внимание. Каждое утро о