– А как же моя работа? Вы представляете сколько там работы?
– Ну так скоро же каникулы. Считайте это вашим отпуском в этом году.
– И как по вашему представлению должен вытащить эту тушу наружу? Да и зачем?
– Эта туша, как вы заметили, чем-то наверняка питалась. Скорее всего не крысами. Значит в тайной комнаты найдутся парочка ходов в запретный лес. А выводить ее нужно, потому что мы обе знаем одного пронырливого старика, который обожает брать чужое добро ради всеобщего блага.
– И именно это и является самой сложной частью, не так ли? Ведь придется действовать за спиной этого старика, который скоро вернется назад в школу. И тогда уже увести добычу из пасти льва не удастся.
– Скорее старой псины. Пятнадцать процентов, и это мое последнее предложение. Это и так уже выходит за все рамки приличия.
– Договорились.
– Но вы храните кожу и скелет у себя, пока я не заберу их. Продавать это я не собираюсь.
– По поводу кожи понятно. Из нее выйдет отличная защита. Но скелет-то вам зачем?
– Как зачем? Когда-нибудь у меня будет огромный дом, и я поставлю ее в прихожей или в саду, чтобы рассказывать гостям, как я в двенадцать лет завалил тысячелетнего василиска. Как говорил один великий лучник – хороший понт дороже денег.
– Я вас понял Поттер. И все же, иногда вы слишком похожи на своего отца.
– Некромантия – это очень плохо профессор. Бросьте вы это дело.
– О чем вы опять бормочете Поттер? Какая некромантия?
– Я знаю, что еще со школьных лет у вас остались обиды на моих родителей. Но мои мама и папа мертвы вот уже одиннадцать лет. А воевать с покойниками, это попахивает именно что некромантией. Может стоит уже отпустить обиды на мертвых?
«А откуда вы узнали про это учитель?»
«Оттуда. Просто знаю, что Снейп и твой отец были злейшими врагами. И немалая вина в том была на твоем отце.»
«А из-за чего?»
«Неважно. Просто поскорей закончи с этим делом.»
– Откуда вам известна эта история Поттер?
– Я довольно любознателен, а многие профессора часто упоминали моих родителей. Вот я и сделал выводы.
– Не суть. И вы не правы. Я не воюю с Джеймсом Поттером. Меня скорее бесит тот факт, что сын Лили может быт таким…
– Тупым? Не стесняйтесь профессор. Накачали бы и вас таким количеством зелий доверия и амортенции, я бы посмотрел каким умным вы останетесь.
– Кто… Уизли. Ну конечно! Молли ведь из рода Пруэтт. Да еще и хороший зельевар. Но в таком случае…
– Оказывается, яд василиска отлично прочищает голову. Но мы отвлеклись. Давайте вернемся к нашей змейке.
«Как-то он подозрительно ведет себя. Вздох, когда он назвал имя моей мамы… Они с папой воевали из-за нее? Я ведь прав учитель?»
«Малец, вот сейчас совсем не время для этих драм. Давай подумаем над этим позже.»
– Хорошо. Составим стандартный магический договор. У меня есть бланк из Гринготтса.
Последующие двадцать минут мы составляли этот самый договор, а потом под дезилюминационными чарами вернулись в тайную комнату. Найти ход, по которому василиск выходил в запретный лес, было не сложно. А дальше Снейп вместе с огромным шлангом свалил в закат, ну а я вернулся в школу.
Правда перед этим я был слегка ошарашен вопросом от зельевара.
– Поттер, не расскажете мне какой мастер взял вас в ученики?
– …?
– Вас выдало кольцо ученика на пальце.
На третий день индеец Зоркий Глаз заметил, что что-то не так. Посмотрев на руку, я увидел простое серебряное колечко на указательном пальце правой руки.
– В последний раз я видел кольцо ученика примерно пять лет назад. Давненько уже в Британии не пользуются таким старым ритуалом принятия в ученики. Так кто ваш учитель?
«Даже не спрашивай меня малец. Я сам не заметил. Это ваша местная магия чудит.»
– Лучник.
– Кто?
– Мой учитель просто лучник. Вряд ли его имя вам что-то скажет.
– Лучник, который сумел поставить вам настолько сильный барьер в голове, что даже я не могу пробиться?
– Ну да.
– И василиска…
– Нет. В этом спектакле мой учитель не участвовал.
– Да неужели?
– Именно так.
– И вы называете битву с тысячелетним василиском спектаклем?
– Когда рядом летал гребанный феникс? Не синичка, не воробей, не ворона, а гребанное воплощение огня, который может сжечь по Хогвартса на одном дыхании. А тут бедная птичка едва-едва помогла великому герою, мальчику, который выжил. Из ума, выжил из ума. Если кто не понял. Я не настолько тупой. Туповат конечно, но не настолько.
– Отрадно, что вы понимаете свою слабость и…
– Свое место? Мне двенадцать лет профессор. Мое место за гребаной школьной партой, и никак иначе. А если это не так, значит это проблема взрослых, а не моя. Значит в обществе что-то прогнило. Очень сильно прогнило.
– Возможно и так. Но я так и не узнал, кто же ваш учитель, и когда вы успели с ним встретиться.
– Профессор, есть вещи, о которых мы не можем говорить, даже если захотим.
– Значит нерушимый обет или что-то в этом роде.
– Именно.
– Думаю, вы уже можете вернуться в школу. Я сейчас наколдую вам дезилюминационные чары, и вы сможете вернуться к себе в комнату. Думаю, вам стоит отдохнуть после насыщенного дня. Да и скоро, думаю не позже завтрашнего дня, вернется директор.
– Еще один момент профессор, если вы не против.
– Слушаю вас.
– Насколько я знаю, вы дружны с лордом Малфоем, не так ли?
– Предположим. Зачем он вам?
– Видите ли, вся школа видела, как феникс Дамблдора вынес Джини Уизли и Рона Уизли и отнес их в лазарет.
– И?
– Вот мне и хочется спросить у члена попечительского совета, что в школе делала эта курица. Это ведь опасный хищник 5Х ранга. Как он смог пролезть за барьеры школы? Кто его впустил?
– Поттер, это же птица Дамблдора!
– А Дамблдор кто? Его же отстранили, так что он не директор. А значит, птичка не имеет права находиться тут.
– А ничего, что эта птичка спасла вас?
– От кого?
– Как это?
– Профессор Снейп, вы можете вернуться в тайную комнату и лично проверить. Там нет никакого василиска. Это все слухи и россказни врагов министерства.
– Поттер, вам не говорили, что вам отлично подошел бы факультет Слизерина?
– Шляпа предлагала. Но настоящие Слизеринцы поступают в Гриффиндор.
– С чего бы?
– Чтоб никто не догадался профессор. Вы обсудите вопрос с лордом Малфоем?
– Да, но вряд ли это принесет хоть какие-то плоды.
– Несомненно. Но в дело пусть занесут. Чем толще папка с компроматом, тем больше возможностей. Курочка клюет по зернышку.
– Вам пора идти мистер Поттер.
– До свидания профессор.
«Малец, думаю тебе пора вернуться в комнату и хорошенько отдохнуть.»
«Сначала в медпункт. Я хочу проведать кое кого.»
«Кое кого? Неужели надеешься, что рыжая милашка после чудесного спасения воспылает к тебе любовью, и…»
«Не паясничай. Ты отлично знаешь, что я всего лишь хочу провести немного времени с Гермионой.»
Однако, добравшись до медпункта, я первым делом попала в руки мадам Помпфри, которая минут двадцать интересовалась моим самочувствием и ругала меня за то, что я сразу же не явился к ней, а где-то шлялся.
Лишь после того, как на меня навесили дюжину диагностических чар и убедились, что со мной все в порядке, только тогда мне было позволено навестить подругу.
Только тогда я не знал, что самое суровое испытание этого дня меня ждет впереди. В каком-то смысле рыжие недоразумения меня спасли. То есть, их зелья более чем на три четверти блокировали мое восприятие к окружающим людям, оставляя место только для самых сильных чувств.
Каждый раз, когда мы приходили проведать подругу по моей инициативе, рыжее чмо через минуту начинал ныть про шахматы или другие намного более дегенеративные развлечения, и я мне приходилось уходить. Да и все внимание опять же было приковано к моему “другу”.
На этот раз, когда я увидел Гермиону лежащей на кровати, мое сердца на несколько секунд просто перестало биться. В груди поселилась такая тяжесть, что я чуть не упал, и мне пришлось поскорее добраться до стоящего рядом с кроватью стула и присесть.