Колдовство же, или, как его еще называли, низшая магия, имело практический характер и было направлено на немедленное получение некоего полезного результата. Например, чтобы вызвать дождь, нужно было помочиться в яму или помахать мокрыми тряпками; чтобы причинить человеку боль, восковую куклу, названную именем жертвы, прокалывали булавкой.
Колдовства в его средневековом понимании чурались даже демонологи. Считалось, что оно основано исключительно на заимствованной у дьявола темной силе. Колдун и ведьма могут обладать способностями, недоступными простым смертным, но способности эти получены от дьявола и служат именно ему. В 1599 году католический демонолог дель Рио определял колдовство как «умение совершать чудеса, выходящие за пределы общепринятого понимания, благодаря силе, получаемой через договор с дьяволом». В 1653 году определение дель Рио повторил сэр Роберт Филмер, судья, приверженец англиканской церкви: «Колдовство является действием, служащим для совершения чудес с помощью дьявола, в пределах дозволенного Господом». В 1671 году Эдвард Филлипс, племянник Джона Мильтона, писал, что колдовство — «явное порочное действие, посредством которого, с помощью дьявола или злых духов, могут быть произведены некоторые чудеса, находящиеся вне понимания людей» [64].
Таким образом, ведьмы и колдуны были не самостоятельны, они являлись орудиями дьявола. Но четкой грани между магом и колдуном все равно не было. Маг мог увлечься черной магией или, например, поисками философского камня и продать душу дьяволу за дополнительные знания и способности.
Сцены колдовства
Сальватор Роза. 1645–1649. The Cleveland Museum of Art
Но это не касалось ведьм, так как магов женского пола европейская история не знала. Если подходить к оценке колдовства и ведовства не с точки зрения традиционных средневековых суеверий, а с точки зрения рациональной исторической науки, то в основе низшей, природной магии лежат остатки древних языческих культов, которые сохранились в Европе и через много веков после принятия христианства. Христианизация положила начало процессу религиозного симбиоза, против которого активно боролась и католическая, и православная, и протестантские церкви. И одинаково безуспешно. Полностью искоренить остатки языческих верований не удалось. Но именно они вызывали ярость у охотников за ведьмами.
В большей степени элементы языческих ритуалов сохранились в сельской местности, они носили традиционный характер, передавались устно из поколения в поколение среди тех, кого называли потомственными ведьмами и колдунами. Причем это было обязательным условием сохранения колдовской силы. Недаром же, по славянским поверьям, колдун даже умереть спокойно не мог, не передав свою силу преемнику.
В западной же традиции книжный маг редко имел учеников и не спешил делиться тайными знаниями, поэтому так ценились магические книги, древние свитки, гримуары, манускрипты и папирусы египетских жрецов. Эти книги на самом деле чаще всего были написаны средневековыми авторами на латыни или арабском языке, но выдавались за древние.
А традиционная магия колдунов и ведьм не была книжной: они и читать-то большей частью не умели, тем более по-латыни. Увы, писать специалисты в области народной магии тоже не умели, поэтому о сущности их колдовских обрядов мы знаем очень мало. В основном сведения о них дошли до нас из документов судебных разбирательств. Но выбитые под пытками признания-оговоры, да еще в интерпретации инквизиторов, вызывают мало доверия.
В большей степени известна языческая магия кельтов, описанная еще древнеримскими историками, а также колдовские ритуалы и заклинания северных народов: финнов, германцев, скандинавских и ирландских племен. Магию этих народов подробно описали первые христианские священники, поэтому мы знаем и о заклинаниях-гальдрах, и о рунной магии, и об обрядах «дыхания смерти», и о ритуалах сейда, очень напоминавших шабаши, как их описывали инквизиторы Центральной Европы.
К XV веку истории, рассказанные в «Старшей Эдде» и «Младшей Эдде» [65] и в песнях бардов и скальдов, уже воспринимались как сказки, однако древние магические обряды были живы. К ним относятся ритуалы, которые проводились в языческих местах силы — например, у священных колодцев и ключей, которые у шотландцев назывались «клути». Этим источникам или деревьям, растущим около них, приносили жертвы. В христианские времена это были мелкие монетки или просто разноцветные ленточки, что нашло отражение в названии источника: от шотландского cloot — «тряпка». В древности такие источники и водоемы были посвящены языческим богам и духам, но с распространением христианства роль покровителей клути стали играть христианские святые. Принеся жертву, люди молились нужному святому и добавляли свою просьбу, которую иногда писали на бумажке и опускали в воду источника.
Существовали и особые хранители источников, которые нередко наделялись пророческим даром или сверхъестественными способностями. Естественно, это не могло нравиться служителям церкви, которые справедливо считали подобные ритуалы служением языческим бесам. Источники засыпали, но местные жители их снова откапывали. Существовал даже особый обычай пробуждения силы клути: очисткой источника должна заниматься обнаженная, обязательно невинная девушка. Она как бы передавала свою природную силу колодцу [66].
Священный источник
Италия. Конец XIV — начало XV века. The Metropolitan Museum of Art
Языческий культ воды и связанные с ним обряды удивительным образом трансформировались под влиянием христианства. Так, Дж. Фрэзер пишет, что во Франции был распространен обычай погружать в реку или озеро статую святого, если требовался дождь. «Около древнего монастыря в Комманьи (Франция) имеется источник святого Жервеза. Местные жители устраивают к нему массовые паломничества, чтобы — в зависимости от того, в чем нуждаются посевы, — выпросить дождь или солнечную погоду. Во время большой засухи они бросают в него старинное каменное изображение святого, обычно стоящее в нише, из которой бьет источник» [67].
Вплоть до позднего Средневековья сохранялись и особые места, связанные с древними языческими культами, — неметоны (неметы). Этимология этого слова неясна, а обозначало оно некую возвышенность, часто искусственный алтарь, находившийся в священной роще. Там в языческие времена поклонялись священным деревьям, жрецы проводили ритуалы, приносили жертвы, вопрошали у богов совета. По поверьям, в неметах обитали духи-хранители священного места, которые по описаниям походили на древнеримского козлоногого бога Пана или же на христианского черта. Наряду со жрецами в обрядах участвовали женщины, танцевавшие обнаженными среди вековых деревьев, часто впадавшие в транс и пророчествовавшие. Некоторые современные историки считают, что эти обряды легли в основу историй о ведьмовских шабашах.
За века распространения христианства большинство священных рощ друидов были