Вика со своими капризами, да и Василиса не отстает от моей сестры, какая муха её укусили?!
Короче всё в одно время, как всегда.
— Понял, буду всегда рядом. — уверенно говорю отцу Василисы.
— Не подпускай к ней Влада, если он все-таки явится. — кривит лицо и залпом выпивает содержимое стакана, — А ещё меня сегодня ни для кого нет, я занят. — смотрит на меня и обновляет бокал.
— Понял Александр Николаевич. — разворачиваюсь и выхожу из кабинета.
Иду на улицу и вдыхаю свежий сосновый воздух, благодать.
— Молодой человек, — вырывает из моих мыслей голос молодой женщины, — Не подскажите, где Ирина Александровна, нам нужно сдать работу, а найти никого не можем. — смотрит на меня с надеждой и показывает на свой телефон, видима пытается ей дозвонится, но безуспешно.
— Сейчас решим. — говорю организатору и звоню Василисе, но и она не берёт трубку.
Оборачиваюсь и направляюсь в сторону входа, организаторы за мной. Ну вот что я буду с ними делать, если я не найду Василису, но стоит только зайти в дом, как слышу её смех на кухне.
Внутри сразу всё отзывается на её голос.
Она будоражит каждую клетку моего тела, и я не знаю как с этим бороться.
Словно заколдованный иду на голос, Василиса сидит с пирожком в руке и улыбается Клавдии Ивановне, отвлекаю их и прошу помощи у Василисы.
Она замирает, смотрит на меня будто я у неё этот пирожок сейчас отберу, улыбка спадает с её милого лица, брови сразу нахмуриваются, и она на глазах превращается в маленького ёжика.
Клавдия Ивановна переводит свой взгляд с меня на неё и обратно, выводит её из «гипноза» и смеясь скрывается за холодильником.
— Ах да, — как будто смущаясь опускает она глаза, — Сейчас я всё сделаю, спасибо. — не поднимая глаз проходит мимо меня.
— Возьми пирожок. — протягивает мне в салфетки пирожок Клавдия Ивановна, — Нормально всё будет, не боись, придёт время. — улыбаясь, загадками говорит эта добрая женщина.
Двадцать шестая глава. Василиса
Когда этот суматошный день уже закончится?!
Я устала от фальшивых улыбок и взглядов.
Я дома, но хочу домой, туда, где мне не нужно кем-то претворятся, туда, где нет посторонних, туда, где нет людей, туда, где тишина...
Радует лишь то, что скоро это закончится, точнее не так, радует, что родители разрешили мне уехать на квартиру и я считаю минуты, когда прозвенит мой будильник.
Гаснет свет, зал погружается в приятный полумрак и люди вокруг убавляют громкость своего общения.
Всё внимание на центр зала.
Сизый дым струится по полу, создавая эффект чего-то волшебного, невесомого.
Мама лёгкой походкой ступает сквозь этот туман держась за предплечье дедушки. Сейчас она похожа на маленькую принцессу своего отца. Глядя на них, можно увидеть безусловную любовь отца к своей дочери.
Папа уверенной походкой идёт к ним на встречу, в его глазах отражается вся безграничная любовь к маме, именно так, наверное, смотрят любящие люди друг на друга.
Останавливаясь в центре в метре друг от друга, мама не спускает влюбленного взгляда с папы, а папа немой диалог ведёт с дедушкой.
Их немой диалог длится всего несколько секунд, но я представляю, чего они стоили для папы.
Дед до сих пор не мог простить папе, что его дочь выбрала какого-то безродного пацана, а не родного отца. Сбежала с ним в неизвестность и изредка присылала письма с одним лишь предложением: «У нас всё хорошо. Я вас люблю.», потом тайно вышла замуж ни сказав родителям ни слова, а когда дед приехал её забирать, показала ему кольцо и штамп в паспорте. Деда это конечно не остановило, и он всё равно увёз её домой, только и родители не сдались, папа снова выкрал её, и мама прервала общение с дедом на целых три года. А потом появилась я и дед просто переключил всё внимание на меня, но папу так и не принял, уже позже, когда я уже ходила в школу, дедушка больше, как с привычной шуткой стал подтрунивать папу, а папа до сих пор воспринимает всё всерьёз.
Но сегодня, видимо происходит то, что должно было произойти двадцать пять лет назад, дедушка благословляет свою дочь и принимает зятя в семью.
Гештальт закрыт.
Мама с глазами полными слёз прижимается к дедушке, он целует её в лоб и передаёт в руки мужа.
Смеясь, родители обнимаются и целуются, папа кружит маму на руках и кажется сейчас для них никого вокруг не существует, есть только два любящих сердца, которые смогли через все преграды пронести эту любовь.
Появляется выдвижное полотно и проектор воспроизводит видео, которое я монтировала, чтобы порадовать родителей.
Всё вокруг будто замирает и все погружаются в прошлое, туда, где двое просто встретились и просто влюбились.
Слайды сменялись, и я любовалась своими родителями, они смотрелись идеально друг с другом, и я завидовала собственным родителям.
Как они смогли пронести свою любовь сквозь года и препятствия, которые встречались им на пути?!
У папы не было ничего, но мама пошла за ним, держала его руку и была его опорой.
Я хотела стать опорой Владу, но он выбрал совершенно другое.
Мне не жаль, но мечта так и остаётся мечтой, и я всё также хочу, обрести счастье с любимым человеком, только где его искать, я даже не представляю...
В голове появляется образ человека, который на протяжении нескольких месяцев со мной рядом, я ищу его глазами по залу, но натыкаюсь на совершенно другой взгляд.
Этот взгляд не обещает мне ничего хорошего, этот взгляд я не хотела бы больше видеть, но он здесь.
Влад стоит в дали от всех, и смотрит на меня своими чёрными глазами, в которых нет ни капли света и любви.
Как я не замечала этого раньше, почему слепо верила его словам.
Та Василиса была не я.
Зачем он пришёл сюда?
Мысленно бью себя по лбу, это я его вспомнила и вот, как говорится, помяни чёрта он и явится.
Отвожу взгляд от Влада и ищу Диму, сейчас н мне жизненно необходим, но его нет нигде.
Жду, когда закончится танец родителей, чтобы сообщить им о своём уходе.
Димы всё еще нет в зале, набираю его номер, нет ответа.
Да куда он мог исчезнуть.
— Пап ты никуда не отправлял Диму? — спрашиваю, продолжая искать его взглядом.
— Нет, он должен быть рядом с тобой. — повторяет мои действия и обводит окружающих взглядом.
— Как видишь его