Казалось, время остановилось, а воздух стал тяжелым, как наковальня. Зрачки Декстера расширились, а дыхание отяжелело так, словно он пробежал кросс.
— Что на тебя нашло? — этот вопрос сорвался с его губ явно быстрее, чем он успел подумать. Ричард остановил танец и смотрел на нее, почти не моргая. Девушка сглотнула, растерянно взглянув на парня. Пламя со свеч бросало причудливые тени на его лицо, а глаза казались потемневшими. Он злится? И так резко перестал вести свою идиотскую игру… Лекс снова сглотнула. Раз уж начала, стоит идти до конца. Будь что будет. О последствиях можно подумать и медленно убивать себя ими позже. Гораздо позже…
— Я серьезно, Ричард, — тихо сказала она, точно зная, что он услышит. — Я люблю тебя.
— Это не смешно, Алексия — он впервые назвал ее настоящим именем в этом времени. Голос был тихим, но таким твердым, что сердце в груди больно ударилось о ребра, — хватит. Прошу меня извинить, — сказал он уже громче и быстрым шагом направился прочь из зала.
Ее словно по голове ударили. Какое смешно! С чего он вообще решил, что она смеется? Ведь она ничем не показала насмешку. Говорила от души. Даже не улыбнулась ни разу! И почему, стоило ей перестать изображать из себя леди прошлых времен он тут же сдался и перестал играть с ней? Что на него нашло?
Все эти вопросы заставили ее пойти следом, совершенно не думая о том, как она будет выглядеть в глазах местного общества. Лекси хотелось выяснить все, прямо на месте. Заставить его понять, что нет в ее словах никакой шутки. Что каждое слово было правдой.
Однако картина, которую она застала в пустом холле, заставила забыть о всех кипящих внутри словах. Беспокойство ледяной волной потушило все бурлящие в душе пожары.
— Эй, Декс… тебе плохо? — дрожащим от тревоги голосом спросила девушка.
Он тяжело дышал и сжимал кулаки так, словно вот-вот порвет пальцами кожу. Парень не повернулся на ее голос, его грудь вздымалась и опускалась. Ей казалось, что ему хочется кого-то ударить…
— Нет. Да. Твою мать, Стивенс, мне и в голову не приходило, что ты зайдешь так далеко!
— Как?.. — она растерянно похлопала глазами, пытаясь понять, какого черта происходит. Неужели он в самом деле принял все за игру? Снова… Все настолько плохо? За эти годы он совершенно разучился воспринимать ее всерьез? Или и вовсе никогда не воспринимал?
Пожары потухли. И звезды тоже. На месте былого волнения остались лишь пустота и разочарование. В себе. В нем. Во всем долбанном мире.
Титаническим усилием воли Лекси заставила себя успокоиться и сделать к нему пару шагов. Положить ладонь на плечо и крепко сжать его.
— Может тебе воды принести? Или лучше давай выйдем на воздух? Тебе нужно остыть. А то ты своим видом всех барышень распугаешь, разнесут еще сплетни, что самый классный инженер в городе — натуральный маньяк, — как могла беззаботно сказала она, игнорируя тупую боль в сердце.
— С тобой кто угодно с ума сойдет! — он резко перехватил ее руку и прижал девушку к стенке, — неужели тебе так хотелось вывести меня на чистую воду? Что ты хотела доказать, а, Лекси? Что мне тебя не обмануть? Я ожидал чего угодно, но никак не соблазнения!
— Какого к чертям собачьим соблазнения? Ты что, в настоящем мозги забыл? — фыркнула она, искренне оскорбившись. Надо же, впервые в жизни от души призналась человеку в любви, а ее обвиняют в домогательствах! И еще говорят, что у женщин нет логики. Вот, пожалуйста. Даже у самого гениального Мегамозга планеты логики меньше, чем воды в решете. — Да успокойся ты. Успокойся. Хочешь все обсудить? Пожалуйста. Но сперва отпусти меня, знаешь ли, не очень удобно быть прижатой к стеночке в платье из кринолина. Больно даже…
— Хорошо, тогда что это было? — Ричард все же отстранился и вновь отвернулся от нее, — Решила идти до конца и сыграть на моих чувствах? Очень глупо и низко, даже для тебя. Чего ты теперь хочешь?
«Конечно глупо, ведь у тебя-то чувств и в помине нет!» — разозлилась она и скрестила руки на груди.
— Ты несешь чушь, Декстер! Если так хочешь знать — все это я затеяла только ради одного. Хотела понять, как ты узнал обо мне. И… — она замерла и лубоко вздохнула, проклиная собственное сердце, что никак не могло без боли смотреть на его напряженную спину. Произнесла более спокойным тоном, — Вообще-то, я не собиралась выводить тебя на чистую воду… Если хочешь знать, я бы никогда, никому и ни за что не рассказала бы о тебе!
— Как и я не рассказал бы о тебе. Твои тайны в безопасности, я сказал об этом сразу. А вот моя может привести не только меня, но и тебя на плаху, — процедил Рич, все еще тяжело дыша, — чего ты хочешь? — повторил он свой вопрос, — зачем?..
Она до боли закусила губу и снова сделала к нему шаг. Снова коснулась его плеча, в надежде хоть сколько-нибудь успокоить. Дать понять, что все нормально. Что ей не страшно.
— Я знаю, — тихо сказала Лекс. — Знаю, чем ты рискуешь. И клянусь, что от меня об этом не узнает ни одна живая душа. Можешь не верить, но я не настолько сумасшедшая, чтобы так рисковать… — она сглотнула, а затем отпустила его плечо. Обошла вокруг, подошла к нему спереди и внимательно посмотрела прямо в глаза. — Знаешь, я вела себя как идиотка. И вообще-то сегодня хотела сказать, что больше не собираюсь во все это лезть. Прости меня. Все мои действия давно уже перешли любые возможные границы.
Она впервые извинялась перед ним вслух. И говорила с ним так искренне, от души. Лекси не опускала глаз, надеясь, что он поймет, что все осознает, что все же отнесется к ее словам серьезно. Декстер же посмотрел ей в глаза, с таким отчаянием, будто был раненым зверем, пойманным в ловушку.
— Ты уже влезла. По самые помидоры влезла.
Она горько улыбнулась и коснулась ладонью его лба, поправив растрепавшуюся челку.
— Влезла, — тихо прошептала она. — И не жалею об этом, но… Но я не хочу так, Ричард. Мне надоела вся эта война между нами. Я не воин. Не солдат. Да и