— О, они получат то, чего желают. Но не сразу, — усмехнулся Вееро. — Если, конечно, их подопечные не справятся с испытанием. В противном случае… их желания останутся лишь мечтами.
Я кивнул, понимая, что вмешиваться в этот план не стоит. Вееро знал, что делал. Его игра была куда сложнее, чем казалось на первый взгляд, а ставки в ней невероятно высоки.
— Я продолжу наблюдать, — сказал я.
— Именно для этого ты здесь, — ответил Вееро, исчезая в тени.
А я остался один, размышляя о причудливых путях судьбы и о том, как порой ненависть может стать началом великой любви.
Глава 4
Дружеское пари
[Сонни]
Сухо и Дехо устроились на краю скалы, наблюдая за апартаментами, где находились гости. Лисица нервно перебирала своими восемью хвостами, что-то бормоча себе под нос.
— Слушай, Дехо, — начала Сухо, — я тут подумала… Может, заключим пари?
Пульгасари фыркнул:
— Опять твои безумные идеи?
— Это не просто идеи! — возмутилась лисица. — Я хочу получить девятый хвост! Представляешь, какие возможности откроются? Я смогу видеть будущее!
— И как ты планируешь это сделать? — Дехо скептически поднял бровь.
В этот момент рядом с ними возник Вееро. Его присутствие всегда вызывало мурашки даже у бессмертных существ.
— О чем шушукаетесь?
Сухо вздернула нос:
— Вам же известно, что я хочу получить благословение небес! Девятый хвост!
— Хм, — протянул Вееро. — Знаешь, что тебе нужно? Последняя жертва не сдастся легко. Я зачту только ту душу из мира людей, которая не поддается исправлению.
Дехо вмешался:
— А мне что делать?
— Хочешь стать человеком? Найди себе замену, последний из своего рода. Красная Книга не просто так существует, — плечи Вееро затряслись в безудержном смехе.
Сухо прищурилась:
— Ладно, у меня есть план. Я сожру девчонку, если айдол начнет проявлять к ней чувства. А его отдам тебе.
Пульгасари рассмеялся:
— А вот и нет! Если девчонка простит его и откажется от вечной жизни, я сожру их обоих! Ни тебе, ни мне ничего не достанется. Тебе не видать тысячного сердца, а мне придется оставаться бессмертным. А я не хочу!
— И почему же? — ехидно спросила Сухо.
— Потому что ты, долбаная прилипала, меня уже достала! — рявкнул Дехо. — Вечно лезешь ко мне со своими планами, вечно пытаешься использовать в своих играх!
Сухо надулась:
— Да ладно тебе! Я просто хочу достичь большего! А ты… ты просто боишься перемен!
Вееро наблюдал за их перепалкой с легким интересом:
— Что ж, пусть будет пари.
Сухо и Дехо переглянулись. В их глазах читалась решимость. Они были готовы на все ради своих целей, даже если это означало противостояние друг другу.
— Итак, — промурлыкала Сухо, потирая когтистые, но столь изящные руки, — пришло время развлечься по-настоящему.
— Главное, чтобы эта забава принесла нам пользу, — проворчал Дехо, глядя на витражные домики.
Не теряя времени, они направились к апартаментам новых жильцов.
— Пора их навестить, — ухмыльнулась лисица.
В апартаментах Хванмин и Сомин сидели в разных углах комнаты, избегая друг друга. Появление Сухо и Дехо заставило их подскочить.
— Слушайте внимательно, — начала Сухо, устраиваясь поудобнее. — У нас для вас есть… предложение.
— Предложение? — скептически спросил Хванмин.
— Именно, — подтвердил Дехо. — Мы устроим вам квест.
— Какой еще квест? — насторожилась Сомин.
Сухо взмахнула хвостами:
— Простой ты, айдол, — она указала изящным тонким пальцем с длинным ногтем в сторону Хванмина, — исполнишь тридцать три желания этой девушки.
Хванмин рассмеялся:
— И что мне это даст?
— О, много чего, — вмешался Дехо. — Если выполнишь все желания, оба вернетесь в свой привычный и скучный мирок. Откажешься, останетесь здесь навсегда, став частью Амуртэи.
Сомин нахмурилась:
— Почему именно тридцать три?
— Потому что это число судьбы, — подмигнула Сухо. — А теперь, вот… — лисица протянула Хванмину странное кольцо с треснувшим камнем.
— Что это? — спросил он, беря украшение.
— Это твой источник силы, — объяснила она. — Камень питается энергией твоих фанатов. Чем больше поклонников, тем сильнее магия.
Дехо добавил:
— Но помни — каждое желание должно быть исполнено безупречно. Иначе… последствия будут необратимы. Вдобавок ко всему, количество каждой неудачной попытки будет засчитываться как за одно исполнение.
Хванмин посмотрел на Сомин, которая молчала.
— И что теперь? — спросил он.
— Теперь начинается ваше испытание, — хором произнесли Сухо и Дехо.
Лисица коварно рассмеялась:
— Помните: чем сложнее будут желания, тем интереснее будет наблюдать за вашими попытками их исполнить, затем наклонилась ближе: — И помни, красавчик, каждое невыполненное желание — шаг к вашей вечной жизни здесь.
С этими словами нечисть исчезла, оставив смертных наедине с их судьбой.
Хванмин посмотрел на кольцо в своей руке. Треснувший камень пульсировал слабым светом, словно живое сердце.
Сомин молчала, но в ее глазах читалось нечто новое. Возможно, это было начало чего-то, что изменит их обоих.
А где-то уже вдалеке Сухо и Дехо предвкушали развлечения, которые принесет это пари. Ведь чем коварнее будут желания, тем больше удовольствия они получат от наблюдения за страданиями смертных. И тем ближе будут к своим собственным целям.
Глава 5
Первые желания антифанатки
[Хванмин]
Я стоял перед зеркалом, не в силах поверить в происходящее. Мои идеальные черты лица начали искажаться, словно кто-то невидимый тянул их в разные стороны.
Сначала появились едва заметные морщинки у глаз. Потом кожа начала терять свой здоровый блеск. Шрамы, о которых я даже не подозревал, проступили на щеках.
— Смотри, как ты прекрасен! — голос Сомин сочился ядом.
Я схватился за лицо, чувствуя, как оно теряет привычную форму. Десятилетия работы над имиджем, тысячи часов в салонах красоты — все рушилось на глазах.
— Ты довольна? — мой голос дрожал от ярости и унижения. — Теперь я урод! Все те, кто восхищался мной, отвернутся.
Она лишь усмехнулась, наслаждаясь моей агонией. А внутри меня что-то сломалось.
— Может, теперь я хоть немного похож на человека? — прошептал я, глядя ей в глаза.
Ее улыбка дрогнула. Впервые я заметил проблеск сомнения в ее глазах.
Я отвернулся от зеркала, чувствуя, как непрошенные слезы жгут глаза.
Хорошо, что практически сразу мое лицо вновь сделалось нормальным и привычным. Но, Сомин как будто разозлилась и теперь потребовала спеть без автотюна. Без обработки, без фильтров, без всего, что делало мой голос идеальным.
— Спой! — приказала она.
Я закрыл глаза, собираясь с силами. Настоящий голос, не отфильтрованный, будто не такой идеальный. Как же! Она была неправа. Я не притворялся.
Но почему дрожит мой голос? А, может, это не тот безупречный вокал, к которому все привыкли?
Сомин замерла. Когда песня закончилась, в комнате повисла тяжелая тишина.