Рядом с кольями расцвела полянка фиалок, мальчик неожиданно для себя понял, что это и есть пресловутый мысленный пакет. Клубился туман, текли облака по линиям сакрального символа в небесах. Где-то очень рядом шептало море. Чадил костёр.
Плечи мальчика обнимала личинка и грызла череп. Он чувствовал, как мандибулы скребут затылок. Тварь снова была цела и покрылась слоем серого хитина.
И она не реагировала на пламя костра. Оторвать её не выходило никакими образом. Тело терзало боль. Неожиданно Дэвид вспомнил, как отбивался от субстанции. Он направил действие своей воли под кожу и оторвал от себя личинку с огромным куском собственной кожи. Только вот кольцо хитиновых конечностей вокруг шеи разомкнуть не удалось. Потому Дэвид с воплем «Выкуси, дрянь!» раскрутил личинку вокруг собственной шеи.
Тварь возмущённо заверещала. Вращение становилось всё быстрее, визг перешёл в ультразвук и оборвался. Дэвид продолжал ускорять вращение как только мог, и продолжал это делать, пока не ощутил истощение.
Теперь тварь свисала с шеи мальчика безвольным украшением. Саднила сорванная кожа. Дэвид осторожно утёр лицо, подошёл к поляне с фиалками и просто упал в цветы лицом. Он успел сделать глубокий вдох, ощутить густой сладкий аромат. А потом пришла боль. И не стало ничего, кроме пульсирующей боли. За болью пришли смутные видения про то, как у него появились длинные тонкие пальцы, как он этими пальцами касался чужих разумов, открывал их, словно изящные сосуды, и добавлял в них свою волю, густую и терпкую, как мёд горных пчёл. Видения сменялись одно за другим. Он пронзал пальцами примитивные разумы, он сражался ими с теми, кто приходил за его разумом. И с каждым разом эти битвы становились всё ожесточённее. Сотни битв. Тысячи.
Очнулся Дэвид в холодной ванной. И сначала ему показалось, что видения всё ещё не отпустили его разум, потому что ванную он не узнал. Мир странно распадался на десятки осколков. Вода, в которой он лежал, позеленела, зацвела и покрылась крохотными листьями. Стены ванной заросли плесенью, пол густо покрылся мхом. Потолок зарос плющом, и в нём прятались крупные насекомые.
Дэвид попытался вылезти из ванной. Ноги опутывали скользкие стебли.
В этот момент в заросшую ванную зашёл Шварц.
— Я освоил заклинание!
Отрапортовал Дэвид и рухнул на пол. У него была стабильной только правая сторона мира, а левая продолжала рассыпаться. На щеке ощущались какие-то наплывы.
— Прям освоил? За ночь? Покажи.
— Как?
Дэвид прислонился к стене и попытался унять тошноту.
— Сопротивляйся.
— Ч…
И тут на разуме Дэвида сомкнулись клещи. Вернее, попытались. Он очень естественным движением ускользнул и в ответном выпаде пронзил разум учителя. А потом испуганно уставился на Шварца.
— Покажи на что способен.
Спокойно ответил маг. Из его головы торчало тонкое прозрачное острое щупальце синего цвета.
Лицо мальчика перекосило, на губах появилась злая улыбка. И он впрыснул свою волю в разум наставника, а потом свернул щупальце кольцом и попытался просто разрушить до чего дотянется.
— Неплохо… а если так?
Шварц выглядел скорее озадаченным, чем довольным.
И тут разум мага распался на десятки шестерёнок. То, что Дэвид в начале принял за личность наставника, оказалось всего лишь зубчиком на не самой крупной из них. Мальчик запаниковал, и с огромным усилием вырвал щуп заклинания, пока его не намотало на шестерёнки чужого разума. А потом ударил. Сразу полусотней щупалец, в одну, самую большую шестерёнку, и вырвал её. Деталь механизма истаяла в воздухе, и тут на разум мальчика обрушился страшный удар, из-под которого было не ускользнуть. Над головой Дэвида возник конус из щупалец, конструкция максимально напоминала шалаш. Этот конус упёрся в молот чужой воли, казалось, молот сейчас хрустнет. в следующий миг молот обратился потоками энергии, который просто смыли все защитные барьеры Дэвида.
Он с испуганным криком подскочил на ноги.
— Интересно… и это стоило почти сорока инсультов?
Шварц тут же прекратил атаку.
— Инсультов?
— Кровоизлияние в мозг. Пакет памяти, который тебе подарили… он был не для изучения заклинания. И даже не для его освоения. Это уровень постижения, когда ты не просто им владеешь, а управляешь им как своей ногой. Ценная вещь.
— Подвох?
— Тот, кто дал тебе эти знания… он хотел тебя превратить в слюнявого идиота. Твои лечилки не исцеляют нервную ткань. Это удел заклинаний высшего круга. Сорок шрамов… я, пожалуй, даже запомню. Но тебе повезло, что благодаря моим трудам для тебя изменились правила игры. Твой мозг быстро, а главное успешно регенерировал. В какую цену тебе обошлись знания?
— Я пообещал украсть одну картину из старого дома.
— Существо, способное на такие подарки, совершенно точно не может нуждаться в услугах мелких уголовников, да ещё за такую цену. Что за картина и откуда?
— Дом по улице Изарда второго, дом пять…
Шварц расхохотался, не дослушав.
— Всё, теперь мне всё окончательно стало ясно! Мальчик мой, поздравляю, тебя подрядили обчистить императорскую резиденцию. Кто там, говоришь, заказчик?
Дэвид побледнел.
— Одержимый дом, ресторан, «Королевский единорог», там живёт дух мага и…
— Не переживай, мой мальчик, я не дам тебе пропасть. Я сделаю так, что ты невидим и неслышим проникнешь в одно из самых защищённых мест империи и исполнишь клятву!
— Правда?
В голосе Дэвида прозвучала надежда пополам с благодарностью.
— Нет, конечно! Но я с радостью посмотрю как ты попытаешься это провернуть. Чисто академическое любопытство. И насчёт незаметно, я, если кто не понял, тоже пошутил. В зеркало посмотри на себя, раз ничего ещё не понял.
Дэвид смахнул чёрную плесень с поверхности зеркала и с оторопью уставился на своё лицо.
Всю левую сторону лица, начиная от глазницы и ниже, покрывали плотным слоем серые глаза. И сейчас они все смотрели на себя в зеркало.
— Ну теперь меня точно в зоопарк сдадут!
Шварц продолжал безумно хохотать.
— И… что теперь?
Дэвид отвернулся от зеркала. Он только что обнаружил, что может дотянуться до одного из своих глаз языком.
— Я доволен прогрессом твоего обучения. Дальше нужно будет исследовать и вплести в твоё тонкое тело духовный камень. Ты должен овладеть силой этого артефакта. Сумрак должен стать доступен тебе. После задача овладеть жемчужиной будет для тебя тривиальной. И вот уже после этого мы зафиксируем твой нимб.
— Что нужно делать?
Дэвид взял полотенце и прикрыл бедра. Полотенце