Сон ускользает от меня.
А Энцо не возвращается.
Глава четвертая
Бостон
ВЫХОДЯ ИЗ ДУША, Я НАХОЖУ СВОЕ ОТРАЖЕНИЕ В ЗЕРКАЛЕ И ВЗДЫХАЮ при виде темных кругов под глазами. Балкон на другом конце комнаты словно насмехается надо мной: большие эркерные двери заперты на замок, а ключа у меня нет, так что насладиться летним солнцем не получится.
Я бы с радостью часами сидела на балконе, пусть даже на голом полу в отсутствие шезлонга или стула, если бы это означало, что я могу слушать звуки, которые предлагает внешний мир. Все что угодно, кроме удушающей тишины этой комнаты.
Лето уже почти закончилось, и я понятия не имею, что будет дальше. До окончания стипендиальной программы в Грейсон Элит осталось еще два года. Не то чтобы меня это действительно волновало. Все, чем я когда-либо хотела заниматься, – это танцевать, и больше всего мне нравятся книги, на обложках которых изображены танцующие пары.
Я снова вздыхаю, достаю из ящика расческу и медленно провожу по волосам. Вместо того чтобы высушить волосы феном, делаю пробор посередине. Просматриваю ящички в поисках пенки для укладки, но, конечно, о таких вещах никто не позаботился, когда для меня готовили эту комнату. Ничего не нахожу, так что выдавливаю небольшое количество кондиционера на ладонь и провожу по пробору. Не идеально и не продержится дольше часа при малейшем ветре, но детские кудряшки разглажены, а я все равно никуда не пойду.
Стук раздается в то же время, что и вчера, и я даже не поворачиваюсь к двери. Если мадам хочет, чтобы я была вежлива, то могла бы назвать мне свое имя. Если она этого так и не сделает, буду называть ее Бабусей. Вслух. Держу пари, это сработает.
Она останавливается в дверном проеме. Ждет, пока я посмотрю в ее сторону, но я продолжаю втирать в щеки крем для лица, который нашла в ящике.
– У тебя был целый сундук с косметикой, – невозмутимо говорит она.
– Да, был. – Наклонившись ближе к зеркалу, провожу подушечкой среднего пальца по бровям. – На самом деле даже два, и оба остались в поместье Грейсон.
– Возможно, тебе не стоило забирать все свои вещи, когда ты поехала домой в… отпуск. – Она говорит слово «отпуск» по слогам, как будто отчитывая меня, за что – не знаю, но точно не за ложь, ведь я не солгала. И впредь не буду врать.
– Если бы я планировала вернуться сюда, я бы этого не сделала.
Ее брови сходятся так быстро, что я почти улыбаюсь.
– Значит, ты признаешь, что собиралась сбежать от нас?
– Собиралась? – Смотрю на нее в упор. – Я не собиралась, а действительно сбежала, не так ли?
Ее спина выпрямляется, глаза сужаются. Она хочет сказать что-то еще, но решает промолчать. Вместо назиданий она говорит:
– Если тебе что-то нужно, просто скажи.
Это заставляет меня снова посмотреть в ее сторону, приподняв бровь.
Мадам еще выше вздергивает подбородок.
– Если хочешь, я принесу свой айпад, и мы можем заказать все, что ты пожелаешь, – говорит она.
Усмехнувшись, качаю головой.
– Онлайн-шопинг – это не шопинг. Психологи пишут, что это результат скуки и прокрастинации.
– Тогда это должно тебе подойти. – Наши глаза снова встречаются. – Разве тебе не скучно? – спрашивает она, не дожидаясь ответа. – Разве ты не прокрастинируешь?
– В плане чего?
– В плане неизбежного.
Сердито смотрю на нее, но она перестает умничать, идет к шкафу и достает костюм, который я не выбирала, но не могу сказать, что он ужасен.
Шелковистые широкие белые брюки и фиолетовое боди без рукавов, которое классно сочетается с парой фиолетовых лодочек.
Мадам хмурится в мою сторону, позволяя наряду повисеть на кончиках пальцев на мгновение дольше, чем необходимо, прежде чем положить одежду на кровать.
– Мистер Фикиле ждет тебя за столом ровно в восемь.
– А мистер Фикиле точно планирует быть дома к этому времени?
Ее рот дергается, но она разворачивается и уходит.
Щелкнув пальцами в воздухе, я начинаю собираться, потому что, черт возьми, что мне еще делать?
Мадам возвращается без пяти восемь и снова смотрит на мои ноги – я проигнорировала лодочки. Покачав головой, она разворачивается, и мы идем так же, как и вчера, прямо в столовую, только на этот раз Энцо здесь нет.
Проглатываю горечь, которая почему-то покрывает мой язык, и сажусь на ближайший стул, как можно дальше от того, где, как я решила, предпочитает сидеть мистер Фикиле. Едва я села, появился тот же официант, что и вчера. Его лицо закрыто банданой, но я все равно узнаю его. Он на мгновение застывает, но, увидев, где я сижу, устремляется ко мне, ставит на стол кофе и все, что к нему полагается.
– Спасибо, – говорю я ему, прежде чем он успевает уйти, но он делает вид, что я ничего не сказала, и я остаюсь одна.
Мне хочется скрестить руки на груди, как это сделал бы строптивый мальчишка, но насыщенный аромат колумбийского эспрессо слишком притягателен. Если ничто другое в этом месте не доставляет мне удовольствия, что ж, я буду наслаждаться своим любимым напитком.
Выдавливаю в чашку тонну взбитых сливок и щедро добавляю свежеприготовленную карамель. Подношу чашку ко рту, сливки мягко касаются моей верхней губы, и тут я слышу смех.
Женский смех.
Мой позвоночник выпрямляется, и я замираю. Конечно, он не…
Дверь открывается, Энцо придерживает створку рукой, и вчерашняя великолепная брюнетка вплывает в столовую. Вся расфуфыренная, волосы завиты и красиво подколоты, каблуки высокие, юбка короткая. Энцо, однако, в том же костюме, что и вчера, ничего нового, только помят немного.
Красотка идет к столу, а Энцо задерживается в дверях, устремив взгляд на меня. Надо бы быть порасторопнее: тяжелая дверь из красного дерева целует его мягкое место и тут же отскакивает, потому что место вовсе не мягкое, а вполне себе накачанное, как будто сделанное из твердого дерева. Карие глаза истекают пламенем, но лицо при этом остается впечатляюще пустым.
Я снова поднимаю чашку и делаю глоток, прежде чем слизнуть языком сливки, которыми, я знаю, испачканы мои губы. Выглядит вызывающе, но стоит того. Челюсть Энцо дергается. Это единственный прорыв брони, который я замечаю, прежде чем отвожу взгляд.
– Мисс Ревено.
Ого, красотка ищет моего внимания.
Из злости я заставляю ее ждать целых четыре секунды и только потом поворачиваюсь. Когда наши взгляды встречаются, она вдруг решает, что ей нужно поправить юбку. Жалкая попытка! Она и не знает, что