История ЧВК «Вагнер» – это, пожалуй, уникальный прецедент, который позволяет говорить о том, как влияет на судьбу мира воля и инициатива человека, сливающаяся в унисон с другими инициативами и устремлениями людей. Это даже не проблема «роли личности в истории», которой я занимаюсь уже двенадцать лет кряду в разных отраслях своей деятельности, и даже не специфика так называемой «микроистории» (это изучение частных явлений с целью выявления господствующих тенденций). Феномен «Оркестра» высвечивает сразу несколько вопросов военного, политического, философского и даже религиозного характера, которые в целом можно свести к одному:
– Как подойти к проблеме, которую нельзя решить старыми методами и в лоб – с другим видением и другим углом зрения?
Именно эту специфическую особенность отметил президент Белоруссии Александр Лукашенко, принимая к себе специалистов ЧВК «Вагнер». На протяжении всех лет существования подразделения особенность штурмовиков «Вагнера» – это действовать не по шаблону, каждый раз в неожиданном ракурсе и в новом свете, но с учетом прошлого и современного военного опыта. Там, где нельзя решить проблему традиционным способом, собираются мнения и мысли по вопросу, после чего применяется наиболее эффективное решение. И там, где простое, быстрое и универсальное решение не работает, тебе необходимо проявить инициативу и решиться на нестандартный путь.
Все будут говорить, что действия «Вагнера» – это авантюра, что такого не может быть. Но они берут – и делают. И этот военный креатив у «музыкантов» был с самых первых дней своего существования и оставался у каждого, кто прошел школу жизни ЧВК «Вагнер».
В результате уже сейчас феномен ЧВК и в первую очередь группы «Вагнер» служит отличным способом для философского описания сложных, нестандартных и комплексных вариантов решений, помноженных на решимость и инициативность человека. Находясь вне радаров официальных структур, государственных конструкций и типичных общественных связей, при этом учитывая наиболее ценные практики своего ремесла, люди могут действовать по своему усмотрению, добиваясь в определенных областях большей эффективности. Современные военные действия как раз предполагают гибкость, обтекаемость и децентрализацию, иную структуру взаимодействия внутри подразделений.
Еще одним способом внедрения практики ЧВК в нашу жизнь стал несколько раз упомянутый на страницах этой книги «Кодекс „Вагнера“» – 14 правил самого известного российского добровольческого подразделения. Простой и понятный свод моральных установок о том, как вести себя «на войне и в мирной жизни», уже давно стал своеобразным кодексом чести современного русского воинства – не важно, меч ли в руках у воина или живое русское слово. Совершенно неожиданно в рамках частного воинского подразделения был создан конструкт русской национальной идеи – современной, но при этом отражающей традиционные морально-этические установки.
В то время как на Западе превалирует идея размывания стойких моральных границ и их трансформация, в том числе в концепции «сетевых войн», Россия сумела предоставить действительно эффективный пример современного другого видения противостояния – частную инициативу, помноженную на устремления тысяч добровольцев.
* * *
Пожалуй, самый главный вывод, который я вынес для себя из истории ЧВК «Вагнер» и ее успешных военных кампаний – это ценность каждого отдельно взятого человека и его опыта. Приходя в состав «Оркестра», человек получал возможность приобщиться к настоящему боевому братству, и не случайно люди, общавшиеся с бойцами группы «Вагнер», отзывались о них как о членах своеобразного рыцарского ордена. Вместе с тем каждый доброволец приносил свой уникальный боевой опыт в сложившуюся структуру ЧВК, свое видение по той или иной проблеме на поле боя, которую необходимо решать. У каждого штурмовика была возможность проявить себя в экстремальных условиях, в которых вопрос жизни и смерти стоял как никогда остро. И тем, кто выстоял под огнем неприятеля, применил свои навыки и умения, нашел нестандартный подход, Компания давала возможность подниматься дальше по внутренней карьерной лестнице, вплоть до статуса командира штурмового отряда.
Отсутствие воинских званий и прочей бюрократической волокиты давало возможность всем – от обычного человека до ветерана горячих точек – получить работу на благо Отечества. В этом смысле ЧВК «Вагнер» образца 2014–2023 годов представляла собой полноценную воинскую корпорацию, которая выполняет сложные военные задачи и персонифицирует собой интересы государства Российского.
Благодаря своей гибкой структуре и отсутствию дополнительных бюрократических барьеров бойцы и командиры «Оркестра» способны были решать достаточно тяжелые тактические задачи, при этом эффективно и оперативно реагируя на меняющуюся картину поля боя. Такой опыт не исчезает бесследно.
Сразу же отброшу главный аргумент противников идеи ЧВК – сравнение бойцов «Оркестра» с гильдиями наемников конца Средневековья и начала Нового времени. Я уже много раз говорил и в личных, и в общественных дискуссиях, что определение «наемника» к «музыкантам» не подходит – личного мнения самих участников процесса я в данном случае сомнению не подвергаю, это все-таки их право, если они сами себя так идентифицируют. Но все-таки, если судить «с точки зрения Вечности», это определение неправомерно и уж тем более не может служить для негативных отзывов о деятельности ЧВК.
Дело в том, что, если судить по историческим оценкам, негативное описание наемника появляется в истории Нового времени как противопоставление рыцарскому делу. В тот момент, когда из структуры и философии воинского сословия Европы исчезает понятие «рыцарская честь», которая уступает место «личной» чести и доблести. В этих условиях, особенно с изменившимся арсеналом и логикой ведения боевых действий, в Западной Европе появляются люди, готовые вести военные действия за деньги. Более того, феодальной власти было выгодно нанимать таких людей, поскольку они будут оставаться в войске столько, сколько понадобится, а не на 40 дней обязательного рыцарского служения в рамках «карантена».
В результате появляются первые профессиональные гильдии наемников – итальянские, английские, немецкие и, конечно же, швейцарские. Во многом не скованные законами чести и военного времени, они часто действовали из собственной логики наживы. Исключением являлись воинские корпорации, которые также переходили на частные рельсы, но при этом выполняли задачи в интересах своего Отечества – и тут как минимум стоит вспомнить и гордых сынов Испании, и наших великих воинов всех времен.
На этом фоне история ЧВК «Вагнер» радикально отличается и от классических наемнических гильдий, и тем более от современных ЧВК западного образца. Потому что, несмотря на частный характер подразделения, оно было и остается плоть от плоти российской армии с ее уставом, традициями воинской службы, верностью Родине и ее интересам, а также с тысячелетней историей. Тем более что жизнь и судьба государства Российского полнится такими историями, когда на стыке частной инициативы и государственного интереса рождается настоящая воинская сила. Впоследствии такую