Индус поспешно перевел тему.
— А кто может лучше спрятать беглеца без семьи и цели? Дороги есть везде, Джасвиндер.
— А как же месть? Ну типа, биться до последнего?
— Я устал, и от войны, и от мести. И от вечного бегства. Те, кого я считал своими врагами, перестали жить. А мстить целому народу? Ради чего? Я коротал свой век в скромной квартире и был доволен жизнью, даже жениться подумывал, в шестнадцатый раз, между прочим. Пока на мой порог не завился один из тех, кого я когда-то не посчитал врагом в силу его молодости и слабости.
— А… А я тут каким боком?
— Без тебя бы князь даже не доехал до поместья. Вы выживали там, где не должны были выжить. И все благодаря тебе. Тебе и твоей удаче. И сегодня я предлагаю тебе получить ее дары снова. Поклянись, что отойдешь в сторону, поклянись, что не придешь Владимиру на помощь, не будешь сидеть водителем в его машине, не встанешь с ним плечом к плечу. Поклянись, что не пойдешь умирать на чужую войну. Поклянись и будешь жить. Твоя удача велика, но она кончится сегодня тут.
— И из города надо уехать?
— Необязательно. Клятвы достаточно.
— Не сходится. Ерунда какая-то. А почему тебе меня не шлепнуть просто так? И никакой неопределенности.
— Не хочу отмываться от проклятья. А оно несомненно будет. Я несколько раз наблюдал подобные истории. Нет наказания горше чем за кровь поцелованного миром.
— Да с чего вы взяли, что я святой? Типа мало людей удачливых? Зайди в любой казино, есть ведь счастливчики. Их вполне себе убивают, целая индустрия, правда не у нас, а в Вегасе.
— Когда бог, не тот, которым молятся люди, и кто являет чудеса, а тот, который населил мир богами и людьми, хочет выделить человека, своей волей, он посылает ему удачу. Святые не идут путами, начертанными судьбой, они идут своей дорогой, которая судьбе по нраву. Потому я так щедр. Дай клятву, Джасвиндер, и ты будешь жить. Нет — умрешь без страданий. Мгновенно. Твой выбор?
— А… А если я нарушу клятву, что будет?
— Твоя удача отвернется от тебя. И твоя помощь князю будет ничтожной. Ты умрешь вместе с ним. И проклятие на меня не падет.
— Надо документ подписать какой?
— Поклянись своим именем, своей судьбой и своей сутью.
— Хорошо, я клянусь свои именем своей судьбой и своей сутью что не буду помогать князю Володу.
Воцарилась тишина. Зирт разглядывал Джасвиндера, теперь в его взгляде появилось презрение.
— А дальше что?
— Дальше я уйду. Если мы встретимся еще раз — ты умрешь. Прощай, Джасвиндер.
Дальше Виртуоз просто исчез. Исчезли тени, исчезли цепи, что сковывали Ишарру. От чего так рухнула на пол. Джа схватил телефон и стал набирать номер Волода.
— Переиграл Зирт меня… И эти слуги Гекаты.
Князь печально взирал на чашку кофе в своих руках. К напитку он не притронулся.
— И что, совсем хана тебе? Ложись и помирай? Может ты его ушатаешь?
— Может и ушатаю, а может и он меня. Сила на силу, опыт на опыт. У меня есть пару козырей в рукаве, и верные люди, но… Демонопоклонники обратились к городским властям. Пришло письмо от муниципалитета. Нам дали официальное разрешение на битву. Назначили день и час, допустимый тонаж тяжёлой техники, максимальную совокупную мощность взрывчатки. Прислали квитанцию для залога на случай разрушения города…
— Ты не рад? Ты же типа этого и хотел? Ну как тогда, на арене.
— Есть большая разница, Джа, между пойти подраться, удаль показать и уничтожить врага в схватке на смерть. Эти твари на своей земле, у них больше ресурсов, и они нас ждут.
— Слушай, а чего не пойти в полицию? Там же десятки тысяч душ взывают об отмщении. Они ведь и сейчас людей убивают.
— Нью-Йорк самый лучший город на земле! — голос Волода сочился сарказмом. — Он льет кровь как водицу. Ты знаешь, что тут число насильственных преступлений с применением огнестрела в полтора раза больше, чем в той же Москве ДТП? Охотники на людей тут не живут по правилам, они их пишут.
— Я думал тебе тут понравилось…
Джасвиндер выглядел все более расстроенным.
— Не путай туризм с эмиграцией.
— Мне всегда казалось, что война — это такой тип туризма для взрослых мальчиков.
Князь рассмеялся, впрочем, без особого веселья.
— Неужели ничего нельзя сделать? Ну там, людей позвать, наёмников. И погоди, там же этот есть, немец, он ведь виртуоз. Значит надо силы уравновесить. Разве вам нельзя своего виртуоза найти?
— Нам разрешили взять полк штурмовых роботов. Ты может помнишь, мы с тобой одного такого ушатали при знакомстве.
— Круто!
— Увы… Везде есть нюансы. Наш шанс не велики, а после того, как тебя вывели из игры…
— Погоди, то есть ты всерьез в это веришь? В то что я святой?
— Да. И не только я. Зирт сделал на это ставку. Он воспринимает это серьез.
— Но это же херня! Полня херня!
Джа вскочил со стула. От чего тот рухнул на пол. Люди в кафе стали оглядываться.
— Типа не важно, сколько у тебя роботов с ракетами, важно, с кем припрется Джасвиндер, который даже стрелять не умеет! Ну ты себя слышишь? Ладно, допустим, ты веришь в эту ебанину, тогда садись на свою подводную лодку и вали обратно в Россию. С чего ради тебе умирать?
— Я дал зарок и слово. Нет у меня вариантов. Представь, что ты умираешь. Жить тебе осталось, допустим, неделю. И у тебя есть шанс, реальный шанс, допустим, получить, сто лет жизни. Ты в него не вцепишься?
— Ты не похож на умирающего, у тебя куча денег, большая семья, ты блин целый Князь!
— Ты не понимаешь…
— Да не понимаю. Вы, аристократы, не от мира сего, вы все еб…
Волод хлопнул ладонью по столу, от чего из Джа словно выпустили воздух, он поднял стул и рухнул на него.
— А что, правда бы поехал со мной на войну? — Волод лукаво улыбнулся.
— Аааай… не знаю! Меня там наверняка убьют. Даже думать не хочу…
— Не менжуйся. Я бы и не позвал.
Волод был серьезен. Джасвиндер осекся, а потом