– Конечно, в глазах всего народа я та, от кого отвернулись Духи, я прокажённая…
– Хочу, чтобы ты знала, что я так не считаю.
– Спасибо.
Чувствую, как рука Айдара лежит уже совсем близко с моей. Кажется, я слышу, как стучит моё сердце.
– И… – пытаюсь продолжить разговор я. – Что там было?
– Где?
– На севере, в Бурабае, где ты обучался.
Кажется, слышу, как он напряжённо сглатывает.
– Сначала все очень удивлялись. Потом плевались, мол, я мужчина и никогда не стану настоящим баксы, потому что не имею связи с природой как женщины.
Я хихикнула.
– Потом учился. Изучал управление воздушными потоками.
– Как интересно.
– Но я ни на секунду не забывал о тебе.
Этот тон в его голосе… Ощущаю, как Айдар сначала мягко касается моей кисти, а потом переплетает наши пальцы и немного сжимает их. Я вообще не понимаю, как себя вести. Я не смотрю на него, но моё дыхание сбивается, а сердце колотится пуще прежнего.
– Ерлик тебя побери, Инжу. Ты ледяная.
Я действительно уже очень замёрзла и волновалась. Айдар всё же высвобождает руку, идёт к моему спальному месту и возвращается с шубой, которую накидывает мне на плечи, когда я сажусь. Я с наслаждением хватаюсь за полы шубы и запахиваю её так сильно, будто собираюсь превратиться в кокон – сейчас быстро согреюсь. Шумно выдыхаю не то от холода, не то от благодарности за то, что Тенгри избавил меня от неловкого момента. Не знаю, готова ли я сейчас говорить об этом.
– Холод, Инжу и шуба. Как тогда, – улыбается Айдар.
– Когда ты украл мою магию?
– Эй!
Я заливаюсь смехом. Конечно, я шучу. И Айдар это знает.
– Я скучал по твоему смеху, – вдруг говорит он, и я вижу его посерьёзневшее лицо. – И по тебе.
– А я по тебе.
Это правда. Что бы ни было между нами, я рада, что он сейчас со мной. Долгий путь и куча времени, чтобы узнать друг друга лучше. К тому же, путешествовать с баксы уже не так страшно.
– Иди спать. Смена уже через полтора часа.
– Эй, куда делись полчаса? Я думала, твоя начнётся только сейчас!
– Пока ты болтаешь, луна движется, – подмигивает Айдар.
Я насупиваюсь и сжимаю кулаки от негодования, но всё же соглашаюсь, что нужно уже лечь. Ерлик меня за язык тянул предложить дежурство…
Глава 5. Кровь и медь
Обычно до заката мы успевали найти место для ночлега, но сегодня туман опережает нас.
Лошади шагают медленно и осторожно, а белая молочная пелена окружает всё плотнее. Не видно ничего впереди, даже неба.
– Может, остановимся прямо тут? – волнуюсь я.
– Не волнуйся, мне приходилось идти по туману, – отмахивается Айдар. – К тому же, лошади могут идти прямо десятки вёрст с закрытыми глазами.
Я киваю, но замечаю, как они беспокойно прядают ушами.
Не знаю, сколько мы идём так, час или несколько минут. Чувствую себя неуютно от того, что не вижу звёзд. Хочется остановиться, укрыться шубой и обнять Сабаза в ожидании рассеивания тумана. Но Айдар упрямо ведёт нас дальше.
– Смотри! – вдруг нарушает тишину его голос.
Мне тревожно, что он крикнул слишком громко, не хочется, чтобы кто-то нас услышал. Но кто?
Я пытаюсь разглядеть, что же он увидел там, впереди, и различаю еле мерцающий свет, будто от огня.
– Аул. Или такие же путешественники, как мы, – перебирает варианты Айдар.
Или кто-то ещё.
Я снова доверяюсь Айдару и следую за ним. Но не будь я верхом, точно бы встала как вкопанная.
Огонёк в тумане то появляется, то пропадает. Но мы идём. Лошади фыркают.
– Спокойно, девочка, – Айдар подбадривающе хлопает Акку по шее.
Сабаз не так сильно проявляет беспокойство, но я вжимаю голову в плечи и держу поводья похолодевшими пальцами.
Наконец туман будто рассеивается перед нами, открывая взору белоснежную юрту. Её двери открыты, оттуда и льётся такой манящий и родной свет от огня.
– Хвала Тенгри, – улыбается Айдар. – Я же говорил. Попросимся переночевать.
Он спрыгивает на землю, берёт Акку под уздцы и ведёт её ближе к юрте. Я делаю то же самое и следую позади. Достаю из сумки кожаные перчатки, надеваю их, а потом повязываю на шею лоскут ткани: нужно спрятать змеиную кожу, чтобы не пугать людей. В проёме мелькают тени, и вдруг возникает тёмный силуэт.
– Армысыз? – спрашивает мелодичный женский голос.
– Бармысыз 28, – отзывается Айдар.
– Что привело вас, путники?
Мы подходим ближе.
– Мы идём на юго-восток, туман застиг нас в пути. Можно ли переночевать у вас? Как только взойдёт солнце, мы уйдём.
Из дверей выходит девушка, освещая Айдара передо мной светом от пламенника. Я немного выглядываю из-за его спины. Девушка улыбается.
– Оставайтесь, на сколько хотите, – будто пропевает она.
– Благодарим, хозяйка. – Айдар кланяется ей.
– Лошадей можете оставить тут.
Она указывает рукой с пламенником в сторону от себя, освещая коновязь возле юрты. Айдар тянет Акку к столбу, и теперь и мы с Сабазом открываемся взору незнакомки. Я замечаю, как пристально она смотрит на меня, улыбаясь. Она очень красива. Подбородок немного заострённый, большие светлые глаза. Две толстых, тугих чёрных косы спускается по грудям до бёдер. Я не узнаю белую одежду под шубой на плечах: не то платье, не то рубаха с запахом. Но рукава такие длинные и широкие, что закрывают кисти рук девушки. И украшения – так много украшений: шашбау на косах, крупные серьги, отражающие свет от пламени, тяжёлое ожерелье из пластин, пояс, украшенный камнями и узорами. Наверняка и на руках у девушки были браслеты и кольца.
– Жаным 29, чего же ты стоишь?
Я понимаю, что она обращается ко мне, и начинаю бегать глазами вокруг, не отпуская поводья Сабаза. Она всё продолжает смотреть, будто даже не моргая.
– Давай, Инжу, я помогу. – Айдар перехватывает поводья из моих рук.
– Инжу-у, – снова поёт девушка. – У меня много украшений с жемчугом 30 из разных уголков мира. Хочешь взглянуть?
Она не двигается, а ждёт, чтоб я пошла сама. Айдар ведёт себя спокойно. Даже лошади угомонились. Наверное, я слишком волнуюсь. Но не принимать гостеприимство хозяев невежливо. Так можно и гнев духов на себя навлечь.
– Да, с радостью, – отвечаю я и заставляю лицо улыбнуться, хотя сердце неспокойно колотится.
Наконец лошади привязаны, а мы с Айдаром заходим внутрь вслед за девушкой. Она ловко убирает пламенник, закрывает за нами двери и складывает руки перед собой, пряча кисти в рукавах странного одеяния. И не перестаёт улыбаться. Теперь я могу точно сказать, что все её украшения сделаны из золота. Я не могу понять, из какого она ру: мы всё ещё находимся на территории Лебедей, но Лебеди предпочитают серебро.
– А где же хозяин доброго дома? – спрашивает Айдар, потому что внутри больше никого нет.
– Он в отъезде, – отвечает она. – А вы пока можете отведать ужин.
Девушка кивком указывает в сторону, на стол. Могу поклясться, что его там не было, когда мы вошли. На нём нет свободного места: баурса́ки 31, мясо, яблоки, какие-то ещё неведомые мне фрукты и сладости… Кем является муж этой девушки? Или же отец?
Я уже несколько дней не ела горячей пищи, но отчего-то мой аппетит не просыпается при виде такого богатого стола.
– Спасибо, хозяйка. Я с радостью, – улыбается Айдар и плюхается на подушки, скрестив ноги перед собой. Он тут же хватает одной рукой баранью ногу, другой – лепёшку.
– А ты, Инжу? – девушка снова пристально смотрит на меня.
– Я… не голодна, спасибо, – киваю я и начинаю осматривать убранство юрты.
Чисто, светло и просторно. Светлые ковры с узорами и орнаментами на стенах создают впечатление, что они их явно делали где-то не в наших краях. Айдар утопает в подушках из богатых тканей. Очень много места занимают украшенные сундуки разных размеров. Их здесь около десяти, может, больше.
– Тут часть моих