А потом Ленька взял Ритку за руку, и я не выдержал – послал его домой. Хорошо хоть, что домой, мог ведь и подальше.
Он исчез.
Ритка смотрела по сторонам, не понимая, куда Ленька делся. Вот тут-то я к ней и подошел.
– Тёма? – растерялась она.
– О, так ты с родителями здесь гуляешь. Как совпало, да?
– Тём, это не то, о чем ты подумал.
– А о чем я мог подумать?
– Ленька, он…
– Какой Ленька? – Я сделал вид, что не понимаю.
– Ну, этот… – Ритка нервно повторила мой жест: коснулась головы в нескольких местах, намекая на перхоть.
– А мне говорила, над таким не шутят, – вспомнил я. – Да и над своим парнем так шутить некрасиво.
– Никакой он мне не парень! Мы просто…
– Обнимаемся и держимся за руки, да?
– Я просто…
– Влюбилась в него, он такой милый и добрый, да?
Ритка решительно подошла ко мне.
– Ты дашь мне закончить или нет?! Мы не встречаемся. Я ему нравлюсь, он мне – нет. Сегодня я собиралась ему об этом сказать.
– А мне зачем соврала?
– А как ты себе это представляешь? «Тём, прости, сегодня мы не пойдем на свидание, потому что мне надо сказать одному парню, что у нас с ним ничего не выйдет» – так, что ли?
Я улыбнулся.
– На свидание?
– Что «на свидание»? – нахмурилась она.
– Ты сказала, мы не пойдем на свидание. То есть у нас сегодня должно было быть…
– Не цепляйся к словам. – Ритка сложила руки на груди и отвернулась. – Сказала и сказала.
– А где Ленька сейчас? Куда делся?
– Мне показалось, он исчез, но почему-то хочется сказать, что Ленька ушел домой. Странно, да? Прям как в тот день, когда я сказала, что ты со всеми ссоришься. – Ритка покосилась на меня. – Тём, а ты видел, как он исчез?
Я кивнул.
– Хочешь, поделюсь секретом?
Ритка долго смеялась. Дар посылать живых существ ей казался забавным. Она уговорила меня продемонстрировать силу. Поначалу я неохотно перемещал комаров-долгоножек в пруду и отправлял на головы женщинам жуков, а потом вошел во вкус и приступил к опытам на людях.
– Пошел ты к ларьку с мороженым, – говорил я мужчине.
– Пошла ты на батут, – приказывал женщине.
– Пошли вы за кусты, – отправлял мальчиков, которые задирали девочек.
Мы с Риткой хохотали, воровали мороженое и сахарную вату, катались бесплатно в автодроме и прыгали на батуте. Мы могли получить что угодно. Достаточно было отправить продавщиц в другой конец парка, и билеты, любые вкусности и игрушки – наши.
Мы проторчали в парке до темноты, а потом вернулись во двор и заняли качели. Было прохладно и безветренно. В траве стрекотали сверчки, на небе холодно мерцали звезды.
– Круто повеселились, – сказала Ритка. – Твоя способность – нечто.
– Только ей не повезло с хозяином.
– Чего это не повезло? Повезло! Вот если бы она досталась Вовчику…
– Ты, кстати, нравишься ему.
– Знаю. – Ритка зашаркала кедами по земле. – Он мне как-то признался, а еще сказал, я тебе напоминаю Кровавую Мэри. Потому что я такая же бледная и страшная.
– И ты поверила?
Ритка пожала плечами.
– А зачем ему на тебя наговаривать?
– Затем что это Вовчик. – Я бы легко назвал сотню причин. – Он думает, ты станешь его девушкой. У него на тебя большие планы.
– А при чем здесь ты? – Она улыбнулась так, будто уже догадалась. – О, твой папа идет!
Я проследил за ее взглядом. Папа приближался к нам, решительно размахивая руками. Должно быть, он искал меня. Я ведь даже не обедал дома, они с мамой наверняка волновались.
– Ты домой? – спросила Ритка.
Я хотел посидеть с ней на качели еще хотя бы полчаса. Когда она была рядом, я забывал о том, куда послал ребят.
– Нет. Подожди, я сейчас. – Я побежал навстречу папе. Не при Ритке же отпрашиваться.
Он даже не захотел меня слушать.
– Живо домой!
– Пап, давай через полчаса, мне нужно…
– Ты знаешь, который час? Знаешь, как мама волнуется? Ты даже на обед не пришел. Забыл наши правила? Обедаешь дома, гуляешь до темноты.
– Но, пап, я…
– Живо домой! – Папа схватил меня за руку. – Скажи девочке, что уходишь.
– Пап, пожалуйста…
– Скажи девочке, что уходишь!
Я посмотрел на Ритку – она ждала меня на качелях – и сделал то, что должен.
– Пап, пошел ты домой.
Он удивленно поднял брови и исчез.
– Обалдеть, ты послал своего отца! – не поверила Ритка. – И он ведь не обидится, да? Твоя сила заставит его тебе подыграть. Знаешь, я бы вот тоже так иногда своих родителей посылала. Начинают ссориться – сразу отправляю в разные места.
– Тут главное – не заиграться, – сказал я.
Ритка кивнула.
Некоторое время мы молчали, папа будто что-то сломал в нашем общении. Только что это были безупречно работающие часы, но теперь они встали.
– Слушай, Тём, в тот день, когда я сказала, что ты со всеми ссоришься, ты ведь кого-то послал, да?
В груди кольнуло. Все-таки Ритка была слишком умной.
– Я… я тогда еще не знал, что умею посылать, и…
Слова полились потоком. Я рассказал ей о том, как послал ребят в жопу, рассказал, о чем думаю, что чувствую, все.
Ритка долго молчала; кеды больше не шаркали по земле. Я ждал, когда Ритка заговорит, и боялся того, что она скажет.
– А ты уверен, что не можешь их вернуть?
Простой вопрос. Могло быть хуже.
– Когда они исчезли, я стоял и повторял: «Вернитесь из жопы», но ничего не произошло. Это не работает.
– А ты пробовал… посылать себя?
Я нахмурился.
– Типа пошел я вон к тому тополю?
– Да, возможно…
В следующее мгновение я оказался возле тополя, в двадцати метрах от качелей. По спине пробежали мурашки. Неужели получилось?
– Сработало! – обрадовалась Ритка.
– Пошел я обратно на качели!
Секунда-другая, и я снова рядом с ней.
– Офигеть! Получается, я тоже могу перемещаться.
– И можешь всех вернуть, – сказала Ритка.
– Из жопы?
– Вряд ли Вовчик с остальными поместились бы в настоящей жопе. Эта жопа может быть, ну, не буквально жопой.
Я стиснул кулаки. Куда бы я ребят ни послал, надо попробовать их вернуть, исправить ошибку.
– Рит, если вдруг… – Поджал губы. – Просто знай, что…
Сложно было подобрать слова, я боялся передумать, а потому наклонился к ней и поцеловал в щеку. Глаза у Ритки заблестели.
– Пошел я в жопу!
Место, в котором я оказался, отдаленно напоминало наш двор. Только в домах не было окон; по асфальту тут и