— Уволился, — сказала она хрипло. — По собственному желанию.
Потом осела на пол и закрыла лицо руками.
Пожалуй, пора сваливать. Обратно через наш нарнийский проход, который, хотелось надеяться, ещё не захлопнулся.
— Я это не сняла, Тони, — сказала Арина ровным голосом. — Так нельзя. Нам нужны доказательства. У них же должны быть телефоны, так?
Она перевела взгляд с меня на секретаршу. А я посмотрел на стол. Папки. Чай. Селектор. Три аппарата с круглыми хреновинами для набора. Табличка с «титулом». Как-то сомневаюсь я, что у них тут могут быть мобильные телефоны.
Анюта подняла лицо из ладоней. Посмотрела на Арину. Тяжело сглотнула. А когда начала говорить, в приёмной заскрипела дверь. Затопали ноги.
— Якуб Дмитриевич! Мы рядом! — рявкнул суровый мужской бас. — Держитесь!
Три астральных тела. Тёплые пятна за деревянной створкой. Разумные. Живые. Вооружённые.
Я потянулся гарпунами. Изначально хотел подцепить. Вырубить. Выключить, как свет.
Но перед глазами мелькнул образ плачущей эльфийки на коленях. Старые синяки на плече. Звуки из-за стола.
Внутри плеснула злость. Даргская. Чистая. Без морали. С предсказуемым результатом.
Крики за дверью оборвались мгновенно. Одновременно Арина вскинула автомат и дала очередь через дверь.
— Уже готовы! — обозначил я ситуацию. — Спеклись!
Я не планировал их убивать. Что-то щёлкнуло внутри, и руки сделали работу раньше, чем голова успела возразить. Бывает. Особенно когда какое-то время стоишь в шкафу, слушая, как работает система. Покажи любому человеку изнанку бюрократической системы, какой она является на самом деле и любой лоялист превратится в отчаянного противника. Красивый фасад строят и полируют специалисты, которым за это платят приличные деньги. Внутри всё иначе. Грязь, кровь, цинизм, нулевая мораль.
Арина двинулась к двери. Распахнула ударом ноги.
Приёмная. Один охранник лежал на боку и дёргался — её пули нашли цель, пройдя через дерево. Двое стояли. Плечи подрагивали, глаза стеклянные. Руки держали оружие, но угрозы они уже не представляли.
Именно так выглядят люди, у которых выдрали изнутри самое главное, оставив лишь оболочку.
Арина убрала автомат за спину. Спокойным движением достала из кобуры на бедре пистолет. Шаг вперёд. Второй.
Первому — в голову. Второму — туда же. Третьему, который дёргался — в переносицу. В упор. Методично.
Три хлопка. Тихие, деловые. Как печати на документах.
Я на секунду завис. Потом вспомнил Багдад. Тот ночной разговор. Её слова. Больше вопросов не осталось.
— Всё, — констатировала она, убирая оружие. — Ублюдки мертвы.
Сзади скрипнуло. Гоша высунулся из шкафа, в который нырнул секунду назад.
— Шеф! Там жопа! — сообщил он, вытаращив глаза. — Какая-то хрень летает! Искры, вихри! Рано туда соваться. Расщепит к хренам. На атомы.
— На атомы? — переспросил я. — Ты когда таким умным стал?
Гоша посмотрел на меня с изрядной обидой в глазах.
— Шеф, ну ты чё? Я ж культурный гоблин, — прошипел он. — В основном.
Я удивлённо хмыкнул. А воздух дрогнул от бешеного рёва сирен.
Аня взвизгнула. Рванула в сторону, забиваясь в угол. Сползла на пол, трясущимися руками застёгивая рубашку.
— Нас убьют… Код «красный»! — в голосе плескалась паника. — Мы все умрём!
Я метнулся к окну. Оттолкнул кресло Якуба, что загораживало путь. Выглянул наружу.
На фоне свинцовых туч к нам приближались точки. Дроны. Уродливые, кособокие конструкции с четырьмя пропеллерами, похожие на летающие бочки из ржавого железа. Летели медленно и с низким гулом. Я бы от души посмеялся, если бы не пулемёты, приваренные к днищам.
Снял со спины штурмовой комплекс. Упёр приклад в плечо.
Первый дрон дёрнулся и пошёл вниз, как пьяный голубь. Второй разлетелся на куски прямо в воздухе. Третий задымил и рухнул штопором, осыпая двор обломками.
В коридоре снова послышался топот. Новая волна.
— Контакт! — крикнула Арина, занимая позицию у двери.
Зазвучали выстрелы. Арина ответила короткой очередью. Я, не отрываясь от окна, ударил гарпунами. Рванул. В коридоре вскрикнули и замолкли. Арина отбила несколько одиночных, похоже добивая врагов. А я накрыл четвёртый дрон.
Гоша вылетел из шкафа, где снова проверял проход. Не останавливаясь, запрыгнул в кресло, которое как раз вернулось к столу. Полы длинной алой шинели повисли в воздухе.
Ушастик уже потянулся к ящикам, собираясь открыть ещё один. Но тут его взгляд упал на телефоны.
Коротышка тут же схватил трубку красного аппарата. Наугад крутанул диск.
Ему ответили почти сразу.
— Алло, звезданутые! — заорал Гоша. — Эт «Босфор-Один»! Код «Пьяный бомж»! Хреначьте всех! Немедленно!
Тишина. Потом кто-то что-то спросил. По тому, как Гоша побагровел, вопрос был про полномочия.
— В смысле, кто говорит⁈ — взъярился гоблин. — Это генерал Гош-скош! Командующий особым ударным батальоном «Бешеные Косули»! Вы чё там, ваще попутали⁈ Немедленно япнуть всех, кого надо япнуть! Крематорить! Это приказ!
Из трубки донеслось что-то невнятное. Судя по тону — возражение.
— Мне плевать на протокол! — орал Гоша, колотя кулаком по столу. — Выполнять! Или я всех ракетой на Марс отправлю! Будете там камни жрать без скафандров! Всю родню до пятого колена!
Снова пауза. Длиннее.
— Что значит «нет ракеты на Марс»⁈ — Гоша вытаращил глаза так, что они чуть не выпали из орбит. — Вы плохо информированы, товарищ! Ракета уже построена! Секретно! Лично курировал! Уровень допуска у тебя какой? Нулевой? Вот и молчи!
Из трубки потребовали код. Я слышал обрывки: «…авторизация… код доступа…»
— Нет времени на коды! — рявкнул Гоша. — Выполнять! Промедление карается расстрелом на месте и посмертным лишением премии!
Щелчок. Гудки. Гоша посмотрел на трубку. Положил на место. Аккуратно. Знаете, он бы тут пожалуй вписался. Если бы сразу не убили.
— Шеф, ну с этими может и не получилось, — сказал он деловито. — Но щас точно срастётся. Мы им тут учиним бунт, япь…
Схватил другую трубку. Чёрный аппарат. Приложил к уху. Крутанул диск. Ничего.
— Обрубили, — констатировал он, разочарованным голосом. — Оперативно сработали, сукины дети.
Из-за соседнего здания медленно поднялся ещё один дрон, который я тут же приземлил короткой очередью. После чего посмотрел вниз.
Двадцать с лишним этажей. Внутренний двор. Тело Якуба, вокруг которого суетятся фигурки.
К зданию подъезжали машины со спецсигналами. Вон выкатили грузовики, и из них посыпались солдаты. Сразу четыре машины. Под сотню вооружённых бойцов.
А между машинами шагали фигуры в механической броне. Огромные, угловатые, похожие на шагающие печки-буржуйки с ногами. Из спин валил чёрный дым. В руках что-то непонятное. Местные, наверное, при виде такого обделались бы от восторга. Я же видел настоящий музейный экспонат. Пусть и рабочий.
Тем не менее их было много. Нас же всего трое. Если считать эльфийку — четверо.
Движение на лестнице. Новые астральные тела. Поднимаются.