БАМ! БАМ! БАМ!!!
— Он слёг из-за тебя! — рычал я правду-матку в лицо Константину. — Не выдержал нагрузок и едва не разрушил собственный Источник!!
Это было правдой. Каналы, узлы, сам Источник Аристарха были так перенапряжены, что могли разорваться в клочья. Так что можно в какой-то мере назвать Сёму героем. Не попытайся он выпендриваться, чтобы заработать хоть часть от моего авторитета перед учениками, парень мог серьёзно пострадать.
— Лжёшь, паскуда!! — сквозь зубы цедил в ответ Белов. — Он мой сын! Он справился бы! Он должен!..
Ещё один удар пришёлся графу в солнечное сплетение. Дыхание его перехватило так, что глаза вылупились от напряжения и уставились на меня уже не с удивлением, нет. Белов глядел с проснувшимся осознанием.
Он наконец-то догадался, что далеко не хозяин положения.
— Должен, значит, — усмехнулся я, прокручивая кулак в его животе.
Затем пристально посмотрел ему в глаза, даже задержался на пару секунд, чтобы он прочувствовал момент, и чтобы скрутить магические потоки в кулаке в тугой узел.
— А если не сможет? — тихо, даже спокойно произнёс я. — Что тогда?
БАХ!!!
Магический жгут вырвался из костяшек кулака и энергетическим ударом отбросил графа прямо в барьер, затронув каналы магии внутри него.
— Гр-гха-а-а!.. — выдавил от боли Константин, распластавшись на барьере.
«Папа!!! Нет!!» — закричала Лариса.
Девушка даже попыталась вырваться из оцепления телохранителей, но те не позволили это сделать.
«Доченька, остановись! — с содроганием в голосе, но держась нарочито уверенно воскликнула Дарина Павловна. — Твоего отца так просто не сокрушить. Верь в него!»
Лариса немного успокоилась, а Константин рухнул на одно колено. Скрипя зубами, он поднялся и понемногу выравнивал дыхание.
— С чего ты взял, что он должен следовать твоему пути, а? — шагал я навстречу графу. — Не думал, что у парня может быть другой путь? Даже если цель у вас одна, между прочим.
— О чём ты говоришь… — с трудом выдохнул Белов.
Он держался гордо. И, на самом деле, очень твёрдо. Девять из десяти человек после такой трёпки уже валялись бы в беспамятстве, но Константин насильно сохранял сознание и боролся с болью. Понемногу переваривал мои магические потоки, которые пронизывали его каналы после последнего удара.
— Наконец-то готов выслушать? — улыбнулся я. — Это хорошо. Так вот, ты чуть не угробил собственного сына. Загнал его, понимаешь?
Мы снова обменялись ударами, но на этот раз слабенькими. У Белова сейчас только восстанавливались силы, и хоть сколько заметного урона он мне нанести не мог.
— Он справлялся! — не верил мне засранец. — Ставил рекорды!! — Удары графа стали посильнее от ярости. — Мой сын не слабак!! Он справится!!!
БАМ!!!
ВСПЫШКА!
А быстро он нагнал энергии, однако. Вот только рановато. Когда слабенькое сияние исчезло, я даже не притворялся, а просто продолжил мутузить его понемногу.
Надо отдать должное, Белов отвечал, и вполне неплохо. Хотя, кажется, делал он это на автомате. Я позволил ему нанести удар, даже сыграл небольшое потрясение. Но походу сам граф удивился этому сильнее, так что наш обмен ударами ненадолго прервался.
— А если нет? — снова спросил я. — Любить его перестанешь что ли?
Тут во взгляде графа снова взорвались фейерверки эмоций. Мои слова потрясли его сильнее любой боевой техники, но лишь ненадолго.
Совсем скоро потрясение превратилось в новую стадию осознания. А эта та ещё хреновина, надо сказать. Полное осознание вызвало бурю разномастных эмоций, и разобраться, чего там было больше — сожаления или злости — всегда очень непросто. А вот реакция почти всегда одинаковая, хех.
Белов резко нагнал магии и нанёс сокрушительный удар. Я ответил тем же и специально подставил свою бедную голову под кулак этого засранца.
Громкий хлопок вместе со вспышкой взрыва сотряс полигон, и мы отлетели в разные стороны с одинаковой скоростью. Я ударился о барьер, перед этим подстелив мягкий буфер магии, чтобы не плетения устояли. Отлично сыграл боль и ярость, а затем одновременно с графом рухнул на землю.
Несколько секунд тишины, пыль и гарь снова опускались на землю. Барьер полигона замерцал по моему указанию, а вскоре и вовсе исчез. Мы с Беловым поднялись на ноги и посмотрели друг на друга.
Наконец-то я увидел то, чего добивался с самого начала. Полное, спокойное осознание собственных ошибок и, что более важно, сожаление. Белов наконец-то понял, что это он виноват в состоянии Аристарха.
— Полагаю, можно засчитать ничью? — улыбнулся я.
Константин коротко кивнул. А секундой позже к нему ринулись жена и дочка, а за ними вся свита в чёрных костюмах. Но граф не позволил им слишком волноваться, а вместо этого приказал всем возвращаться в машины, чтобы отправиться домой.
Когда я подошёл к нему, Марина уже сканировала его и подлечивала. Дарина Павловна и Лариса стояли рядом, они ослушались приказа, но Константин ничего не сказал на этот счёт. Он вообще еле стоял на ногах. Мне же пришлось изображать, словно я только что выложился на полную, поэтому немного шатался из стороны в сторону.
Марина забеспокоилась, оставила графа на своих подчинённых и направилась ко мне.
— Прошу прощения, Сергей Викторович, — неожиданно для всех произнёс Константин. — Я погорячился.
— Принимаю извинения, — кивнул я в ответ.
Марина приступила к лечению, но быстро нахмурилась и бросила в меня взгляд, полный вопросов.
— И всё же я хотел бы забрать сына, — добавил граф. — Дома, как говорится, и стены помогают.
— Конечно, только прошу следовать указаниям Марины Вячеславовны, — улыбнулся я. — Аристарх сможет пересдать экзамены через две недели, тут проблем не возникнет.
Белов слегка поклонился, что вызвало немалое удивление и у Дарины Павловны, и у Ларисы. Они обе окинули меня странными взглядами, а затем повели графа к машинам.
— А сразу отдать мальчишку отцу нельзя было? — пробурчала Марина, бросив бесполезно тратить на меня магию.
Когда Беловы скрылись за оголённой рощей, я наконец перестал строить из себя измученного бойца, который был на волосок от поражения. Широко улыбнулся, потянулся и закинул руки за голову.
— Не, нельзя было, — помотал я головой.
— А сейчас, значит, можно! — снова буркнула Марина.
— Сейчас можно, — кивнул я.
— Но почему⁈ — не унималась лекарка.
— Потому что теперь он будет следовать твоим указаниям, — подмигнул я Марине. — Кстати, ты распорядись, чтобы он их получил, лады?
Я снова подмигнул Марине и пошагал прочь. Вообще-то