— Вот чёрт, это тебя реально взбодрило! — Призрак оскаливается в злобной ухмылке, надевает перчатку и поднимает свой пулемёт.
Я смотрю на свои руки, теперь свободно двигая ими. Нолан, что ты создал? Каждый сантиметр моего тела будто под током. Сознание затуманивается, и всё вокруг кажется движущимся резкими, рваными рывками.
Я хватаю свою штурмовую винтовку и вставляю в неё новый магазин.
— В порядке? — Призрак хлопает меня по спине, когда я прохожу мимо.
Я отвечаю ему хриплым ворчанием, расталкиваю дверь плечом и выхожу, наступая прямо на позвоночник мёртвого охранника. Хруст что-то выравнивает в моём мозгу и заставляет улыбнуться — эндорфины заливают меня.
В сознание прокрадывается знакомое ощущение, гораздо более сильное, чем когда-либо прежде. Я поворачиваюсь и смотрю на Призрака, в глазах темнеет, а это желание убивать скользит по зубам, словно яд.
— Не чувствовал себя лучше никогда.
Глава 38
Эмери
Охранник ведет нас к окну, выходящему на восток, и указывает на соседнее здание. Я приподнимаю бровь.
— Что?
— Мавестелли и его ближайшие сообщники там. — Он кивает на пятый этаж, где я с трудом различаю жесткую линию, соединяющую два здания.
Гейдж слегка подталкивает меня вперед, чтобы тоже увидеть.
— Да вы должно быть шутите.
Я с досадой выдыхаю. Жаловаться бесполезно — от этого ничего не изменится.
— После тебя. — Я бьюсь плечом об охранника, он кивает, вылезает в окно и, цепляясь за раму, добирается до лестницы на боковой стене.
Дэмиан стонет.
— А если он перережет трос, когда окажется на той стороне?
Я сжимаю губы, а затем оживляюсь от возникшей идеи.
— Разве у Томаса нет гранатомета? Связь должна восстановиться, когда мы поднимемся. Если он перережет трос, прикажем разнести их к чертям.
Они оба смеются, и Гейдж стучит по моему шлему.
— Какая сентиментальность по поводу кончины твоего отца, — шутит он, но от этого я только крепче сжимаю автомат. Я не хочу его убивать и не радуюсь этому. Это просто необходимость. Ему нельзя позволить продолжать в том же духе.
На руках Грега Мавестелли столько крови. Я замираю и смотрю на свои перчатки, испачканные красным. Когда думаю обо всем, кем я могла бы стать… Это никогда не было частью планов.
Мы поднимаемся по лестнице и ждем в комнате, пока охранник приносит изогнутые металлические прутья. Полагаю, мы должны использовать их, чтобы преодолеть шестиметровый промежуток.
— Черт, мне никак не удастся это сделать. Я порезал руку, когда врезался в здание при приземлении, и не смогу удержаться на таком расстоянии. Тут даже рукояток нет. — Дэмиан размахивает прутом, будто мы не видим его как на ладони.
— Тебе придется держаться, иначе ты разобьешься насмерть, — строго говорит Гейдж и кивает охраннику, чтобы тот начинал.
Мы молча наблюдаем, как тот нацепляет прут на веревку и затем бесшумно скользит через темное пространство между зданиями. Я щурюсь и различаю, как он на той стороне машет нам.
— Он справился, Гейдж, твоя очередь…
Мой голос заглушает внезапное появление Призрака в дверном проеме. Его тело залито кровью. Шлема нет, сбоку на голове — страшная рваная рана. Он пусто смотрит на нас, прежде чем пробормотать одно слово:
— Бегите.
Мы втроем застываем.
Одна секунда — Рейт стоит там, и в следующую — его жестоко сбивают с ног, кровь взлетает в воздух и брызгает на старый каменный пол.
Весь звук будто высасывается из воздуха, мои зубы стискиваются, а в костях поселяется ужас. Кэмерон склонился над Призраком, медленно поднимаясь, вытаскивая нож из бока нашего товарища по отряду.
Голова Кэмерона резко поворачивается в нашу сторону, глаза черные, как у дьявола. Один истекает кровью. Оба — безумные и дикие.
Он принял черную инъекцию.
Время грызет мне пятки, я кричу:
— Гейдж, блять, двигайся!
Гейдж уже нацепил прут на трос, поэтому я выталкиваю его в окно. Он издает отрывистый крик, прежде чем оказывается в воздухе.
Дэмиан прижимается ко мне и поднимает свой МК-17.
— Мне придется убить его, Эмери, — говорит он так мучительно. Я яростно трясу головой и заталкиваю его за спину.
— Я убью тебя, если сделаешь это. Иди и ликвидируй нашу цель, — рычу я. Он издает протестующий звук, но Кэмерон стряхивает кровь Призрака с клинка и меняет хватку.
— Только не умирай, чёрт возьми. — Голос Дэмиана разрывается от того, что ему приходится оставлять меня, но я с облегчением вздыхаю, когда он уходит.
Кэмерон ходит по кругу, смотрит на меня глазами, которые я слишком хорошо помню. Такими же они были прямо перед тем, как он попытался покончить с моей жизнью.
— Снова этот старый танец? — горько говорю я.
Он даже не моргает. Как будто сейчас он ничего не слышит. Вены на его левой руке темнее, чем на остальном теле — значит, туда он и сделал инъекцию. Я хочу закричать, позволить своим усталым костям рухнуть на землю и сдаться этой душевной боли. Я хочу, черт побери, отдохнуть. Я хочу, чтобы Кэмерон был рядом. Я хочу, чтобы у нас была хоть глоток покоя.
Но этому должен прийти конец.
Я смотрю на него, и слезы текут по моему лицу. Его челюсть острая, с синяками и ссадинами, которые изнашивают мою душу. Эти глаза цвета шалфея смотрят сквозь меня, но я все равно впитываю их. Жажду его освобождения от этой судьбы.
Моя любовь приняла твою форму, Мори.
Я стискиваю зубы и трясу головой.
Больше никто не должен оказаться в таком положении. Не такой, как Кэмерон. Не такая, как я.
Мы должны быть последними из медицинских экспериментов. Рид должен положить этому конец. Если он возглавит семью… может быть, это удастся.
Если кто и сможет это сделать, так это он.
Это все мы.
Кэмерон медленно ходит по комнате, ищет возможность для атаки. Времени мало.
Я подтягиваю маску к губам. Затем разламываю оба конца дымовых шашек. Пламя и розовый дым густо стелются по комнате, высасывая весь воздух из маленького пространства. Кэмерон мгновенно начинает кашлять и издает яростный рык, рубя дым в попытке зарезать меня.
Я пригибаюсь и режу ему заднюю часть бедра, пытаясь повалить на землю. Не уверена, что попала в сухожилие, как хотела, но он оборачивается ко мне и с силой бьет кулаком по позвоночнику. От этого я падаю на пол, и сила удара вырывает воздух из легких. Я хрипло