Снаружи послышались протесты, и я затаила дыхание. Прошла минута. Вторая. Никто не вошел в шатер, чтобы наказать меня, и я расслабилась. Может быть, им приказали оставить меня в покое?
Мне это было только на руку, и плохо для Саксона. Его одержимость присвоить мои страдания дорого ему обойдутся. Я выбросила еще больше стекла… остатки стула… треснувший горшок.
Когда я приподняла дерево, кучка пауков-скорпионов бросилась в разные стороны, и я вскрикнула. Гибриды пауков и скорпионов выделяли ужасный яд, с которым я не хотела бы сегодня иметь дело. От укуса поднимался жар, ломка и боль, а иногда и рвота.
Как только мое сердцебиение успокоилось, я вернулась к уборке. О-о-о. Что у нас тут? Один… три… шесть гвоздей из чистого золота. Как можно незаметнее я закопала их с несколькими самыми крепкими палками. «Здесь не на что смотреть, принц Саксон». Позже я смогу сделать кинжалы с шипами.
«Ладно. Возвращаемся к работе».
К концу первого часа я насквозь промокла и запыхалась. Мои ноги болели, но, чудо из чудес, я ни разу не упала в обморок.
После второго часа мое дыхание стало хриплым. Тем не менее, я продолжала работать. Застелив кровать, я села складывать одежду, время от времени делая передышку. Закончив, я встала…
Нет. Ноги отказались меня держать. Я попыталась еще раз, но снова рухнула на кровать.
Разочарованная, я огляделась по сторонам и мысленно перечислила оставшиеся дела. Уф. Их было еще так много. Пересадить растения. Отчистить стены от грязи. Расставить нетронутую мебель… круглый стол, один стул и ширму. Выбросить все остальное.
Я ведь не брошу все на полпути, когда вернется Саксон, не так ли? Моего старания было недостаточно.
Нет. У каждой проблемы есть решение. Особенно у моих проблем, если учесть, что у меня было свое личное пророчество и сопровождающая его сказка «Маленькая золушка», которая служила мне путеводителем.
«Горе ей. Горе ей. Стеклянная принцесса, родившаяся дважды за один день. Две головы, одно сердце. Останется ли чистым или сольется воедино? Одно сердце, две головы. Сольется воедино или останется чистым? Одна приносит благословение. Другая — проклятие. Только принцесса сможет выбрать. Только она сможет бороться. Бал. Туфелька. Диииинь. Дииииинь. Дииииииииииииииииииинь. В полночь все станет явным. Кто будет жить, а кто умрет, когда столкнутся прошлое, настоящее и будущее? Огонь будет бушевать… а пламя очищать. Мир будет гореть, гореть, гореть».
Мое пророчество было произнесено в день моего рождения, и именно благодаря ему мои родители узнали, что я являюсь живым воплощением персонажа «Маленькой золушки»… только не знали, какого именно.
Иногда, проводя дни в Храме, я надеялась, что я и есть та самая звезда, та самая Золушка, потерявшая мать, вынужденная носить лохмотья и убирать за неблагодарными. А теперь, зная, что мой отец женился на женщине с двумя дочерьми, я чувствовала еще большую связь с Золушкой.
Но, честно говоря, схожее прошлое не всегда имело значение. Как я уже не раз слышала от отца, детали истории почти всегда были символичны. Смерть могла означать новое начало. Рождение могло означать начало чего-то.
Более того, в сказке утверждалось, что Золушка «С сильным сердцем и быстрая, как ветер. Непоколебимый воин, не желающий сгибаться».
Я была полной противоположностью сильной духом, и быстра как улитка. Я определенно не была воином. Скорее, хрупкой жертвой.
По сюжету, принц должен стать ее другом и врагом. Как и все остальное, титул принца мог быть буквальным или символическим. Но я считала, что титул друга нельзя истолковать как-то иначе, а друзей у меня не было. Врагов у меня тоже не было. Ну, кроме Саксона. Насколько я поняла, я олицетворяла туфельку Золушки… то, в чем она ходила. В конце концов, я была стеклянной принцессой.
В отличие от меня, у Золушки была крестная фея. Но у меня были смелость и решительность… и способность стать своей собственной крестной феей.
«Вот оно». Когда крестная фея отдает приказ, она ожидает его выполнения. Я могла заставить солдат птицоидов помочь мне, не нарушая при этом желания Саксона. Я не буду кричать о помощи, а потребую ее.
Благодаря заклинанию, заглушающему звуки в шатре, солдаты не слышали моего разговора с принцем и не знали, что мне приказано сделать. Но смогу ли я подойти к солдатам, чтобы при этом меня не забросали камнями?
«Был только один способ выяснить это…»
Я собрала все оставшиеся силы, упорство и решимость помогли мне наконец встать. На дрожащих ногах я, пошатываясь, подошла ко входу. Подняв голову и расправив плечи… сделав глубокий вдох… я совершила самый умный и самый глупый поступок в своей жизни и вышла наружу, пройдя мимо птицоида, словно не замечая его.
Ночь еще не наступила. Брошенное мною стекло валялось на земле и хрустело под изношенными подошвами тапочек. Однако весь остальной мусор куда-то подевался.
Трио, как я и ожидала, взмыл в воздух и приземлился передо мной. Он преградил мне путь и выхватил меч, оскалившись.
— Я надеялся, что ты попытаешься сбежать. У нас есть приказ остановить тебя.
«Как я и думала». Мое сердце учащенно забилось. Все быстрее, сильнее. Слишком сильно, слишком быстро. Глубокий вдох. Выдох. Вынужденно рассмеявшись, я пренебрежительно махнула рукой.
— Сбежать? Глупый кролик. — кролик… сильное оскорбление для птицоидов, которые считают кроликов самыми слабыми из всех земных существ. — Как будто я брошу своего дорогого Саксона. Мы решили поработать над нашими отношениями. — все верно. В каком-то смысле. В каком-то смысле. — Он потребовал чистый шатер, а ты стоишь и ничего не делаешь. Позор. Неужели ты настолько не уважаешь своего будущего короля?
Его щеки запылали от гнева. Он сделал шаг ко мне и остановился. Я поняла, что воин не мог прикоснуться ко мне. Кроме того, он не отрицал ничего из того, что я сказала. Насколько ему было известно, я стану будущей королевой Саксона, и мое слово было законом.
Я мысленно усмехнулась при мысли о том, что обладаю такой властью над ним.
— Я достаточно поработала за вас, не так ли? — я оглянулась через плечо, оглядев остальных птицоидов, давая понять, что обращаюсь к ним всем. — Идите и займитесь делом. — Я повернулась и зашагала обратно в шатер.
Неужели моя уверенность не сработала? Я затаила дыхание, ожидая: одну секунду… две… три…
Птицоиды один за другим входили в шатер, и я тихо взвизгнула от счастья. Эшли: 1. Саксон: 0.
Стражники принялись за работу, в рекордные сроки убрав оставшиеся обломки. Я наблюдала с кровати и раздавала указания, как избалованная королевская