Ох. О боже.
Он встал и направился к кровати, где сел и сосредоточился на чистке и полировке брошенного им ранее оружия, отгородившись от меня.
А может быть, Саксон только хотел отгородиться меня? Он оставался неподвижным, как доска, как будто все еще думал обо мне.
Я смотрела, как голубое перо, танцуя, опускается на землю, и в голове у меня все закрутилось. Эти его маленькие рассказы… мог ли он чувствовать меня так же хорошо, как я его? Хочу ли я, чтобы он чувствовал?
— Есть ли у тебя для меня какие-нибудь задания, которые я должна выполнить до празднования победы? — впервые я, как и любая другая девушка, попаду на праздник. Как любой нормальный, здоровый человек. Это был повод для очередного праздника. — И даже не думай оставлять меня здесь. Я — твой дворцовый связной. Это значит, что я… буду сопровождать тебя на праздниках. Это официальная обязанность.
— Нет, — проворчал он, как будто я специально его разбудила. — Никаких обязанностей.
На всякий случай я все равно прибралась в шатре. Испачканные вещи Саксона были сложены в корзину Евы вместе с остатками нашей трапезы и отданы птицоиду снаружи. Я работала в темпе улитки, стараясь не запачкаться. Я никогда не носила столь изысканного платья и должна была защитить его любой ценой. И да, да. Во время работы я тайком забрала перо и спрятала в лиф. Плата за хорошо выполненную работу.
Когда наступил вечер, на землю опустилась темнота, а в сердце забрезжил лучик солнца, от предвкушения которого у меня слабели колени. До шатра доносился смех, который вскоре стал громче и громче, а вместе с ним и запах жарящегося мяса.
Праздник официально начался.
Через несколько минут я буду там, жить и веселиться. Как Саксона заставит поспешить, не показывая этого?
— Готова поспорить, что твои люди недоумевают, почему их будущий король до сих пор не прибыл, — сказала я, сохраняя спокойствие.
— Ты права. — он надел королевский пояс, перекинув лазурную веревку через широкую грудь. Застегнув на талии кожаный пояс и прикрепив к бокам кинжалы с кастетами, он сунул ноги в чистые сапоги.
В моем сне Леонора не считала его красивым, но я считала. Считала его эталоном, по которому следует сравнивать других мужчин. За исключением его жажды мести, конечно же. Сегодня вечером этот принц будет очень желанным. Все захотят с ним танцевать.
Если он был сказочным принцем, то, возможно, даже найдет свою Золушку.
Мое сердце сжалось. Что это означает для меня?
Когда он подошел к входу из шатра, я бросилась к нему. Он остановился, яростно на меня посмотрев.
— Ты, — проворчал он, — останешься в шатре.
Я была уверена, что буду ощущать ожог от этого взгляда вечно. Его голос был настолько горячим, что обжег мои уши. Прежде чем взорваться, я попыталась его образумить. Как можно более спокойным голосом… к сожалению, это был писк… я сказала ему:
— У тебя нет никакого права не пускать меня на праздник. Я выполнила все свои обязанности. Ты сам это сказал. Я даже сделала все возможное, чтобы очаровать тебя своим превосходным характером.
Он поднял подбородок.
— Тем не менее. Ты присутствовала на турнире без разрешения, поэтому сегодня вечером останешься здесь. И неважно обязанность это или нет. Не пытайся улизнуть. Я попросил Офелию наложить заклинание на шатер. Теперь ты не сможешь покинуть его без моего разрешения.
— Почему ты так поступаешь со мной? — а главное, почему меня продолжало к нему тянуть? Почему в его глазах была тревога, несмотря на презрение? Дрожащим голосом я сказала: — Я никогда раньше не была на праздниках, Саксон.
— В следующий раз слушайся меня, — огрызнулся он и вышел.
Я замерла в шоке, когда он обратился к своему народу:
— Сегодня вечером можете веселиться, потому что ваш принц точно будет это делать.
Он сделал это. Он действительно сделал это.
Ликующие возгласы раздавались все громче и громче. Когда через тысячу лет они наконец стихли, Саксон похвалил своих людей за то, что они хорошо выполняют свою работу, а затем сказал:
— Адриэль. На пару слов.
«Сожгите мои розы». Злой принц фактически оставил меня слушать, гадать и мечтать о том, что могло бы быть. Его жестокость не знала границ.
Это? Это было классическое поведение злой мачехи. И если не он был злой мачехой, то Леонора должна была ею быть, поскольку она в равной степени ответственна за мое заточение; я должна быть Золушкой, и наше сходство было буквальным, а не символическим. Если уж на то пошло, то «сильная сердцем» может быть скорее символическим, чем буквальным.
Сердце человека… его сущность. Сильное сердце… сильный характер?
Эта мысль поразила меня, и я втянула воздух сквозь зубы. Да. Да, да, да. Я знала, что только что нашла правильный путь. Я была Золушкой, с сильным характером. Саксон был принцем или мачехой. Леонора была мачехой или сводной сестрой. Если она была фантомом, а я одержима ею, то мы были вынужденной семьей.
В моем сне первая Леонора тоже была частью «Маленькой Золушки», сказки, которая тогда не исполнилась. Могло ли это что-то изменить… для меня? Что означало «быстра, как ветер»? Как я могла стать воином, не желающим прогибаться?
«Стань». Это слово эхом отдавалось в моем сознании. Точно. Я не была быстра как ветер и не желала прогибаться… пока. Но я могла стать такой. Когда-нибудь я смогу стать и великолепно быстрой, и удивительно сильной. Однажды я стану такой. Пророчество говорило о будущем, а не о прошлом или настоящем.
Я не могла поверить в свою удачу. То, чего я ждала с нетерпением!
Удивленная, я добралась до кровати и села на нее.
— Я — Золушка, — прошептала я, прижимая руку к груди. Затем, зная, что снаружи шатра меня никто не услышит, я закричала: — Я - Золушка.
Та часть меня, которую я так долго отрицала, оказалась права. Я была девушкой, которую не хотели видеть в своей семье и мучили на каждом шагу. В моем случае очевидный выбор оказался самым неожиданным.
В роли Золушки я получу счастье. Но единственный способ стать по-настоящему счастливой? Посетить этот праздник.
В сказке Золушка всегда находила способ присутствовать на празднике, оставаясь незамеченной. Значит, и я смогу.
Полная решимости, я поднялась на ноги. Мне пришла в голову мысль. Прежде чем искать способ преодолеть заклинание, нужно изготовить оружие — на случай, если столкнусь с Трио или другим мстительным птицоидом.
Хотя раньше я так оберегала свое новое платье, теперь я смирилась с