А вот тело Верин подкачало. Теперь мне приходилось его мобилизовать, насколько подобное вообще возможно. Процесс этот давался безумно сложно и жутко изматывал меня. Я с огромным трудом после таких «утренних разминок» собирала себя по кусочкам, чтобы не выглядеть полной идиоткой на других дисциплинах. Всего их на первом году обучения насчитывалось не много — двенадцать. И все они имели теоретический характер, слава Небу! Особенно мне приглянулась медитация с профессором Рэйной Тарскар. Да, она была в приёмной комиссии. Брюнетка с вкрадчивым голосом. И нет, не потому, что на медитациях можно поспать.
Пары по «внутреннему созерцанию» помогали мне прийти в себя, раскрыть магические каналы и открыть то самое пресловутое второе дыхание, благодаря которому я спасалась всю неделю. Парочка особых приёмов от Рэйны, хвалившей меня больше других студентов, и я уже вполне себе могла передвигаться без стонов и такой мимики, которая предательски говорила о боли и мучениях.
Ещё мне здорово помогли мази Эллен. Оказывается, у Хадсон мама занималась не только животноводством. Излюбленным хобби тётушки Роксаны было травничество. Женщина не упускала случая, чтобы не создать что-нибудь новое, по воздействию напоминающее панацею, поэтому являлась новатором в своём захолустье, спасая порой самые тяжёлые формы хворей примочками и растирками.
Мои мышцы всякий раз после такого растирания, готовы были заговорить, воспевая хвалебные оды этой пока незнакомой мне кудеснице.
В общем и целом всё шло своим чередом.
За неделю глухого игнора с нашей стороны народ поутих в своих возмущениях по поводу нашего поступления на боевой. Сам декан Дрегг тоже потерял запал издеваться над девочками, отметив в конце утренней разминки, что все мы — молодцы, и что из нас в будущем будет толк.
Впереди маячил первый выходной, который и я, и Ланушка ждали, как тёплого солнца после лютой зимы. Вроде бы прошли какие-то шесть дней, а я соскучилась по девочке, как по родной.
Лана писала мне каждый вечер, делясь впечатлениями. Сестрицу Верин встретили хорошо. Таких зловредных шпилек, которые летели в адрес мой и моих соседок, Лане получилось избежать. В учебке учили общим наукам, не требующим такого, как в академии, распределения на факультеты.
Покидать территорию академии я почти не боялась. То ли ректор тому причина, то ли сам Николас решил отвалить, но преследования закончились в тот же день, когда Кир Маккей пообещал, что его сын больше меня не побеспокоит.
Сам ректор тоже не часто маячил на виду. Никаких общих трапезных процедур, никаких нечаянных столкновений… казалось, бывший герцог Вриама вообще отсутствует на территории кампуса. Но кто в печали? Уж точно не я! Да, мужик здорово меня выручил, выгуливая, как цепной пёс, венценосного наследничка в тот день, когда я решила пойти самым быстрым путём получения денег, но… ля мур, тужур — это всё слишком для меня сейчас. Тут бы получше закрепиться в новом мире! Качать под собой хлипкий стул, на который я самонадеянно влезла, не очень хорошая идея!
Магия крови требовала всё моё внимание. Да, прошло какие-то пять дней, но я не провела их даром. Таскала соседок следом за собой в библиотеку и тренировочные залы. И если во втором случае, Эллен помогала мне и Бут наладить отношения с лёгким оружием, то в библиотеках Лайза выступала настоящим тираном для нас с Эллен, сверх меры штудируя вместе с нами заданный преподавателями материал.
Уже на второй день, заработав свою первую «отлично», я поняла, насколько была неправа. Это не девочкам со мной повезло, а мне с ними! Таких хватких наставниц, направляющих меня в нелёгком знакомстве с новым миром и, при этом, совсем не понимающих свою важность, ещё поискать!
— Верин, — окликнула меня Эллен, легонько дёрнув за косу. — Ты опять заснула, что ли?
— А? Нет… — я привалилась к тренажёру, добежав свои положенные тринадцать кругов. Дыхание никак не хотело восстанавливаться. — Ты издеваешься, да? Как на тренировке этого демона можно вообще заснуть?!
Лайза округлила глаза и забавно зашикала:
— Тц! Тц! Ты что такое говоришь!? Это же оскорбление! Нельзя «демоном» называть декана. Он, как услышит, впаяет тебе такое наказание… Или оскорбится, что ещё хуже.
Большие глаза девушки позволили моей фантазии разгуляться.
Чтобы она не разбушевалась на полную катушку, я решила сменить тему:
— Завтра выходной. Какие планы?
Первой отреагировала Эллен.
— Я хочу прикупить куртку. Скоро похолодает. Форма — это хорошо, но совсем не стильно.
— А ко мне родители приедут, — просияла Лайза. — Жду, не дождусь!
— Значит, ты в гостиницу? — Эл расстроилась. — А я думала, что вы поможете мне выбрать куртку.
— Меня одной должно хватить, — улыбнулась я соседке, подмигнув. — Только ты потом со мной в парк пойдёшь. Там нас моя сестра будет ждать.
— Оу! — Хадсон хлопнула в ладоши. — Отлично. Только предлагаю сначала в парк, а потом по магазинам. Всё-таки два советчика куда надёжнее!
— Не два, — засмеялась я. — Четыре, три из которых — подростки. Если не боишься мнения чистосердечного пубертата, то я только «за». Мне куда спокойнее, когда девочки не слоняются непонятно где одни.
Лайза изящно «плямкнула» губами, выдавая своё задумчивое состояние.
— Ты часто так говоришь… непонятно. Вот, например, что такое «пубертат»? Откуда этот термин?
Я глубоко вздохнула и начала объяснять доступным языком.
Такое случалось часто. Ну, правда! Сложно проследить за всеми активными и пассивными словарями нового менталитета! Не за одну неделю, так точно! Когда такое случалось, приходилось выкручиваться и ссылаться на труды учёных. Благо, запомнить фамилии самых древних из книг для меня труда не составило. Когда тридцать лет подряд ты работаешь в поликлинике, где пациенты сменяют один другого со скоростью течения Гольфстрима, память развивается на «ура».
Мы вышли во двор учебного корпуса и медленно потопали к общежитию.
— … вследствие которых он становится взрослым и способным к продолжению рода. А термин этот я вычитала у Инаба Куатора. Кажется, он расписывал физиологические особенности человека.
— Не человека, — Лайза горделиво задрала нос, — а драконов, потому что сам им был.
«Оу! Как же сложно выкручиваться, когда рядом такая зазнайка…»
— Да ладно вам, — смела конфликт одним поступательным движением Хадсон, набрасывая руки мне и Бут на плечи. — Какая разница? Девочки! Мы с вами отучились на боевом целую неделю! И живы!
Заразительное ликование подхватила Бут.
— Ага, — просияла Лайза. — И нас не устают хвалить профессора. У меня пять «отлично», а у вас по две! Ни одного