Глава 4
Сердце больно бьется о стену к которой меня прижимает мужчина. Его рука под одеждой горячая, но кожу будто обмораживает. Ледяные мурашки накрывают все тело.
Кон грубо толкается ногой так чтобы шире развести мои ноги. Чувствую его возбуждение ягодицей.
И все. Меня сносит бурный поток истерики.
То что раньше пробуждало во мне волнующее приятное предвкушение сейчас взрывается диким страхом.
Дыхание спирает, делаю глубокие частые вдохи, но кислорода будто бы нет, как под толщей воды. Он твердый, очень твердый и горячий, впервые за долгое время низ живота предательски стягивается в забытом спазме.
В глазах рябит, все функции в организме отказывают из-за стресса и усталости. Задыхаюсь, в грудную клетку словно цемент залили, который с каждой секундой становится все плотнее, тяжелее.
Кон разворачивает меня к себе лицом. Но я не реагирую, тело ушло в подсознание.
Нет ресурса бороться с внешними раздражителями. Пытаюсь совладать сама с собой для начала. Лицо мужчины очень близко. Неприлично, недопустимо близко.
Брови напряженно сведены, взгляд сосредоточен на моих глазах. Смотрит уверенно, прямо, неотвратимо.
Теми родными глазами из прошлого, без злости с долей волнения.
Я сосредотачиваюсь на этом еле уловимом ощущении из той жизни.
— Дыши, просто дыши.
Голос Кона низкий, с грудной вибрацией отбивается волнами по моему телу. Все еще задыхаюсь. Кажется все это не со мной.
Паника пытается меня убить напару с мужчиной. Большая ладонь ложится на мое колено от чего я вовсе забываю как дышать.
Вот черт...
Он делает это.
Как раньше.
Водит пальцами по коже. Парализует сознание. И предательски расслабляет тело.
Паника медленно отступает, сменяется чем то другим.
Впиваюсь глазами в лицо Кона пока его пальцы медленно двигаются на моем колене. И не понимаю. Его реакция. Эмоция. Очень сдавленная, словно ему физически больно так меня касаться и он делает это через силу, с большим трудом.
Поджимает губы, шумно сглатывает, глазами скользит по моим губам. Желваки выступают на лице.
Боже. Выдыхаю, медленно, словно медитирую. Но до реальной медитации мне далеко.
Голова все еще мутная, но я тут. На этой планете, в своем уме. Собираюсь с духом. Нельзя продолжать вот так просто стоять, нервы затягиваются с каждой секундой все туже. Одергиваю колено, отвожу взгляд, слегка прочищаю горло.
— Кхм… Что... Что мне нужно сделать, чтобы ты оставил меня в покое? — голос почти не дрожит, это успех, Кон усмехается от чего меня новой волной накрывает, которую я глушу изо всех сил. Выставляю мысленные барьеры, которые с треском рушатся с каждым его вдохом, взглядом, касанием.
— Покоя значит захотела?
Его рука скользит вверх по телу, будто случайно задевая пальцами каждую неровность. Большая ладонь туго сжимается вокруг шеи, отчего мне приходится запрокинуть голову вверх. Боже.
Всхлипываю, но больше не отбиваюсь, смысла нет. Сейчас он меня убьет. Точно.
Выкроила себе год свободы и хватит. Самой отвратительной свободы. Но она у меня была.
Что я сейчас могу? Рыдать, это да, это я могу и делаю. Но от этого не легчает. Хватаюсь руками за запястье мужчины когда он сильнее сдавливает руку на шее.
— Что ты хочешь от меня?! — хриплю, кислород недостаточным потоком просачивается в легкие.
— В какой момент ты… Сука… — Кон опускает голову, словно с мыслями собирается, я уже начинаю кашлять от нехватки воздуха. — Когда ты решила для Савина скрысить? Или все с самого начала было лишь планом?
Кон поднимает на меня глаза переполненные бушующими эмоциями: гнев, разочарование, обида, злость.
Лицо все напряжено, красное, словно он борется внутри себя со своими демонами. Брови плотно сведены. Все его тело говорит о том что он готов рвать голыми руками.
Я не понимаю. Ни слова не понимаю. О каком плане речь? О том что меня увезли? Вынудили жить другую жизнь?
Молчу издавая хрипящие звуки, пытаюсь понять, собрать картинку, что то сложить в голове. Глаза Кона наливаются кровью. В секунду ладонь сжимается с такой силой, что я кажется слышу хруст собственных позвонков. А затем он резко отступает, как от огня отшатывается от меня, когда я обессиленно падаю на пол.
Господи, хватаюсь за шею, потираю ее пальцами словно пытаюсь помочь воздуху быстрее просочиться внутрь. На пол капают слезы от боли, обиды, страха.
Какого черта он творит?!
— Грамотно все рассчитали, план был хорош, признаю. — голос пропитан холодным железом, Кон садится на край кровати, устремляет в меня пронзительный взгляд. Цепкий, улавливает каждое мое движение, мимику, взгляд. Как полиграф пытается меня считать. — В одном наебались, но думаю это ты и так уже знаешь.
Ухмыляется в хищном оскале от которого холод бежит по венам. Смотрю на него, сново снизу вверх. Очередной раз осознаю его превосходство, словно и без этого непонятно кто тут главный.
На какое то время отключаюсь немного разглядывая абсолютно чужого и до болезненных спазмов родного мужчину напротив. Мысленно касаюсь его руки, той самой которая минуту назад так яростно стискивала мою шею.
Знаю с точностью до цельсия на сколько она горячая, какие шершавые у него пальцы. Словно сквозь одежду веду взглядом вдоль рук по извилистым линиям татуировок. Этот маршрут я выучила до миллиметра.
Сглатываю когда встречаюсь с его глазами. Явно темнеющими глазами.
— У меня не было никакого плана! — истерично выплевываю слова.
— Естественно, но он был у Савина. — наклоняет голову вбок, сверлит насквозь, ищет что то во мне, но я не знаю что именно. Почему все так сложно? Почему все от меня хотят чего то?
— Боже, Кон, я понятия не имею о чем ты говоришь.
Прислоняюсь спиной к стене, подгибаю колени, потираю разбитые пальчики на ногах. Кон хмурится, будто пытается мне поверить, искренне. Но после лишь хмыкает, расплывается в кровожадной улыбке.
— Можешь больше не отыгрывать, Сте-ша.
Мое настоящее имя его голосом звучит хлестко, словно розгами по черепу. Как давно я его не слышала. Тело напрягается превращаясь в единый спазм.
Пару секунд в тишине просто смотрим друг на друга. Глаза Кона бурлят эмоциями, настолько разным и стремительными, что я не успеваю за ним, не понимаю. Все в итоге просто сгорает.
Мужчина неожиданно резко встает. Проводит рукой по лицу, словно смахивает невидимые слезинки. Достает из-за пояса оружие, что то щелкает. Сердце обрывается, с опозданием выдает болезненный удар.
Господи, вот и все.
Всхлипываю, переводя взгляд с оружия на Кона. Его глаза пустые, все испепелилось в рьяном пламени. Ничего кроме твердости и уверенности. Вжимаюсь в стену с такой