— В Тарко-Сале поедешь?
— С удовольствием! Когда выезжать? — с готовностью согласилась, радуясь возможности, не быть дома и не вариться на работе в коллективном сочувствующем любопытстве.
— Отлично! Посиди, я сейчас организую замену. А то там новенькая со слезами на глазах не хотела никуда ехать. Завтра сможешь вылететь? — Обратилась ко мне начальница, набирая номер на внутреннем телефоне.
— Супер! То, что нужно! Только я сегодня пораньше домой? — Улыбнулась я.
— Можно, конечно. Оформляй все бумаги и поезжай!
— Спасибо, Ирина Юрьевна! — прощебетала я, выскакивая из кабинета под одобряющий начальственный взмах руки.
Пробежаться по инстанциям и оформить бумаги у меня получилось часа за полтора, и я с чистой совестью порулила домой. Собирать чемодан. Нужно предупредить родителей, чтобы не волновались, думала, въезжая во двор, и так увлеклась мыслями о будущей поездке, что машину Романа заметила только после того, как затормозила перед въездом в гараж.
Вот, чёрт!
Глава 17
Как же мне не хотелось именно сейчас с ним встречаться! Хоть разворачивайся и беги, честное слово.
Но чем дольше я сижу в машине, тем более очевиден Роману мой страх перед ним. А казаться слабой мне не хотелось ещё больше.
Припарковала машину во дворе, не въезжая в гараж и хлопнув дверцей, направилась к дому.
Роман обнаружился в гардеробной. Стоял и смотрел тяжёлым взглядом на опустевшие полки, явно не понимая, куда всё исчезло.
— Ась? А что ты так рано? — повернулся он ко мне и проговорил удивлённо.
Молчала, изучая его. Словно видела впервые. Странно. Всего несколько дней, а я уже совсем по-другому смотрю на своего мужа. Там, где мне раньше виделась мужественность в упрямом подбородке и сведённых бровях, нынче я наблюдаю жестокость. Если совсем недавно меня завораживали его глаза, то теперь не вижу в них ничего, кроме самолюбования и нетерпения чужого мнения. Как быстро в моих глазах его уверенность в себе, которой я восхищалась, переродилась в махровый эгоизм.
Фантастика, как меняется человек от угла зрения.
— Думал, что успею забрать свои вещи без тебя. Я понимаю, что тебе сейчас тяжело меня видеть. — тем временем проговорил мой муж и хотел что-то ещё продолжить, но я развернулась и направилась молча вниз. Роман плёлся за мной и зудел:
— Специально отпросился сегодня с работы, чтобы заехать в дом, и совершенно не рассчитывал встретить тебя. Поверь, я этому тоже совсем не рад.
Зашла на кухню. Налила себе, не торопясь, стакан воды, сделала длинный глоток. Прохладная и свежая жидкость немного охладила меня.
— Ты не разговариваешь со мной? За всю нашу жизнь впервые. Ася! — со смешком проговорил Роман, заходя следом за мной и усаживаясь на привычное место, сложил руки на столе.
Не то, чтобы я специально не разговаривала. Нет. Просто противно и нет желания вступать в диалог. Мы уже все друг другу сказали, и время бесед прошло. О чём говорить? О погоде?
— Чаем-то напоишь? — усмехнулся нагло Роман, и я повернулась к нему, рассматривая с брезгливым недоумением. Он, что? Идиот непрошибаемый? Совсем не понимает, насколько он здесь неуместен?
— Ну, извини! — Помрачнел под моим взглядом роман и зло добавил, — Я не хотел делать тебе больно! Ты сама меня спровоцировала! Разве можно лезть с претензиями к мужику, когда он на взводе?
Оп-па! А вот и речи не мальчика, но мужа! Я, оказывается, столько лет прожила с нарциссом и абьюзером? Как-то раньше не замечала. Это что-то новенькое. Не иначе нахватался у своих шалав.
Роман неотрывно смотрел всё это время мне в глаза и, видя, что реакции на его извинения от меня нет, резко встал из-за стола.
— Где мои вещи? Ответь мне, — прикрикнул он и хлопнул ладонями по столешнице.
— Я их выкинула, — улыбнулась мужу.
Нежно. Сама, удивляясь себе.
Романа перекосило, и он заорал мне в лицо:
— Что? Ты не в себе? Рехнулась с горя? Ты хоть понимаешь, что ты наделала? И какие денег это всё стоило?
Он надвигался на меня горой. Огромный. Злой. Чужой.
Остро прочувствовала, что, кроме нас двоих в доме никого нет. И даже если я начну звать на помощь, меня всё равно никто не услышит.
И я абсолютно неожиданно и для себя и для мужа пшикнула на него водой, которая была у меня во рту. Как пшикали раньше наши бабушки на бельё при глажке.
Роман вздрогнул, словно споткнувшись. Будто налетел на бетонную стену. Сверкнул на меня взглядом и, схватив висящее на ручке плиты полотенце, вытер мокрое лицо.
— Спятила? — тихо прошипел он.
— А ты ещё наставь мне синяков. Прекрасный аргумент будет в суде, — усмехнулась, отставляя стакан в сторону. Чтобы скрыть дрожание рук.
— Ась, ты пошутила, да? Где мои вещи? — Спросил муж, отбрасывая полотенце в сторону.
Хмыкнула и вышла из кухни. Слишком маленькое пространство для нас двоих. Мне некомфортно и немножечко страшно наедине с Романом в нём.
— Да, блин! Что за всемирная трагедия? — заорал он мне вслед, догоняя, — Я всего лишь хотел пожить в своё удовольствие пару лет! Что ты устроила? К чему этот развод и делёж!
Пожала плечами и зашагала дальше в сторону веранды.
— Ася! Давай поговорим спокойно! — бухтел мне вслед Роман, буквально наступая на пятки, — неужели ты не понимаешь, что дом тоже придётся делить. Ты потеряешь намного больше, чем я. Зачем нам это нужно? К чему этот раздел?
— Я сообщу своему адвокату, и он свяжется с тобой по этому вопросу. — Бросила я через плечо и взялась за ручку двери, ведущей на веранду.
Но открыть я её не смогла. Роман опустил свою лапищу на дверь, не давая мне ничего с ней сделать, и заговорил зло и яростно прямо над моей головой:
— Как же ты меня бесишь! Вот зачем ты сейчас меня злишь? Зачем провоцируешь скандал?
Я молчала. Остро вспомнилось, как он придушил меня несколько дней назад. И волна, горячая и неудержимая волна ненависти, рвалась из меня криком и болью.
— Это и мой дом! Я вообще могу в любой момент остаться в нём и жить. Я пошёл тебе навстречу, уехал, сделал жест доброй воли. А ты? — тем временем шипел Муж над моей головой, непонятные мне упрёки, придвигаясь всё ближе.
Развернулась и тихо рыкнула, сипя низким горловым звуком:
— Отойди! Не прикасайся ко мне!
Поднырнула под его руку и молча, быстрым шагом направилась к выходу.
К лешему барахло. Как-нибудь обойдусь в поездке без