Мои пальцы дрожали, но я сияла от счастья.
— Да. Пока что это между нами, но я хочу быть твоей девушкой больше, чем хочу победить в чемпионате.
— Блять, да, — радостно сказал он, взмахнув кулаком, а потом поцеловал меня в лоб. — Ты моя. Полностью моя.
Он поцеловал меня в губы и вздохнул. Я прижалась к его груди, пока он гладил мою кожу. Ногтями я слегка царапала его голову.
— Как твой парень и, следовательно, человек, которому позволено о тебе заботиться, — он прочистил горло, и я замерла, мои руки легли ему на спину. — Я хотел бы знать, нервничаешь ли ты из-за оставшейся части сезона?
— Когда я не здесь, то испытываю тревогу, — призналась я. — Я до ужаса боюсь, что мы не сможем попасть в ТОП-6.
— Попадем. Сенна, ты добилась успеха.
Мой нос защипал от потенциальных слез, но не из-за его слов, которыми, я знала, он не разбрасывался, а из-за того факта, что ему было не все равно. Он слушал и уважал меня не потому, что должен, а потому, что хотел. Он хотел меня. Я замерла, и он прижал меня к своей обнаженной груди. От него пахло блинчиками и его натуральным мускусом, и я едва смогла подавить желание прижаться губами к его коже.
— Я хочу успеха для всей команды. Я хочу, чтобы все получилось, ради всех сотрудников. Все так усердно работали, и мы заслуживаем того, чтобы все получилось. Ты заслуживаешь.
Он промычал в знак согласия.
— Тогда, как я могу помочь, чтобы это случилось?
— Продолжай делать то, что делаешь. Твое вождение невероятно. На этих выходных тебе от первого отдаляли секунды.
— Я был чертовски великолепен.
Я хихикнула.
— Это так. И вождение больше не пугает тебя?
Он крепче обнял меня, его руки гладили меня вверх-вниз по спине под футболкой.
— Мне оно нравится. Позже у меня будет очередная встреча с Риком, но он видит, как сильно я это обожаю. Когда я гонял на прошлых выходных, то чувствовал себя таким живым, и не только потому, что знал, что ты смотрела.
— Было сложно отвезти взгляд. В тебе столько силы, контроля и энергии, когда ты гоняешь.
— Потому что я знаю о рисках и не боюсь их. Я не смог бы сейчас забросить гонки. Ты заставила меня полюбить их с моей песней для подготовки к гонке и мышлением спортивного психолога. И каждый раз, когда я нервничаю, я вспоминаю, как весело было гонять с тобой на аэродроме и какой сексуальной ты была на капоте того гиперкара.
Его пальцы согнулись вокруг моей спины. Его грудь согревала мою щеку.
— Довольно запоминающееся.
— Довольно запоминающееся? — он защекотал меня, и я задрожала и закричала, отодвигаясь от него. Он прижал меня под собой, когда я втянула в легкие воздух. Я задыхалась, нуждаясь во вдохе, когда он глядел на меня. — Та ночь была лучшей ночью в моей жизни. Каждая ночь, каждая секунда с тобой — лучшие моменты в моей жизни.
— Не позволяй Лайле услышать это, иначе она подумает, что те разы, когда ты тайком водил ее в тематический парк без ведома вашей мамы, не были особенными. Ты тоже заставил ее сильно полюбить адреналин. Я снова разговариала с ней, и она сказала, что подумывает купить мотоцикл.
— Черта с два она купит. Они слишком опасны. Я сказал ей, что не стану оплачивать такое.
— Упс, — сказала я.
Коннор вскинул брови.
— Сенна, что ты сделала?
— Я сказала, что если она согласиться постажироваться у нас один день, то я куплю ей мотоцикл.
Коннор повернул меня, что я оказалась под ним.
— И ты не можешь беситься, потому что ты пилотируешь на болидах Формулы 1, а они опасны.
— Но тебе нравится, насколько я опасен. Всегда нравилось.
Я пожала плечами, пока он смотрел на меня.
— Как бы там ни было. Я всегда пилотировала лучше тебя.
Он сморщил нос.
— Возможно.
Я впилась зубами в губы, хоть и чувствовала, что сияла под его пристальным взглядом.
— Мне нравится смотреть в твои глаза цвета лесного ореха. В них столько цветов.
— Они карие, — поправила я его.
Он погладил меня по щеке тыльной стороной пальцев.
— Я смотрел в них слишком много с тех пор, как был мальчиком. У них ореховый цвет.
Я всосала воздух и закрыла глаза, когда он поцеловал меня в веки.
— У нас есть час до того, как мне нужно будет уйти, — прошептала я.
— Тогда нам лучше не терять времени, — сказал он, задирая мою футболку и лаская мою кожу губами.
Затем он занялся со мной любовью. Другого определения этому не было. Это было больше, чем секс или обычный трах. Это было соединением нас обоих на уровне, которого у нас не было раньше, и это было всем, чего я когда-либо хотела.
Глава 49
КОННОР
— Я толкала этот болид, как могла, — сказала Тауни, скрестив руки.
Ее русые волосы ниспадали на плечи, но она больше напоминала мне ворчливого ребенка с кислой мордой, а не пилота Формулы 1.
Я кивнул, сидя на пассажирском сидении машины Сенны.
— Как и я. Случившееся в Мексике связано с болидом.
Сенна не обращала на нас никакого внимания. Ее взгляд был устремлен на дорогу, пока она везла нас на ужин с ее отцом. На ее коже все еще оставалось немного загара после гонки в Мексике. Я отвел от нее взгляд, хотя он постоянно возвращался к ней, как будто между нашими сердцами была протянута нить.
Джекс постукивала по моему сидению, и я потер брови.
— Я знаю, что ты собиралась сказать, — проворчал я. — Ты говорила это каждый раз, когда мы за последний месяц обсуждали темп болида.
Она громко фыркнула в воздух.
— Но…
— Никаких но, Джекс, — я повернулся на пассажирском сидении, чтобы уставиться на сестер, наклонившись вперед со своих мест. Джекс напряглась под ремнем безопасности, когда Тауни посмотрела на нее, все еще скрестив руки. — За последние две гонки, с момента, как команда провела болиду апгрейд, он стал медленнее. Мы с Тауни ничего не меняли в стиле пилотирования или стратегии. Если бы проблема была лишь у одного из нас, тогда бы дело было в пилоте, но никто из нас не попал в ТОП-5. Мы каждую гонку ползли, чтобы попасти в ТОП-10, и самое важное отличие — апгрейд.
Тауни вскинула руки в воздух.
— Именно так. Я пыталась сказать тебе, но ты не слушала. Может, послушаешь