— Эй, пират! — громко обратился я к здоровяку с серьгой. — У тебя со зрением беда? К окулисту захаживал? Знаешь, кто это такой? Нет, это не специалист по акулам, как ты мог подумать.
Народ вокруг вихрастого замолчал, поглядывая на вожака блестящими глазами. А тот облизал губы, понимая, что его авторитет под угрозой.
— Учитывая ваш почтенный возраст, господин преподаватель, скорее вам следует зайти к окулисту, — дерзко ответил он и с вызовом вскинул голову.
Студенты ахнули и посмотрели на меня. Тишина установилась такая, что слышно было осу, настырно бьющуюся в окно, за которым плескался туман.
— Зайду. Говорят, в институте как раз есть такой ценный специалист — во всех местах обворожительная дама, — ухмыльнулся я, вызвав понятливые смешки, прокатившиеся по аудитории. — А ты, пират, знай своё место. Ты здесь не капитан, а рядовой слушатель. Если что-то не нравится, можешь уйти. Вон окно…
Молодёжь уже откровенно захохотала, косясь на вихрастого. А тот густо покраснел и сощурил глаза.
— Захочу и уйду! — выдал он зазвеневшим голосом. — Мне совершенно ни к чему ваша лекция! Я со своим отцом бароном Косинским частенько бываю в Лабиринте и не только прекрасно ориентируюсь в нём, но и частенько приношу отличные трофеи. И вообще, я известен тем, что ни один монстр не подкрался ко мне незаметно. Я всегда настороже!
Он важно надулся и высокомерно оглядел студентов, словно те не стоили и кусочка его кривого ногтя на большом пальце ноги.
— Пфф, — насмешливо фыркнул я и швырнул в него «порыв бури».
Благо вихрастый сидел на самом краю скамьи, так что порыв ветра только скинул его на пол. Правда, попутно «порыв бури» сдул тетради и ручки с близлежащих парт. Но их хозяева вряд ли обиделись на меня. Они с возгласами повскакивали со своих мест, радостно глядя на высокомерного аристократика, барахтающегося на полу. Тот запутался в длинной портьере.
— И где твоё хвалёное «я всегда настороже»? — ухмыльнулся я, сложив руки на груди.
— Да вы… да вы… так нечестно! — выпалил багровый от стыда здоровяк, наконец-то вскочив на ноги.
— Монстрам будешь жаловаться, что так нечестно! Если продолжишь задирать нос, они тебя вмиг сожрут! Не всегда ты будешь ходить в Лабиринт с отцом, наверняка опытным магом. Запомните, — окинул я притихшую аудиторию тяжёлым взглядом, — уйма молодых и перспективных магов погибает в Лабиринте из-за своей заносчивости и самоуверенности! Прежде чем сделать шаг, нужно семь раз убедиться, что впереди нет засады: ни под ногами, ни по бокам, ни на потолке!
Студенты прониклись моими словами и посерьёзнели.
Только вихрастый сжал пальцы в кулаки и яростно выпалил:
— Я буду жаловаться декану! Вас накажут!
— Подсказать, где её кабинет? — холодно улыбнулся я, мимолётно подумав, что меня и вправду могут наказать. У Владлены наверняка есть кожаная плётка…
— Вы ещё пожалеете! — прорычал здоровяк и пулей выскочил из аудитории.
— Кто-то ещё хочет уйти? — бесстрастно спросил я, оглядев молчащих студентов, и добавил: — Прекрасно. Тогда давайте начнём лекцию. Я не буду читать по бумажке, а расскажу вам реальные случаи, произошедшие в Лабиринте. Как умение ориентироваться в нём спасало магам жизнь. Истории будут красочные и кровавые, так что беременных, детей и особо впечатлительных попрошу всё же выйти.
Студенты заулыбались, внимательно глядя на меня. Кажется, мне удалось их заинтересовать.
И я не разочаровал народ, сочно и подробно поведав про несколько особо запомнившихся мне приключений в Лабиринте. Понятное дело, что пришлось переделать их под местные реалии. Не мог же я им сказать, что вот однажды мой знакомый ведьмак удирал от стаи пауков и сиганул в болото… Однако учащимся всё равно понравилось.
К слову, среди них я заметил бледную Жанну, забившуюся в самый уголок. Лицо девчонки осунулось. И только косметика скрывала тёмные круги под глазами. Бедолага явно страдала из-за Алексея, сошедшего с ума.
Мне стало жаль её, но виду я не подал. Всё с таким же огоньком пересказывал истории, порой превращая их в сказки. А их я рассказывать умел, недаром у меня было столько женщин.
В итоге студенты покинули лекцию с горящими взглядами и раскрасневшимися лицами. Только Жанна не ушла. Она осталась сидеть на скамье, глядя на меня грустными глазами.
Я хотел подойди к ней, но в этот миг зазвонил телефон. Кто там ещё? Вытащил его и увидел номер отца Жанны, господина Воронова.
— Вы всё-таки решили позвонить, — негромко проговорил я, усевшись за преподавательский стол.
— Решил, — мрачно изрёк он.
— Доброе утро.
— Да какое же оно к чёрту доброе, когда мой зятёк умом тронулся⁈ — в сердцах бросил мужчина, но тут же взял себя в руки и уже спокойно сказал: — Здравствуйте, Игнатий Николаевич. Обрадуйте меня. Может, ваш хитрый мозг подкинет пару идей, как быть с Алексеем? Я, признаться, ничего не могу придумать. А ведь скоро всё выплывет наружу.
— Есть одна идейка, — медленно проговорил я и услышал, как аристократ с надеждой затаил дыхание. — Точнее, есть временное решение проблемы. Алексея надо отослать в Архангельск.
— В аномальный проход⁈ — ахнул он. — Так его же туда не возьмут в таком состоянии. Или у вас имеются там какие-то связи?
— Связей нет. Но люди, которые услышат, что Алексей в Архангельске, подумают так же, как и вы, что он отправился в аномальный проход за славой и рейтингом. Но на самом деле вы, как глава рода, определите его в тамошнюю психиатрическую больницу с неболтливым персоналом. А ежели кто-то будет спрашивать у нас, где Алексей, так мы станем честно говорить, что он в Архангельске, и многозначительно качать головой.
— Поразительно простой, но в то же время действенный план. Так мы как минимум выиграем время. А те дворяне, что заметят падение вашего рейтинга, посчитают, что Алексей погиб, — восхитился Воронов. — А вы, Игнатий Николаевич, действительно заткнёте за пояс даже дьявола. Я сейчас же займусь этим делом. Всего вам хорошего.
— И вам, — сказал я и сбросил вызов, откинувшись на спинку стула. Тот скрипнул, и звук отчётливо прокатился по пустой аудитории, где только Жанна продолжала грустно вздыхать, иногда поглядывая на осу, всё так же бьющуюся в стекло.
— Жанна, ты о чём-то хотела поговорить? — спросил я, сложив руки на груди.
— Да, Игнатий Николаевич, — пролепетала девушка, встала и подошла, виновато опустив голову. — Я… я хотела извиниться перед вами. Алексей говорил, что вы очень плохой человек. Уверял меня, что вы гнали его из дома. Но теперь я вижу, что вы не