Магистр улыбается.
— Увы. Обязанности есть у всех у нас. Так вот, раз ты не можешь сам вырастить дерево для своего посоха, чтобы потом правильно обработать его на всех этапах, и то же самое с другими материалами, какие могут войти в конечное изделие — металлами, камнями, самоцветами, костью, — приходится это правило принадлежности заменять правом добычи. Иными словами, добытое тобой в открытом бою честным трофеем, как образно говорят соседи-викинги, «железной ценой» — оно почти такое же твое, как и сделанное твоими руками. В отличие от всего, что просто куплено, такое — только денег и стоит.
Что-то такое я и по прошлой, доцифровой жизни помню, приятно услышать подтверждение от специалиста.
— А если не в бою добыл, а скажем, нашел в кладе или получил в дар? — уточняю еще пару возможных опций «обретения чего-нибудь полезного».
— Клад — это все равно трофей, ты добыл его своей внимательностью и удачей. С даром сложнее, там многое зависит от тех чувств, какие испытывал к тебе даритель, благодарность за помощь или откуп от грабителя — разница есть.
Демонстративно поворачиваю на запястье Медную змею Зода. Магистр качает головой.
— Ну ты уж совсем нас за неблагодарную сволочь не держи. Это палочка — просто была палочкой моей работы, какую ты легко мог купить, и не только у меня; а Ульрик-то тебе должен был за внучку, не просто так.
— Так я ничего и не говорю, — развожу руками, — погоди минутку, меня тут мысль посетила, сейчас спрошу кое-кого…
И отправляю Зов королеве фей.
«Крисс, есть вопрос.»
«Да, милорд брат?» — И эта туда же…
«Скажи, можно попросить ваше дерево подарить мне одну хорошую толстую ветвь? Чтобы прямая, крепкая, где-то в твой рост длиной и чуть потолще твоего запястья? Если Древу фей для этого потребуется больше силы, или какая другая штука, да хоть бы и моя кровь — сделаю.»
Молчание, затем Крисс отвечает:
«Брат, это возможно, но будут два условия. Первое — больше ты о таком мое Древо просить не станешь ни при каких обстоятельствах.»
«Согласен.»
«И еще ты подкормишь Древо двумя артефактами разной чужой силы.»
«То есть любыми, сила которых — не Жизнь и Природа?»
«Да. Обычного-то удобрения мы с младшими найдем сколько нужно…»
«Согласен и на это, — отвечаю я, — вернусь в замок, сделаю.»
«Тогда ты получишь свой посох.»
Переспрашивать, откуда Крисс это узнала, незачем — соображалка и опыт у нее еще как имеются, а параметры деревяшки легко узнаваемые, — и говорю уже вслух мэтру Мелфу:
— Магистр, план немного меняется. Древко для посоха у меня будет, причем само дерево выросло на моей силе и моей крови, а подарит его мне названная сестра. Так ведь лучше обычного трофея?
Артефактор вздергивает бровь.
— Так действительно лучше, тебе подойдет идеально. А с этим что? — имея в виду Железную ветвь.
— А этот дрын, мой честный трофей, я могу спокойно подарить тебе в благодарность за будущую работу. Как и этот кусок янтаря, — выкладываю на стол и его, — для артефактов такое пригодится наверняка, но его добыл не я лично, а один из моих отрядов в дальнем рейде, так что куда использовать, тебе виднее.
Мэтр проводит мысленную калькуляцию стоимости работы и расходников, и вскоре кивает.
— И сердце энта, конечно же.
— Конечно, о нем изначально и говорили, — и кладу перед магистром крупный зеленый самоцвет неправильной формы. — Древко принесу или я сам, или передаст кто-то из моих.
— Договорились, — протягивает магистр мне руку. Пожимаю, стараясь не слишком стискивать — он хоть и хуманс, но даже в лучшие годы силачом не был, а пальцы у старика рабочий инструмент. Контракт заключен.
Тихое «трень», и получено еще немного экспы — система сочла разговор с мэтром Мелфом этаким вводным занятием по артефакторике.
* * *
«Милорд братец, интересная находка, — неожиданно врывается в голову виртуальный писк Санти, — тут почти на границе долины несколько гваяковых деревьев растет.»
«А что в них такого интересного?» — честно не понимаю я.
«Их сердцевину хумансы зовут бакаутом.»
Так. Крисс во время оно говорила, что феи могут получать, не портя само дерево, не только обычную древесину, но и такую вот экзотическую…
«Добыть сможете?»
«Добыть — да, принести — нет.»
«Раад, поможешь?» — мысленно спрашиваю Сына грома.
Молчание; очевидно, Раад интересуется у временно подчиненных ему фей, сколько они тут намерены «добыть», и переводит эти планы на собственную грузоподъемность.
«Справлюсь,» — отвечает он наконец.
«Вот и спасибо.»
Уточнить, сколько усилиями моих феечек условных мер ценной древесины можно с тех деревьев нарисовать в неделю, успеется и нынче вечером, когда небесный патруль вернется в Каэр Сид. Там и решим, как быть с регулярной доставкой сего экзотического ресурса, а уж что-то там из него планировать — и подавно потом.
* * *
Обратный путь в замок покрываю, кажется, вдвое быстрее, чем пока летел в Эренор. На сей раз на мой призыв откликнулась скальная виверна шестнадцатого уровня, злобная и мощная, с чешуей в серо-бурых разводах, у этой опции ядовитого плевка не имеется, зато ударом хвоста она способна разнести кирпичную кладку. Сторожевая виверна с немалым трудом поспевает за мной, и когда я ее отпускаю неподалеку от трихольмских стен, с видимым облегчением отправляется обратно к себе на План Жизни. Загонял зверушку, нехороший я, ага, конечно, уже стыжусь и ковыряю пол большим пальцем ноги.
Пикирую прямо во двор Каэр Сида, коврик оставляю развернутым и бегу в замковую кладовую, из которой вынимаю вчерашний трофей — алтарную чашу, — и давнюю, так и не ушедшую в продажу находку — демонский шестопер. И то, и то — артефакты, первый посвящен Свету, второй условной Тьме в формате Инферно, то бишь явно не Жизни-Природе. Под требование Крисс подойдет.
Их и складываю к корням Древа фей.
— Прими, царственная моя сестрица.
— Милорд, ты там пока летал, ни обо что головой не бился? — уточняет королева фей.
— Вовсе нет. Ты просила подкормить Древо, я вполне могу расстаться с этими вещицами ради нужного мне посоха.
— Подкормить, да, но в одной этой чаще силы…
Крисс взмывает и ныряет в багрец кроны своего дерева. Через некоторое время, кряхтя, выбирается наружу, на плече — длинная и безупречно прямая палка, с которой еще капает розоватый сок. Пахнет резко, но не так чтобы неприятно.
— Отдано по доброй воле и без обид, — провозглашает она. —