— Слоан, скажи мне правду.
Уоррен встал между нами.
— Она ангел. Когда мы встретились, она сказала нам, что мы со Слоан — полукровки ангелов. Наполовину ангелы, наполовину люди. В мире ангелов нас называют Сераморты.
Папа сделал глубокий вдох и задержал дыхание. Наконец он медленно с шумом выдохнул, словно горячий воздух выпустили из воздушного шарика.
— Полукровки ангелов?
Я осторожно подняла руки.
— Ты только не волнуйся.
Он покачал головой.
— Я не волнуюсь. — папа ошарашенно оглядел кухню. — Но мне очень нужно выпить.
— Мне тоже, — согласилась я.
— Давайте выпьем. — Уоррен подошёл к шкафу, где папа спрятал бутылку «Джек Дэниелс». Я видела, как он пил виски только тогда, когда у него были сильные боли в груди. Уоррен налил три стакана и передал два нам. Папа выпил свою порцию ещё до того, как я поднесла свой стакан к губам.
Тёплое виски обожгло горло, и я закашлялась. Уоррен усмехнулся и налил моему отцу ещё одну порцию.
— Заткнись, — сказала я.
Всё ещё смеясь, он покачал головой.
— Я ничего не говорил.
Я начала расхаживать по комнате, постукивая краем стакана по нижней губе. Я остановилась и посмотрела на Уоррена.
— Если это возможно, как объяснить разницу в возрасте?
Он пожал плечами.
— Ты же сама сказала, что у ангелов возможна другая генетика.
— Вам не кажется, что Эбигейл упомянула бы, что она может быть моей матерью? Если бы она подозревала, что я могу быть её дочерью, то сказала бы об этом, верно?
Уоррен сделал большой глоток виски.
— Может быть, она так же удивилась, как и ты сейчас. Мы застали её врасплох, свалившись как снег на голову.
— Да, но всё же. — я раздражённо взмахнула свободной рукой.
— Позвони ей. У тебя есть номер, — напомнил он мне.
Я распахнула глаза и, отдав ему свой бокал, выскочила из кухни. Перепрыгивая через две ступеньки, я добралась до нашей спальни. Визитная карточка Эбигейл лежала в переднем кармане моего чемодана. Я набрала номер, спускаясь по лестнице.
Мне ответили в тот момент, когда добралась до кухни.
— «Утренняя звезда», чем я могу вам помочь?
Сердце бешено колотилось в груди.
— Привет. Могу я поговорить с Эбигейл, пожалуйста?
— Простите, Эбигейл уехала из города по делам. Могу я переключить вас на её голосовую почту? — спросила женщина.
Я снова нервно зашагала по кухне.
— Вы не знаете, когда она приедет в офис, или возможно есть другой способ с ней связаться? Мне очень нужно с ней поговорить.
— Могу я спросить, кто звонит? — спросила женщина.
— Слоан Джордан.
— О! Здравствуйте, мисс Джордан, — заговорила она приветливым тоном. — Мисс Смит просила меня дать вам номер её мобильного телефона, если вы случайно позвоните сюда в её отсутствие.
— Отлично! Какой у нее номер?
Я записала цифры на уголке старой газеты и от души поблагодарила женщину, прежде чем завершить звонок. Я застыла, глядя на номер. Раньше я не сильно задумывалась об этом, но сейчас могла выяснить, кто моя биологическая мать. Еще в детстве я представляла этот день.
— Ты в порядке? — спросил Уоррен, заметив мой ступор.
Я медленно опустилась на барный стул.
— Это просто… невероятно.
Он скрестил руки на груди.
— Тебе не обязательно это делать.
— Да, я знаю.
Я набрала номер мобильного Эбигейл, прежде чем успела передумать. Я прикусила ноготь, пока шли гудки.
Она ответила на четвёртом гудке.
— Алло? — её голос был мягким и мелодичным, совсем не таким, как у меня.
— Эбигейл, это Слоан.
— Привет, Слоан. Я надеялась снова услышать твой голос, — сказала она.
У меня из пальца пошла кровь.
— Ты моя мама? — слова вырвались у меня изо рта прежде, чем я успела себя остановить.
На другом конце провода воцарилась тишина.
— Возможно, нам с тобой стоит поговорить лично.
Она не отрицала, но и не подтверждала.
— Я знаю, что ты уехала из Техаса, — продолжила она, — но не могла бы ты приехать на выходные? Я вернусь в город утром. И с радостью оплачу тебе билет на самолёт.
Я была застигнута врасплох её предложением, лихорадочно думая, как ответить.
— Мне нужно посоветоваться с Уорреном. Ты не ответила на мой вопрос.
— Если ты сможешь приехать, то я выкрою время в своем расписании.
— Эбигейл! — разочарованно воскликнула я. — Я не повешу трубку, пока ты не скажешь мне правду. Ты моя мать?
В ответ была тишина.
— Да.
Телефон выскользнул из рук, ударился о столешницу и с грохотом упал на кухонную плитку. Я не могла пошевелиться от шока.
Уоррен опустил руки по бокам.
— Детка, ты нас пугаешь.
Наконец я взяла свой стакан и одним большим глотком допила виски.
— Это она.
Папа и Уоррен распахнули рты.
— Чёрт возьми, — медленно произнёс мой отец. Я никогда раньше не слышала, чтобы он ругался.
Внезапно у меня закружилась голова.
— Я сейчас упаду со стула.
За два шага Уоррен пересек комнату и взял меня за плечи, чтобы поддержать. Я наклонилась вперед и уперлась головой в столешницу.
— Я схожу с ума. Я официально схожу с ума. — я смотрела, как гранит то появляется, то исчезает перед моими глазами.
Уоррен положил руку мне на спину, и я сосредоточилась на тёплом потоке успокаивающей энергии, которую он излучал. Я медленно подняла голову, когда немного пришла в себя.
— Это невозможно, — снова сказал мой отец. Он сделал несколько кругов по кухне, потом развернулся на каблуках и подошел к столу. Снова взял фотографию Эбигейл и протянул её мне. — Сейчас ей, должно быть, как минимум столько же лет, сколько мне!
Уоррен застонал.
— Доктор Джордан, что-то мне подсказывает, что она уже давно смотрит на ваш возраст в зеркало заднего вида.
Всё встало на свои места. Эбигейл была Ангелом Жизни. У неё был очень добрый характер. Все её любили. Меня нашли в больнице, когда Эбигейл исчезла, потому что ангелам запрещено воспитывать своих отпрысков. Если я могла призывать людей, то и Эбигейл тоже. Всё это время, все эти совпадения…
— Она призвала меня.
Уоррен резко поднял взгляд и посмотрел мне в глаза.
— О, Боже мой. Ты так думаешь?
Я развела руки в стороны.
— А как ещё ты объяснишь все эти безумные вещи, которые происходили в последнее время?
У него не было ответа.
Я шагнула к нему.
— Почему она не сказала мне? Если бы я сидела в соседней комнате от своей дочери, я бы что-нибудь сказала!
Он помолчал минуту, потом покачал головой.
— Не знаю. Я ничего не знаю. Нам нужно больше информации, прежде чем делать выводы.
Я провела руками по лицу.
— Это слишком.