Оливер улыбнулся и покачал головой.
— Нет, это ты меня спасла. Я был на грани срыва. Если бы не встретил тебя той ночью, я бы скатился еще ниже, пока однажды не пал бы жертвой жажды крови. Мне повезло, что мы столкнулись.
Она приподнялась на цыпочки и повернулась в его объятиях.
— Надеюсь, мы всегда будем так же счастливы, как сейчас.
— Мы будем еще счастливее, когда соединимся кровными узами. Тогда я смогу лучше тебя защищать.
Его слова ее удивили.
— Что ты имеешь в виду?
— Я смогу почувствовать, когда ты будешь в опасности, благодаря нашей связи. И мы сможем общаться телепатически.
Она знала все об этом аспекте кровных уз. Но некоторые из его слов заставили ее спросить:
— Почему я должна быть в опасности?
Он пожал плечами.
— Просто говорю. Если что-нибудь случится, я узнаю.
Урсула хлопнула его по плечу.
— Не пугай меня! Ничего не случится. Здесь я в безопасности.
Оливер поцеловал ее в лоб.
— Да, со мной ты в безопасности.
Глава 8
— Слишком туго, — пожаловалась Далила.
Она была одной из одиннадцати женщин, собравшихся в гостиной особняка Куина и Роуз, восемь из которых примеряли платья своих подружек невесты. Урсула бросила взгляд в сторону матери, которая помогала швее перешивать платье Иветт… или, скорее, командовала бедной женщиной.
Ее мать не слышала Далилу из-за шума голосов в комнате, которая в данный момент была закрыта для мужчин. На самом деле Блейк был поставлен за дверью, чтобы убедиться, что никто из рабочих, несущих стулья и столы в палатку, случайно не войдет в комнату с полураздетыми женщинами.
— Позволь мне помочь, — предложила Урсула и подошла к Далиле.
У Далилы, симпатичной темноволосой женщины с зелеными глазами, была великолепная фигура, хотя бедра были немного полнее, чем у некоторых других собравшихся женщин. Неудивительно, ведь именно она родила ребенка годом ранее и, по-видимому, не могла сбросить последние несколько фунтов, которые набрала во время беременности.
— Спасибо, Урсула. Не хочу усложнять, но если я застегну молнию до упора, то не смогу дышать. Я не смогу втиснуть свою грудь в это платье. — Далила бросила на нее извиняющийся взгляд. — И я клянусь, что не ела печенье последние две недели!
Урсула усмехнулась и поймала взгляд Майи, которая стояла рядом и теперь подошла ближе. Майя окинула Далилу долгим взглядом, затем наклонилась ближе.
— Сомневаюсь, что дело в печенье, Далила. — глаза Майи заблестели. — Если ты не возражаешь, я скажу тебе как твой лечащий врач, что, как правило, твоя грудь набухает не из-за печенья.
Урсула заметила, как у Далилы перехватило дыхание.
— Ты же не думаешь… — она замолчала и провела рукой по своему телу, прежде чем положить ее на живот. — Но мы старались быть осторожными. — ее щеки мило покраснели.
Урсуле не нужно было быть нейрохирургом, чтобы понять, на что намекала Майя.
— Хочешь сказать, что Далила беременна? — прошептала она, чтобы никто в комнате их не услышал. За исключением, может быть, других женщин-вампиров в комнате, чей слух был лучше, чем у людей: Роуз, Иветт, Веры, а также Портии и Лорен, которые обе были гибридами, наполовину вампирами, наполовину людьми.
Майя улыбнулась Далиле.
— Думаю, тебе следует сделать тест в ближайшие несколько дней. Чтобы мы могли быть уверены. На этот раз я бы хотел изучить твою беременность от начала до конца. В прошлый раз я застала только ее окончание.
— Если я действительно беременна. Я вполне могла просто растолстеть! — пошутила Далила.
— С таким мужчиной как Самсон? — Майя посмотрела на Урсулу, и та не смогла удержаться от смеха.
— Майя права. Я имею в виду, что я не очень хорошо знаю Самсона, но, если он хоть немного похож на Оливера, то я удивлена, что у вас до сих пор только один ребенок. — потрясенная собственными словами, Урсула прикрыла рот рукой, а затем быстро оглядела комнату, чтобы убедиться, что рядом нет ее матери. К облегчению, та все еще приставала к бедной швее и давала ей советы, как выполнять свою работу.
Когда она снова повернулась к Майе и Далиле, обе женщины хихикали.
— Похоже, наш Оливер стал настоящим мужчиной, — сказала Далила, и в ее словах и взгляде сквозила привязанность.
Урсула опустила веки, внезапно смутившись.
— Мои родители не знают.
Урсула почувствовала чью-то ладонь на своем предплечье и подняла глаза. Майя слегка сжала ее руку.
— И они не узнают этого от нас.
— Спасибо!
— Итак, насчет платья, — начала Далила.
— Не волнуйся, — сказала Урсула. — Должно быть достаточно швее распустить внутренний шов и сделать платье достаточно широким, чтобы было удобно дышать. Давайте я ее приведу.
Она подошла к швее, которая опустилась на колени перед Иветт, чтобы поправить шов на ее платье, и похлопала ее по плечу.
— Мисс Петрочелли? Не могли бы вы, пожалуйста, помочь моей подруге Далиле? Ее платье слишком узкое. Вам нужно будет немного распустить шов.
— Слишком узкое? — перебила ее мать с выражением паники на лице. — Но ты сказала, что она носит шестой размер. Мы купили все верно.
— Да, но оно просто немного тесновато. — Урсула попыталась успокоить ее, но, похоже, было слишком поздно. Ее мать перешла в панический режим и уже двигалась к Далиле.
Урсула со вздохом оглянулась через плечо и увидела, как мама зашла Далиле за спину и попыталась застегнуть молнию. Затем она стала неистово жестикулировать, и Урсуле пришлось отвернуться. Она не могла смотреть. Это только усилило бы ее беспокойство.
— Твоя мама все воспринимает слишком близко к сердцу, — внезапно сказала Иветт, заставив Урсулу посмотреть на нее и улыбнуться.
— Разве не все матери такие? — она просто пожала плечами, затем скользнула взглядом по красному платью Иветт. — Ты в нем выглядишь великолепно. Это полностью твой цвет.
Иветт широко улыбнулась.
— Мне оно нравится. Я просто была немного удивлена, что вы выбрали красный цвет для платьев подружек невесты. Обычно подружки невесты одеваются в какие-нибудь жуткие цвета, например, розовый или оранжевый, просто чтобы не затмевать невесту.
— Красный цвет на китайской свадьбе означает удачу. Чем больше красного, тем лучше. Кроме того, поскольку у всех вас, за исключением Роуз и Нины, темные волосы, я подумала, что этот цвет вам всем пойдет, — усмехнулась она. — А Роуз и Нина все равно могут носить одежду любого цвета, какого захотят.
Иветт рассмеялась и подмигнула ей.
— Да, блондинкам всегда весело.
Урсула никогда не видела ее такой беззаботной. Рассмеявшись вместе с Иветт, она услышала удивленный возглас матери и обернулась, недоумевая, что же на этот раз пошло не так.
Ее