Не все могли согласиться о этими тезисами В. Пастухова, но в них, несомненно, имелась немалая доля истины. Общество в России и в мире стало другим, и сами формы протеста не могли оставаться теми, что были раньше. Дело было не в подсознании, а в понимании хрупкости многих современных систем и структур обеспечения жизни народа и общества. По сравнению с началом XX века население главных российских губерний увеличилось вдвое, а главное, оно жило теперь по преимуществу в городах со сложной системой жизнеобеспечения. 80 лет назад в домах жителей не только сел, но и городов не имелось ни газовых плит, ни электричества, ни общего отопления, ни теплой воды на кухне и в ванной. Не было лифтов, телефонов и телевизоров. Не было в городах метро, а также системы общественного транспорта. Но поддержание всех этих систем требовало стабильности и четкой работы власти. Иначе жизнь общества становилась невозможной. Еще известный британский мыслитель Бертран Рассел говорил в 1950-х годах, что человек XVIII века мог выжить даже на необитаемом острове. Но человеку XX века это было бы трудно, так как он не умеет и не учится выживать. И без того жизнь народа в 1990-е годы была крайне трудной. Серьезный конфликт с властью мог бы скорее ухудшить, а не улучшить положение дел.
Признаки поворота
В самом конце XX века в толще народа России не было заметно никакой активности. Преобладали негативные настроения и негативные прогнозы. На вопрос о том, «как вы оцениваете общее положение в стране?» 52 процента граждан страны согласились с тем, что ситуация в России кризисная. Еще 41 процент граждан считал эту ситуацию катастрофической, и только 3 процента посчитали положение в стране нормальным. Оценивая собственное психологическое состояние, 15 процентов граждан говорили о страхе и отчаянии, 19,5 процента – о подавленности, 17 процентов – об озлобленности, 25,8 процента – об угнетенности. Только 10,6 процента граждан страны говорили о спокойствии и лишь 1,9 процента – о бодрости [668].
Известный российский ученый, математик, эколог и политолог академик Никита Моисеев писал в одной из своих последних статей с выразительным заголовком «Агония»: «Я не могу быть сегодня оптимистом. Да, у нас есть шансы, но я уже не верю в то, что они будут использованы. И для моего пессимизма есть достаточно оснований, ибо для использования наших шансов необходим соответствующий интеллектуальный уровень руководства и его способность заменить политиканство и цели личного эгоизма стремлением послужить отечеству и собственному народу. Необходимо, чтобы кремлевское руководство было способно осознать ситуацию и потенциальные возможности России. Но трудно представить себе, что на этом уровне в ближайшее время появится фигура масштаба де Голля. Необходим высокий уровень доверия нации к кремлевскому руководству. Но трудно поверить, что он возникнет в обозримое время. Необходима, наконец, партия, обладающая соответствующей программой и пользующаяся авторитетом в широких кругах народа. Но такой партии сегодня нет, и трудно ожидать, что она может возникнуть в ближайшие годы. Вот почему оптимистический сценарий нашего развития мало реален» [669].
В отчаянии были и многие идеологи оппозиции. «Как разбудить народ России, который становится все более бедным, но не становится более революционным? – задавался вопросом левый публицист Анатолий Баранов. – Как найти слова и идеи, которые могли бы иметь силу Моисеева завета, слова Магомета и проповеди Лютера, никак не меньше?» [670]
Таких слов никто так и не нашел, но люди, способные на большие дела и на серьезные повороты, в Кремле все же появились и как раз в самом конце XX века. Настроения в толще народа начали меняться уже в ноябре и декабре 1999 года. На вопрос: «Будет ли наступающий год лучше уходящего?» только 5 процентов граждан страны ответили, что он будет хуже. 55 процентов российских граждан выразили надежду или даже уверенность, что новый 2000 год будет лучше уходящего 1999-го [671].
Эти надежды оправдались, хотя выздоровление происходит еще очень медленно.
Над книгой работали
Редактор Лариса Спиридонова
Художественный редактор Валерий Калныньш
Верстка Светлана Спиридонова
Корректор Елена Плёнкина
Издательство «Время»
http://books.vremya.ru
letter@books.vremya.ru
Электронная версия книги подготовлена компанией Webkniga.ru, 2017
Примечания
1
Бжезинский Зб. Большой провал. Нью-Йорк, 1989. С. 229.
2
Советская Россия. 1994. 16 июля.
3
ИЗМ. 1993. № 3. С. 31.
4
Медведев Р. А. Книга о социалистической демократии. Амстердам – Париж, 1972. С. 298–299. См. также: Medvedev Roy. On Socialist Democracy, NY – London, 1975. P. 331–332.
5
Письмо КГБ в Секретариат ЦК КПСС от 21 декабря 1970 г. // Источник. 1994. № 2. С. 77–78.
6
Вопросы философии. 1995. № 3. С. 84.
7
Левая газета. 1993. № 17.
8
Свободная мысль. 1996. № 2. С. 71–72.
9
Куранты. 1993. 16 апреля.
10
Шафаревич И. Р. Социализм как явление мировой истории. Париж, 1977. С. 376.
11
ИЗМ. 1993. № 3. С. 34–35.
12
Советская Россия. 1996. 10 сентября.
13
Советская Россия. 1996. 31 октября.
14
Независимая газета. 1996. 31 января.
15
Вопросы истории. 1998. № 7. С. 38.
16
Кронрод Я. А. Очерки социально-экономического развития XX века. М., 1992. С. 198.
17
Диалог. 1995. № 8. С. 55–56.
18
Kommunism als Realität. München, 1980. P. 401.
19
Зиновьев А. А. Коммунизм как реальность. М., 1994. С. 276, 368.
20
Октябрьская революция 1917 года и проблемы современности. Новосибирск, 1993. С. 23.
21
Коммунист. 1991. № 4.