– Я тоже так думал, – кивнул Никита, – знаете, я даже узнавал, какие нужны условия, чтобы приняли в отряд космонавтов.
– И что?
– Да понимаете, пацаны, какое дело… Меня не возьмут. – Он опустил голову. – Туда берут только людей с железным здоровьем. Говорят, в будущем всё изменится и здоровье будет уже не так важно, но пока там очень строго, вот так… С моими ногами у меня никаких шансов… – Он вздохнул. – Но я не сдаюсь!
– Ты всегда можешь заработать сто миллионов или сколько там надо и полететь космическим туристом! – радостно подсказал Димка.
– Туристом – это не то. С туристами тоже все носятся и все жалеют. Им никто не поручит настоящую опасную и ответственную миссию. Представь, если вдруг что-то случится, никто ведь не попросит спасать мир какого-то там туриста. Так что я хочу, чтобы всё по-настоящему, всё по-честному, – строго сказал Никита и снова так тяжело вздохнул, что Пашке ужасно захотелось его хоть чем-то поддержать.
– А давайте ещё по бургеру и по молочному коктейлю! – предложил он.
– Ой, мои карманные деньги на сегодня закончились, – пожал плечами Никита.
– Они тебе и не понадобятся, – подмигнул ему Пашка и достал волшебный блокнот.
Уже через пару минут стол перед ними был заставлен новыми бургерами, коктейлями и горячими вишнёвыми пирожками. Никита застыл с открытым ртом, а Димка с Пашкой переглянулись. Теперь настала их очередь честно обо всём ему рассказать.
Глава 3, в которой появляются странные записки и «стеклянный зуб»
До чего же долгой была первая неделя нового учебного года! Пашке с Димкой в какой-то момент даже стало казаться, что она никогда не закончится, а так и будет тянуться и тянуться до бесконечности, как резиновая. И ещё им было обидно, что на уроках пока не рассказывали ничего нового, а только проводили сплошные тесты и проверочные работы, как будто учителя в них сомневались и подозревали в полной очистке памяти. Хорошо, что они подружились с Никитой, который знал ужасно много всего и постоянно рассказывал всякие необычные факты и удивительные истории.
– Откуда ты всё это знаешь? – однажды спросил у него Димка.
– Да пока лежал весь в гипсе, столько перечитал разных энциклопедий, что меня можно прямо сейчас сдавать хоть в зоопарк, хоть на завод, хоть в какой-нибудь научный институт, – улыбнулся Никита. – Вот так вот убивал время.
– Да ладно, разве это «убивал»? – сказал Пашка. – И выздоравливал, и всякие нужные штуки запоминал. Без тебя мы бы ни за что жвачку от моего нового свитера не отчистили. Кто знал, что его надо в морозилку засунуть! А то от мамы бы мне точно влетело. Конечно, Пашка мог бы и не морочить голову, очищая свитер, а вместо этого достать свой волшебный блокнот и написать в нём «Точно такой же новый свитер», но он этого не сделал. Они с Димкой твёрдо решили, что тратить драгоценные волшебные страницы на всякую ерунду глупо и очень по-детски. Ведь страниц оставалось всё меньше! Блокнот, в отличие от первой учебной недели, вовсе не казался резиновым. Как-то раз Пашка попробовал писать в нём простым карандашом, а потом стереть слово ластиком, но стоило ему только потереть страничку, как на месте написанного слова мгновенно образовалась дыра. Пашка ужасно испугался и больше на такие эксперименты не решался.
Неделя прошла бы невыносимо скучно, если бы Пашка с Димкой вдруг не начали получать странные записки.
Самую первую Пашка обнаружил прямо у себя в кармане. Причём он был уверен, что, когда утром выходил из дома в школу, никаких записок у него в карманах не лежало: ему пришлось вытряхнуть их содержимое на тумбочку у входной двери, чтобы найти карточку на метро. А когда мама увидела, сколько разного мусора её сын носит с собой (хотя шурупы и прошлогодние каштаны Пашка категорически отказался признавать мусором), то немедленно заставила выбросить половину. Так вот, после первого урока он зачем-то полез в карман и нащупал там записку – сложенный в несколько раз листок в клеточку, на котором неровными печатными буквами было написано:
Пашка совершенно ничего не понял. Потом перечитал ещё раз и ещё – уже вслух, но шёпотом, потому что дело было на уроке истории.
– Чего? – тут же спросил у него Димка, который сидел рядом. – Ты про что, Пашич? У тебя зуб болит, что ли?
Пашка молча подвинул к нему листок.
– Тайна «Стеклянного зуба»… Свяжитесь… – прочитал Димка одними губами, а потом удивлённо поднял брови. – Икс Ю? Что ещё за Икс Ю?
Пашка в ответ только пожал плечами.
На перемене они показали бумажку Никите, но тот тоже ничего не понял.
– Стеклянный зуб? – нахмурился он и откусил от яблока. – Что это может быть? У вас есть такие знакомые? Индейцы из племени? Кого-нибудь так зовут?
– Не-ет, – одновременно протянули Димка и Пашка.
– Хм, – нахмурился Никита. – А про что же это тогда?
– И кто такой этот Икс Ю? – в недоумении почесал затылок Димка.
– Стеклянный зуб, стеклянный зуб… – несколько раз повторил Никита. – На что это может быть похоже?
– Может, это какой-то знаменитый айсберг?
– Нет, – покачал головой Никита. – Самые знаменитые айсберги в мире – это остров Флетчера, но он растаял, и В–15, но он уже тоже раскололся на части. Так что с айсбергами на данный момент всё ясно, никаких тайн.
– А что такое тогда Икс Ю? – снова задал вопрос Пашка.
– Икс… Ю… – задумался Никита. – Точно Ю, не игрек?
– Да точно, – кивнул Пашка. – Даже написано русскими буквами.
– Нет, я ничего не понимаю. Может, тебе её подбросили по ошибке? – предположил Никита.
На этом они решили закончить расследование. Тем более что начинался следующий урок. И вполне вероятно, друзья никогда бы и не вспомнили про дурацкую записку, если бы за ней не появилась вторая. Её Пашке подбросили через несколько дней уже в мешок со сменкой, и кто знает, сколько бы она провалялась там нечитаной, потому что Пашка, признаться честно, почти всю осень только делал вид, что переобувается, а сам, как и большинство одноклассников, с невозмутимым видом топал себе на уроки в уличных кроссовках. Ну а что? На улице сухо, и обувь чистая. Но именно в тот день им выдали новые учебники, и Пашка решил засунуть половину тяжёлых книжек в мешок, а для этого сначала вытряхнул оттуда сменку. И вот вместе с